Стигма - Эрин Дум
– А девочка?
Я успела заметить промелькнувшее в ее глазах удивление. Как я и ожидала, Зора замерла, ее взгляд дрогнул, но в следующий момент она мастерски совладала с собой. Медленно повернувшись, она посмотрела на меня, ее пронзительные глаза отражали свет абажура.
– Значит, ты ее видела.
Я подняла голову и ответила ей твердым взглядом, который, по словам моей мамы, делал меня похожей на женщину.
– Она тоже в безопасности? – спросила я с упреком, не скрывавшим скрытую за моими словами провокацию.
– Не задавай вопросов, на которые тебе необязательно знать ответ, Мирея. Ребенок в безопасности, и больше ничего о ней знать не нужно.
Квартира была именно такой, какой я ее оставила: свет горел, пальто висело на вешалке, на столе стояла чашка с остывшим шоколадом.
Я скользнула по этому маленькому уголку тишины и спокойствия, который в последние дни уже начала считать своим. Однако теперь появилось ощущение, будто у меня перед глазами все время маячило черное пятно и портило картину. Все здесь перестало казаться особенным.
Мне нужно было подумать, осознать произошедшее и поразмышлять…
Я разделась, приняла душ, затем надела теплый свитер, чистые спортивные штаны и свернулась калачиком на диване.
Не имело смысла обманывать себя. У меня было только два варианта: собрать вещи и уйти или остаться.
Уйти? Тогда пришлось бы искать квартиру поскромнее и, вероятно, далеко от центра. Такую же замечательную и по приемлемой цене я нигде не найду. Более того, из-за ограниченного бюджета я рисковала оказаться в каком-нибудь неблагополучном районе, а повторять горький опыт не хотелось.
Я провела рукой по волосам и снова обвела взглядом квартиру: приличная мебель, большой диван, чуть потертый, но блестящий пол… Я взглянула на мраморную ванную и сглотнула. Что безрассуднее – уйти или остаться?
Кто-то постучал в дверь. Я насторожилась, как зверек. Слезла с дивана и остановилась в прихожей. Затем медленно повернула замок, опустила ручку и слегка приоткрыла дверь. Мне достаточно было увидеть его мельком, чтобы вздрогнуть всем телом.
Черт! Я попыталась закрыть дверь, но Андрас оказался быстрее – просунул ботинок в щель.
Проклятье! Почему я не надела цепочку?
Я стиснула зубы, когда Андрас отпихнул меня, и мне пришлось отступить под натиском его резких, решительных движений.
Я сделала несколько шагов назад и возмущенно сжала кулаки.
– Какого черта ты делаешь? Нарушаешь границы частной собственности!
– И это говорит та, что любит шнырять по чужим домам, – пробормотал он, раздраженный тем, что я только что попыталась сопротивляться.
– Убирайся отсюда, или я вызову полицию!
Андрас пинком закрыл дверь. Потом привалился к ней спиной, и деревянная створка заскрипела под его тяжестью. Андрас скрестил мускулистые руки и нацелил на меня свои зрачки-стрелы.
Я покосилась на кухонные ножи. Он проследил за моим взглядом и все понял. Наклонил голову и чуть прищурился, фокусируя на мне взгляд юрких свирепых глаз.
– Значит, ты все еще хочешь чем-нибудь меня пырнуть.
– И никогда не расхочу, – сердито прошипела я, уверенная, что он набросится на меня, как пума, если я сделаю хотя бы шаг в любую сторону.
Поэтому я осталась там, где была, настороженно, с опаской поглядывая на этого жестокого ненасытного зверя, который вызывал во мне самые худшие чувства.
В конце концов, я всегда могу запустить в него кактусом…
– Чего тебе нужно? – спросила я ядовито, надеясь отравить его своим тоном прямо здесь и сейчас. На мгновение я представила, как он хватается за горло и падает на колени, но, к сожалению, фантазии мои тут же разлетелись вдребезги.
– Не знаю, посмотрим, – растягивая слова, ответил он. Его низкий голос звучал хрипло. – Чего я могу от тебя хотеть?
Я посмотрела на его широкие плечи, на скрещенные руки, на склоненную голову – поза наглеца и нахала. Но полные губы и мрачный взгляд излучали живое, пульсирующее очарование, такое сильное, что кружилась голова.
Он и правда был похож на ангела-бунтовщика, изгнанного с небес. Казалось, он сам об этом знал, потому что улыбался как сумасшедший или как глупый мальчишка.
– Что бы это ни было, мне все равно, – буркнула я.
Мне хотелось, чтобы он ушел, его присутствие меня нервировало. У Андраса была поразительная способность портить все, чего касалось его дыхание.
– А мне не все равно, – бросил он так резко, что я вздрогнула.
У меня даже задергался глаз, я не поспевала за сменой его настроения. Неприятная дрожь пробежала по телу, и воздух как будто сгустился. Мысль о том, что я наедине с ним, напугала меня до смерти.
– Моя личная жизнь тебя не касается. Ни при каких обстоятельствах. Ты никому не расскажешь о том, что сегодня произошло. Скажи, что все поняла.
Я настороженно смотрела на него, в горле пересохло.
– Почему?
– Скажи, что поняла меня, – повторил он таким тоном, что я опять вздрогнула.
Мои глаза заметались, прежде чем снова остановились на нем. Я не хотела, чтобы он прочитал в моем взгляде жгучее желание убежать от него как можно дальше. Это… это моя квартира, черт возьми! Он не имел права приходить сюда и вести себя как ему вздумается!
– А иначе что будет? – осмелилась я выдавить из себя.
Андрас не улыбнулся, но в его глазах вспыхнула искра. Передо мной стояла гиена с широко раскрытой от смеха пастью и зубами, похожими на острые ножи.
Боже мой!
– Попробуй сама представить. Посмотрим, хватит ли у тебя воображения.
В другой ситуации я рассмеялась бы. Его воображение определенно победнеґе моего, поэтому любой сценарий, проносившийся у меня в голове, вызывал ужас.
Я сглотнула скопившуюся слюну, горло сжалось, эмоции метались внутри меня, словно рой пчел. В этот момент я пожалела о дне, когда встретила его.
– Говорить о тебе – последнее, что я хочу делать. – Я постаралась вложить в свой взгляд ненависть и отвращение, которые испытывала к нему. – Меня не волнует твоя жизнь и все, что тебя касается. Кто ты такой, чтобы я о тебе говорила или думала? Не хочу иметь с тобой ничего общего, – сердито прошипела я, – ни сейчас, ни когда-либо.
Мой голос прозвучал искренне. В смотревших на меня глазах была тайна, которая молила, чтобы кто-нибудь ее разгадал, но этим кем-то явно буду не я. И все же Андрас ждал ответа, его взгляд как будто снова и снова шептал: «Скажи, что все поняла».
– Я все поняла, – сказала я едва слышно.
В темной бездне его глаз промелькнули удовлетворение и уверенность.
А я
