Ночь с драконом - Кира Фарди
— Да уж, будь добр! Иначе я сама возьмусь за воспитание. Двадцать лет девчонке, а все не поумнеет.
Но старческий запал уже прошел. Я понимала Расину, она испугалась за егереса. Сильный и могучий дракон, способный в одиночку уничтожить целый рой огненных пчел, вдруг получил в лоб от пленницы Обители. Есть чему удивляться и на что сердиться.
Дама тронула колеса кресла, Дрюневир тут же вцепился пальцами в спинку. Провозя старуху мимо клетки, он вдруг подмигнул мне и улыбнулся. Мгновенно отлегло от сердца. Несмотря на суматоху, которую я устроила, кажется, никто не собирался меня наказывать.
Никто, кроме егереса, который ждал, пока все покинут коридор, но в упор смотнел на меня.
Я повыше вздернула подбородок. Да, строптивая, да, конфликтная, но без боя точно не сдамся.
— Может быть, спокойно поговорим? — предложил Рей.
Он не улыбался, не нервничал, но столько холодной уверенности звучало в голосе, что мне стало неловко. А, как известно, лучшее средство от стыда, нападение.
— В клетке? Нет уж! Не пойдет. Выпусти сначала.
— Выпущу, если не будешь распускать руки.
— Ты меня боишься?
— Нет. Просто не хочу, чтобы родственники переполошились. Им и без нас хлопот хватает. Опять видели над городом черные нити.
Что это такое, я не знала, но озабоченность егереса передалась и мне.
— Хорошо. Сними цепь. Пожалуйста, — последнее слово выдавила с трудом, но надо же как-то показать, что я согласна на мировую.
— Выходи.
Рей не шевельнулся, не протянул пальцы к замку. Я растерянно посмотрела на него. Он что, издевается?
— Как? Открой сначала дверь.
— Она открыта.
— Но вчера прутья…
— То было вчера.
— А цепь?
— Она тебя не держит.
Что за чертовщина? Смотрю на ногу и глазам не верю: щиколотка свободна, а цепь, гремя звеньями, сама закручивается вокруг столбика у стены.
— А… как это?
Осторожно подхожу к клетке, трогаю прутья, они не шевелятся. Толкаю дверь, она свободно распахивается.
— Все очень просто. Клетку заперла ты сама своим сознанием.
— Хочешь сказать, что и цепь я на себя нацепила сама?
— Да. Ты провинилась и приняла наказание как должное.
— А как же поднос?
Я подняла металлический прямоугольник и повертела в пальцах.
— Ты силой воли раздвинула прутья.
— Разве я это могу? — недоверчиво посмотрела на Рея.
— Вспомни, в крайне опасный момент ты сумела вызвать кайри, а теперь разозлилась на меня так, что раздвинула мыслью прутья.
Н-да! Я шла за Реем и качала головой. Оказывается, я совершенно ничего не знаю своих способностей.
Но поговорить нам не удалось. Только мы вошли в покои егереса, как по замку пронесся вопль ужаса.
— Черная смерть! Черная смерть!
Рей спокойно, без лишней суеты, вышел из комнаты, я осталась одна, не понимая, что дальше делать. Выглянула в узкое окно, покрытое мозаичным стеклом, но толком ничего не разглядела: сквозь мутные пластины виднелись только силуэты суетящихся драконов. Одни прилетали, другие взлетали, но все были встревожены.
«Что еще за черная смерть? Чего все так переполошились?» — полезли в голову вопросы.
Дверь со скрипом отворилась, егерес стоял на пороге, а за ним виднелся вчерашний слуга.
— Мия, тебе нужно пройти в укрытие. Мали тебя проводит.
— А что случилось? Можешь объяснить.
Но Рей уже исчез в коридоре.
— Прошу вас, шилесса, — Мали показал на мое бирюзовое платье, висевшее на плечиках. Оно было выстирано и вкусно пахло мылом.
— Мне одеваться при тебе?
— Извините, одеваться некогда.
Огромный Мали просто взвалил меня на плечо, на вторую руку повесил платье и широко зашагал по коридору. Крики все усиливались, теперь я увидела домочадцев замка, которые бежали и летели в одном направлении. Надо мной закружились маленькие дракончики.
— Мия, давай с нами, — раздался в голове голосок Эми.
— Да, с нами.
Мали прибавил шагу, его тревога передалась и мне. Сердце учащенно забилось, поползли плохие мысли. Мы оказались у большого темного прохода, который, как гигантская воронка затягивал в свою глубину драконов.
— Сюда, сюда, — звала Эми.
Мали послушно бежал за девочкой, которая махала крылышками прямо у него под носом. С потоком жителей мы проникли в огромную пещеру. Здоровяк Мали поставил меня на землю, я не успела оглядеться, как раздался лязг и скрип закрываемой металлической двери.
В глубокой нише, куда нас затянула Эми, стояли мягкие кресла, стол, а стены были увешаны полками, уставленные банками, мешочками, коробками и ящиками.
Дети обернулись людьми и весело разглядывали припасы, я стояла в полной прострации: не понимая, что происходит.
— Мия, садись, — дернул меня за руку Дитрих.
Мали куда-то исчез, оставив на кресле платье. Я надела его на себя, Эми затянула шнуровку корсета, правда, сделала это так неумело, что лиф сползал с одного плеча, и приходилось постоянно поправлять ткань.
— Так, а теперь рассказывайте, что за черная смерть?
— Это зло, — легко ответила Эми. — Шилесса, можешь достать в-о-о-о-н ту банку?
Она мгновенно взлетела и показала пальцем на верхнюю полку.
— Попробую.
Я встала, но тоже не смогла дотянуться. Тогда Дитрих просто столкнул посудину мне на руки. Я успела ее поймать, но чуть не свалилась на пол от тяжести. Поставила банку на стол.
— А что там?
— Сладости, — дети переглянулись и засмеялись. — Мы здесь будем долго, надо подзаправиться.
— А олика там есть?
— Конечно. Много, — Эми подмигнула Дитриху.
Я развязала веревку, которая стягивала пергамент, только хотела его снять, как широкая ладонь закрыла горлышко.
— Нельзя! — коротко рявкнул Мали, забрал посудину и отправил ее на полку.
— Ты плохой! — обиделась Эми.
— Вредный дядька! Я все егересу расскажу! — прошипел маленький Дитрих.
— Почему нельзя? — возмутилась и я. — Детям скучно, они хотели угостить меня.
— Шилесса, вы знаете, что там?
Мали на всякий случай задвинул банку подальше.
— Дети сказали, что там сладости и олика.
— А ну идите сюда!
Но малыши уже скрылись в другой нише. Мали достал другую банку, насыпал в плошку горку печенья. Из огромной бутыли налил ароматный напиток, все подвинул ко мне.
— Спасибо, но я хотела бы получить объяснения, — не шевельнулась я.
— В той банке огненные пчелы.
— Что? — теперь пришла моя очередь растеряться. — Но это опасно.
— Опасно,
