Лунное солнце - Ева Верми
Отпустив одну мою руку, Полярис взялся за Саянуса.
– Ты только не бойся, слышишь? – сказал он, нагнувшись к нему. – Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось. Отойдите оба мне за спину, на всякий случай.
Мы с Саянусом послушно отступили, положив руки на плечи Поляриса. Я готовилась страховать его, если что-то пойдет не так.
Вихрь с красно-зелено-голубыми искорками бросился к путам в ногах родителей, и они вспыхнули чуть ярче. Ничего не происходило, но вихрь петлял по ставшим видимыми завиткам ловушки, и по контуру вспыхнуло ровно четыре раза. Будто открылось четыре разных замка. Полярис потянул вихрь обратно.
– Дайте мне какой-нибудь сосуд! – крикнул он, удерживая путы проклятья на месте. Ичес вскинул руку, создав ледяной короб. Полярис направил проклятье туда, отделив его от силы земли. Вихрь влетел и черно потоком закружился внутри, пока Ичес не заморозил вход. Зеленые всполохи рванули наверх и растворились под потолком. Мы впятером приковали взгляды к родителям, что остались лежать неподвижно. Мгновение, еще одно – грудь мамы начала вздыматься, дернулась рука папы.
Я бросилась к ним, не в силах поверить в произошедшее. Они живы. И они свободны!
– Мама! Папа! – крикнули мы с братьями вразнобой. Их руки сжали наши. Родители были слабы, не могли говорить или подняться, но смотрели на нас, будто это мы могли пострадать. Братья плакали, что-то говоря папе. Я ревела на груди мамы, прижимаясь к ней, боясь, что это видение и все исчезнет.
– Нивис, нужно дать им подняться, – услышала я. Рядом стоял Полярис, готовый подхватить меня. Я неохотно подняла голову и отошла от мамы, не отводя от родителей взгляда.
Братья помогли им спуститься с постамента. А я бросилась к Саянусу и крепко его обняла.
– Спасибо тебе, Саянус, спасибо. Ты в очередной раз спас нашу семью, спасибо тебе!
Он впервые приобнял меня, заставив расплакаться еще сильнее.
– Нивис, родная, тише, все ведь хорошо. – За спиной послышался обеспокоенный голос Поляриса. Я не могла остановить рыдания. Нырнув в его объятия, я с трудом смогла перевести дыхание и успокоиться. Волнения прошедших месяцев будто снежной лавиной слетели с гор и унеслись прочь, освободив нас от всех бед.
Братья с родителями перенеслись первыми из зала, а мы остались втроем, когда я услышала:
– Иди, Сай. Можешь нас не ждать.
– Ладно, пап.
Мне понадобилась пара минут, чтобы прийти в себя. Полярис баюкал меня в своих руках.
– Он назвал тебя… папой? – шмыгнула я носом, собираясь с духом. Пол прикоснулся к моим мокрым щекам, прежде чем ответить.
– Сам не могу поверить в это. Идем?
Мы медленно двинулись вверх по лестнице. Неужели у нас получилось? Все было не зря! И виновница будет наказана.
– Полярис, я хочу казнить Ирбэ. За все, что она натворила, за твои шрамы, за потерянные годы. Родители свободны, и она нам больше не нужна.
– Честно говоря, я ее голыми руками бы придушил…
Лицо Поляриса напряглось, ноздри дернулись, и он согласно кивнул.
– Нужно поднять этот вопрос и назначить дату.
Глава 45. Крах
Глава 45. Крах
Бывают дни, когда жизнь меняется кардинально, однако эти перемены вносят в нее лишь счастье и новые хлопоты, не более. Так было в день моей коронации. Бывают изменения, сулящие только боль и разруху, как было в день возвращения после внезапного пленения.
А редко и внезапно случаются только катастрофы. Они не оставляют после себя ничего ценного, лишь смерть и пустоту. Когда я вернулась сегодня домой, обнаружив его пустым и разгромленным, все во мне кричало о конце света.
Прошло два дня после возвращения родителей. Замок вновь дышал нашим присутствием, и я решила перевести детей туда вместе с Вреникой. Мне сложно было разорваться: через пару дней должна была состояться встреча со знатью, на которой я заявила бы о своих правах, а оставлять детей без нас обоих мне не хотелось. Им нужно было привыкать ко мне. Да и после возвращения мне короны, мы бы уже не смогли жить в том доме, так что переезд так или иначе оставался вопросом времени.
Дверь на задний двор болталась на последнем издыхании, по некогда теплому дому гулял сквозняк. Пол был усыпал россыпью стекла и мусора. Не обнаружив никого на первом этаже, я, держа ледяную плеть наизготовку, медленно поднялась наверх. Перила были сломаны, двери раскрыты, но за ними не было ни души. Ни Аче, ни Милы, ни Саянуса, ни Вреники. Из открытых окон ветром уже надуло снега.
– Кто-нибудь есть? Вреника! Саянус! Камилла! Где вы?
Только ветер громче завыл, подталкивая снег к моим ногам. Нужно связаться с Полярисом и братьями. Нужно…
– Алькор! – позвала я, вдруг вспомнив про мохнатого питомца. Пса нигде не было видно. Я обошла весь дом по второму кругу, продолжая подзывать его к себе. Вдруг послышался какой-то полуписк-полускрип. Я пошла на звук, все четче распознавая в нем скулеж. – Алькор!
Слабый лай подсказывал мне дорогу. Я заметалась, не понимая, откуда исходит звук. Пока наконец не сообразила выглянуть во двор. Несколько шаров света разогнали тьму. Кончик хвоста Алькора мелко дрожал под одним из кустов.
– Малыш! – воскликнула я, раздвигая лапник. Вокруг пса застыла лужица крови, он из последних сил скулил и тряс хвостом. Даже воздух из его открытой пасти не оставлял облачка. Сколько он здесь пролежал в таком состоянии – не ясно, но очевидно, что времени у меня мало. Я села на колени, разглядывая пса. Кровь все еще вытекала из брюшной полости. Подавить рвотный рефлекс вышло не сразу. Некто был здесь совсем недавно, раз Алькор еще жив.
Я с ужасом смотрела на умирающего пса, который от бессилия даже не пытался укусить меня. Нужно доставить его в академию, срочно. Я могу лишь временно закрыть рану ледяным жгутом, но это его не спасет.
– Что ж, дружок, придется узнать, насколько ты тяжелый.
Подлатав животное, я аккуратно подняла его с земли, прижимая к себе. Одежда мгновенно пропиталась кровью, а запах железа ударил в ноздри, лишая самообладания на мгновение. Пес был хоть и щенком, но уже вполне себе тяжелым, я вряд ли бы донесла его быстро своим ходом. Да и я не успела бы.
– Прошу, не умирай, – прошептала я, готовясь к
