Прекрасный Дьявол - Л. Дж. Шэн

И я не мог придумать лучшего кандидата, чем моя ассистентка.

Красивая. Умная. Способная.

Невыносимая.

Но причина, по которой я её ненавидел, не имела отношения к тому, какая она как человек. Я был прагматиком. Умел разделять.

Да, она подойдёт. Нужно будет просто избавиться от неё, когда перестанет быть полезной. Как и от других до неё.

Детей я оставлю себе. Добьюсь полной опеки.

Я слишком богат, чтобы допустить другой исход.

Я закончил одну страницу. Потом ещё одну. Почерк был ровным, рука — твёрдой. Напряжение постепенно сходило с плеч. С каждой решённой задачей мысли раскручивались.

Зачем я это сделал? Зачем предложил ей выйти за меня? Мог бы просто переспать.

Но нет. Этого было бы мало. Я хотел не одну ночь с ней. Я хотел все её ночи. И дни тоже. И я хотел перестать делить её время с какими-то случайными хахалями с дейтинг-приложений. Хотел полностью поглотить её так же, как она поглощала меня. Затащить в ту же тёмную кроличью нору, в которой жил я. Заставить заплатить за то, что она сделала много лет назад.

Я мог поклоняться её телу и презирать душу. Наконец-то я собирался относиться к ней так, как она заслуживала — как к ещё одной тёплой, готовой на всё дырке, лишь бы получить мою фамилию и доступ к моему кошельку.

Эта дрянь всегда была красива, но сегодня она была завораживающей. А когда она решила ту задачу… когда положила ручку до того, как истекли десять секунд…

Я закрыл глаза и глубоко вдохнул. В штанах стало тесно.

Кривое дерево никогда не выпрямишь, — говорил Андрин.

Он, конечно, был прав. Выбирать жену по её математическим способностям — уровень безумия, до которого многим подонкам ещё расти и расти.

Оставалось только решить мелкую деталь — устроить её мать в ту экспериментальную клинику.

— Siri, позвони Ахиллесу Ферранте, — бросил я.

Ахиллес был заместителем босса Каморры и человеком, который умел делать дела.

Siri пропела подтверждение, и пошли гудки.

— Пять утра, блядь, — ответил Ахиллес, звуча абсолютно бодро. — Кто-то лучше бы уже был мёртв.

— Не знал, что у мафиози есть рабочие часы.

— Осторожнее, — я услышал, как он прикурил сигарету. — А то однажды проснёшься с этой своей умной пастью, набитой взрывчаткой.

— Мне нужно, чтобы ты протолкнул кое-кого в специальную программу для пациентов с деменцией в госпитале «Норт-Ист Дженерал». Очень закрытую.

— Думал, у тебя нет семьи.

— Это для коллеги.

Он нахмурился:

— Лезть в медицину — рискованно.

Я услышал женский стон. В случае с Ахиллесом я был уверен, что он не ублажает, а убивает её.

— Тут потребуется много взяток, взломов систем и, возможно, несчастных случаев. Какой бюджет?

— Безлимит.

— Хорошо. Для людей с манией величия у нас особые расценки за нарушение кодекса Title 18, Section 1347.

К счастью, у всех мужчин из семьи Ферранте были дипломы юристов и пара рабочих мозгов. Работать с мафиози, которые сначала учили все законы, а уже потом их ломали, было удобно. Это была не уличная шваль, а сливки коррупции. Люди, которые короновали политиков и держали под контролем каждый угол этого города.

— Начинай, — приказал я.

— Для коллеги, значит? — в его голосе сквозило отвращение. — Только не говори, что у тебя просыпается совесть.

— Не будь смешным. Тут замешаны золотая киска и шантаж.

Он тихо усмехнулся:

— Вот это другое дело. А то я бы не хотел с тобой расставаться.

— Что?

— Я не работаю с романтиками. Они склонны делать глупости.

— Сделай до вторника. — Я сбросил звонок.

Я собирался засунуть мать Джиа в эту клинику, даже если придётся убить кого-то лично.

ГЛАВА 6

ТЕЙТ

— Сегодня вторник, — сказал я, врываясь в подвал семьи Ферранте через два дня.

Ахиллес как раз в этот момент ломал кому-то коленную чашечку клюшкой для гольфа. На голове у бедолаги был мешок из мешковины, а к стулу он был привязан.

Лука, старший брат Ахиллеса и консильери Каморры, стоял, облокотившись на стол в тёмной комнате, закатывая рукава. Он смотрел на меня без малейшего удивления, словно вторжения в их пыточную с требованиями были здесь делом обыденным.

Энцо, младший брат, тоже был здесь. Он вертел в руках швейцарский нож. Я знал, что в семье есть ещё и сестра — младший ребёнок Ферранте. К счастью, я с ней не встречался. Последнее, что мне нужно, — ещё кто-то из этой чёртовой семейки.

Звук кости, треснувшей, как фисташковая скорлупа, впился в уши. Его сменил приглушённый мешком крик. Кровь залила колено привязанного прямо поверх брюк. Ахиллес обернулся ко мне с равнодушием, взглянул на свой Patek Philippe и нахмурился:

— Двадцать секунд после полуночи.

— Как я и сказал — вторник, — оглядел я помещение, решив, что снимать перчатки тут слишком антисанитарно. — Где моё место в клинике для дементных?

— Работаем над этим, — Лука закурил, глядя поверх бухгалтерских книг на столе. Он был старшим и, пожалуй, наименее безумным из троицы. Что, впрочем, не говорило почти ничего. Я внимательно изучил семью Ферранте, прежде чем начать с ними дела. Они с энтузиазмом и в ускоренном темпе сокращали население штата Нью-Йорк.

Большинство мафиози, которых я знал, посылали солдат на убийства, но Лука и Ахиллес предпочитали лично участвовать в насилии. Волки в шёлковых костюмах. И я быстро почувствовал тягу к их стае.

Мне нравилось, что они были Каморрой, а не Коза Нострой. Структура организации была менее иерархичной, больше горизонтальной: лидеров выбирали по заслугам и жестокости. То, что Лука был старшим сыном, не означало, что он автоматически наследует трон Велло. Я подозревал, что Велло позволит сыновьям сражаться за титул дона, когда отправится в могилу.

Я собирался занять место в первом ряду.

Лука, которому сейчас было тридцать два, вступил в Каморру в четырнадцать, убив врага «великолепным» способом — в стиле «кровавого орла». Он сломал ему рёбра, вытащил лёгкие из грудной клетки и наблюдал, как тот медленно умирал.

Через четыре года Ахиллес был принят с условием, что превзойдёт брата. Легенда гласила, что он вырвал сердце врага и съел его сырым, пока оно ещё билось и было соединено с артериями.

Трудно представить, что пришлось сделать Энцо, чтобы не уступить братьям в жестокости. Когда-нибудь, в менее