Фейридейл - Вероника Ланцет
– Надеюсь, ты обо мне не забудешь, если вдруг станешь миллионершей, – шутит Эллисон, и я весело качаю головой.
– Его семья живет в городке под названием Фейридейл. Сомневаюсь, что это популярное место среди миллионеров, – говорю я, складывая пару чистых блузок.
Повинуясь внезапному порыву, мы разворачиваем карту и пытаемся найти на ней Фейридейл. Это старый городок на северо-востоке Массачусетса, примерно в часе езды к востоку от Ипсуича, но информации о нем почти никакой нет.
– Кроме того, мне придется разделить деньги с другими его детьми, которые, вероятно, заслуживают большего, чем я, ведь они законнорожденные и…
– Хватит. – Эллисон резко встает, но потом снова садится, потому что на нее накатывает волна головокружения.
Я уже собираюсь подойти к ней, но она поднимает руку, останавливая меня.
– Чем ты хуже их? Если уж на то пошло, он должен дать тебе больше, ведь его никогда не было рядом. По крайней мере, другие его дети проводили с ним время. А что получила ты?
Я поджимаю губы.
В ее словах есть смысл. И все же мне не по себе при мысли о деньгах. Словно они не мои, словно я не имею права принять их, неважно, завещаны они мне или нет. Я чувствую себя неловко всякий раз, когда думаю о тысяче долларов, лежащих сейчас на дне чемодана.
– Как думаешь, они возненавидят меня? – шепотом спрашиваю я.
А разве может быть иначе? Я – плод случайного романа, явившийся за их деньгами. И хотя мистер Воан заверил, что семья знает о моем существовании и желает познакомиться поближе, я все равно настороженно отношусь к его словам.
– Кто знает, – пожимает плечами Эллисон. – Может, возненавидят, а может, и нет. Ты едешь это выяснить.
Я нервно хихикаю. Иногда ее честность ранит. Я и так рискую жизнью, отправляясь в незнакомое место. И не хочу даже думать о том, что в итоге стану самым ненавистным человеком в городе.
– Готово. – Я делаю глубокий вдох, когда закрываю чемодан.
У меня не так много вещей, но поскольку я встречаюсь с этими людьми впервые, то хочу произвести хорошее впечатление. Поэтому беру только самую качественную одежду: пару блузок и брюк, юбку, два платья, ночную сорочку и кое-что из нижнего белья.
Следующим утром я завтракаю с Эллисон, прежде чем отправиться на вокзал.
– Будь осторожна. Позвони, если сможешь, – говорит она, заключая меня в теплые объятия.
– Конечно. Кому еще я могу все рассказать, если не тебе? – Я улыбаюсь и целую ее в щеку.
– Счастливого пути, Дарси. Уверена, ты найдешь то, что ищешь.
Помахав подруге на прощание, сажусь в поезд. Поездка до Вустера занимает около двух часов. Я уже позвонила сестрам Мэри и Анне, чтобы сообщить о своем приезде, и они пообещали встретить меня на вокзале.
И точно, стоит мне сойти с поезда, как я замечаю их, таких же веселых и красивых, как всегда.
– Моя дорогая Дарси! – восклицает сестра Анна, заключая меня в крепкие объятия. – Не думала увидеть тебя так скоро.
– Большое спасибо, что встретили.
– Ерунда. Мы теперь так редко видимся, что, конечно же, пришли за нашей любимой девочкой, – отвечает сестра Мэри.
Я мило улыбаюсь им, и мы начинаем болтать, направляясь на главную улицу, чтобы поймать такси, за которое я настаиваю заплатить. Они немного обижаются на меня, но вскоре общение налаживается, и они рассказывают о новеньких и о новом крыле, построенном на пожертвования, – и показывают его мне сразу по приезде в приют.
Только спустя несколько часов мы закрываемся в их кабинете для серьезного разговора, о котором я просила. Когда рассаживаемся за маленьким столиком, я запоздало замечаю беспокойство, отразившееся на их лицах. И понимаю, что вся эта пустая болтовня была не чем иным, как оттягиванием неизбежного момента.
– Мы знаем, зачем ты здесь, – без предисловий говорит сестра Анна.
Мои глаза расширяются, и я перевожу взгляд с одной женщины на другую.
С поджатыми губами и суровыми чертами лица они выглядят виноватыми.
– Откуда… – шепчу я.
Сестра Мэри встает со стула, подходит к одному из шкафчиков в кабинете и достает из потайного отделения маленькую коробочку. Поставив ее передо мной, она открывает крышку и показывает мне содержимое.
Я замираю, увидев точную копию броши с лебедем, которую получила по почте от мистера Воана.
Но потом холодею, когда все детали встают на места. Украшение и есть то подтверждение, в котором я нуждалась.
– Вы знали, кем был мой отец, – шепчу я и медленно поднимаю на них глаза.
Сестра Мэри поджимает губы, но в конце концов слегка кивает.
– Твоя мать знала, что умирает, когда попросила нас позаботиться о тебе, – начинает она, снова устраиваясь напротив меня. – Она была больна, без гроша за душой и не знала, что еще делать. У нее осталась лишь эта брошь – часть идентичного набора, как я узнала позже. В то время она почти ничего не рассказывала о твоем отце. Даже не упомянула, что он может взять тебя под опеку, поэтому мы не стали вмешиваться.
– После ее смерти мы должны были продать брошь и использовать вырученные средства на твое содержание и образование, – продолжает сестра Анна. – Зная, что за нее можно выручить приличные деньги, я отправилась к ювелиру, и пока мы ждали от него ответ, пришло анонимное письмо, в котором спрашивалось, откуда у нас эта брошь. Некоторое время мы переписывались, а потом появился поверенный, мистер Воан, чтобы лично взглянуть на брошь. Именно тогда он показал нам ее близнеца и рассказал, что они были изготовлены на заказ и вторая такая же могла быть только у твоей мамы. Когда мы рассказали ему о тебе с Лизетт, он был потрясен.
– Насколько мы поняли, она ушла от твоего отца, еще когда была беременна, и он не смог ее найти, – добавляет сестра Мэри.
Я моргаю, медленно переваривая услышанное. Мама сбежала от моего отца?
В смутных воспоминаниях она неустанно напоминала мне, что отец был плохим человеком, но никогда не объясняла почему. А я никогда и не спрашивала. Чувствуя, что тема ей неприятна, просто вела себя так, словно у меня вообще нет отца – словно никогда не хотела его иметь.
Возможно ли, что она просто не знала, что он был женат? Может, узнала лишь после того, как их роман закончился? Это бы объяснило, почему она называла его плохим человеком, – ведь он нарушил свои клятвы и обманул ее.
Подобные мысли приносят спокойствие. Пусть у меня не
