Альфа волк - Кэролайн Пекхам
Харпер начала массировать мне плечи, и от этого прикосновения у меня по коже побежали мурашки. Когда-то ее прикосновения казались естественными.
Но с тех пор как я образовал пару, я отвергал всех других Волков. И вообще всех женщин. Это была жестокая судьба. Я рассчитывал выбраться отсюда и как можно сильнее отдалиться от Розали. А теперь я застрял в Даркморе, все еще тоскуя по ней, все еще отвергая свою собственную стаю.
— Хватит, — прорычал я достаточно резко, чтобы Харпер отпрянула.
Она заскулила, и я извинительно нахмурился.
— Прости, любимая, я… — У меня не было конца этому предложению, поэтому я просто вздохнул и отвернулся. Я потерял все. И все, за что я мог здесь держаться, — это то, что мое время в этом месте скоро закончится. Я был так близок к свободе. Как я мог все просрать из-за девчонки Оскура? Это был позор. И хуже всего было то, что какая-то часть меня была счастлива. Ведь теперь мне не нужно было ее бросать. Теперь я мог остаться, увидеть ее, обнять и сожрать. Мне пришлось бы терпеть этот ад гораздо дольше, чем планировалось, но пока это означало, что я могу обладать ею, я не был так расстроен, как должен был бы. И, надо думать, звезды очень смеялись за мой счет.
***
Прошло почти три месяца с тех пор, как Розали попала в яму, и я был в плохом состоянии. Я не спал, не ел. Моя стая думала, что я схожу с ума. Иногда мне тоже так казалось. Каждый день я отправлял задания на Скрытую Стену, чтобы узнать как можно больше информации о том, что с ней происходит. Но ни у кого не было ответа, когда ее отпустят. Ни у кого, кроме Кейна. Засранца, который засадил ее туда и держал ее судьбу в своих руках.
Мне надоело притворяться, что она ничего для меня не значит. Я должен был рискнуть. Я больше не мог делать это в одиночку. Этот секрет пожирал мои внутренности. И он мог убить меня, если я не выпущу его наружу в ближайшее время. Поэтому я придумал план, который убьет двух зайцев одним выстрелом, и вызвал Харпер в свою камеру.
— Привет, Альфа, — сказала она с обеспокоенным видом, которым они все смотрели на меня уже несколько недель. Точнее, месяцев. С тех пор как Розали появилась и все испортила. Сделала меня несносно счастливым и невыносимо несчастным одновременно.
Я был в комбинезоне с завязанными вокруг талии рукавами и голой грудью. Харпер подняла на меня голову, когда я прошел мимо нее и натянул простыню на решетку, чтобы мы могли уединиться.
— Мне нужно сказать тебе то, что ты не сможешь сказать никому другому. И мне нужно, чтобы ты сделала для меня кое-что, что является большой просьбой… но мне больше не к кому обратиться, и я доверяю тебе, Харпер.
Ее брови сошлись.
— Что угодно.
Я вздохнул, взял ее за руку и потянул прочь от двери, понизив свой голос до полного шепота. Блин, как же я соскучился по заглушающим пузырям. Это место имело уши даже без орденских даров.
— У меня есть страшный секрет, — сказал я, тяжело сглотнув. — Кое-что, что может разрушить основы нашей стаи, что может заставить их всех потерять веру в меня. И может заставить тебя потерять веру в меня. — Я понимал, чем рискую, но так больше продолжаться не могло. И, может быть, Харпер поможет мне. Она была верной Бетой, но это доведет ее преданность до предела. Возможно, это сломает ее навсегда.
— В чем дело, Альфа? — спросила она немного испуганно.
— Ты поклянешься не рассказывать остальным? — спросил я, мысленно помечая, что в следующий раз, когда мы окажемся в Магическом Комплексе, я заключу с ней звездную сделку.
Она твердо кивнула, в ее глазах не было сомнений.
— Я обещаю.
— Я… блядь, как мне это сказать? — Я рассмеялся, что прозвучало немного странно, и она нахмурилась еще сильнее. — Я… образовал пару с Оскура. Луна выбрала нас. Я не хотел этого, я боролся с этим. Я все еще борюсь, но это было не в моих силах…
— Кто? — задохнулась она, в ужасе качая головой в знак отрицания.
— Розали Оскура, — прохрипел я, и она вздрогнула, ее лицо исказилось в отвращении и неприязни.
Меня охватила собственническая энергия, и мне захотелось наброситься на нее за такой взгляд, избить ее за то, что она осмелилась предположить, что Розали не идеальна. Но это было неправильно. Все так охрененнительно неправильно.
— Прошло уже несколько месяцев. Я спрятал метку. — Я повернулся, указывая на то место, где я сделал новую татуировку в виде колючих роз вокруг нее — практически такую же, как у нее на теле, что я понял уже после того, как сделал эту чертову штуку. Почему все, что я делал в эти дни, вращалось вокруг нее, намеренно или нет?
— О, мои звезды, — вздохнула она, ее пальцы коснулись серебристого полумесяца, когда она нашла его среди татуировки. — Альфа, это… это ужасно!
— Шшш, — прошептал я, развернул ее и прижал к стене, зажав ей рот рукой. — Ты никому не расскажешь, — потребовал я, и она кивнула под моей рукой.
Угроза была ясна. Если она нарушит это обещание, я убью ее. Вот так просто. Я опустил руку, позволяя ей говорить, когда следующая просьба обожгла мне горло и язык.
— Вот почему я больше не могу спать со всеми вами, почему я не могу трахнуть ни одного из вас. Я принадлежу ей, хочу я этого или нет. Я ее, Харпер. Телом и гребаной душой.
Ее глаза практически вылезли на лоб, когда она снова кивнула, продолжая кивать, пока пыталась осмыслить сказанное.
— Так что мне нужен… кто-то, кто будет меня прикрывать, — медленно произнес я. — Чтобы стая поняла, почему я их избегаю. И я знаю, что прошу от тебя многого, Харпер, но мне нужно, чтобы ты стала этим кем-то. Чтобы ты притворилась моей парой.
У нее отвисла челюсть, когда она
