Попаданка на самокате - Стася Вертинская
– Кому она может понадобиться, кроме полиции? – мне казалось, что ещё чуть-чуть, и мы погрязнем в этом так, что не сможем выбраться.
– Конечно, тот, кто забрал её с похорон. Или тот, кто знает о нём. Уверен, мы узнаем об этом, как только найдем владельца машины, – сказал Глеб. – Это хорошо. Наконец-то начинается самое интересное.
Он замолчал, будто ещё раз прокручивая в голове всё, что мы узнали сегодня. А потом усмехнулся:
– Пока всё идёт, но если в ближайшие не продвинемся, Гильдия начнёт дышать мне в затылок горячим паром. А Вершинин проверит, заряжен ли его револьвер. Завтра отсеиваем лишнее.
Он повернулся ко мне с той самой полуулыбкой, от которой хочется либо убить его, либо последовать куда угодно:
– И если повезёт – встретим кого-то, кто знает слишком много. Надеюсь, ты помнишь, как пользоваться искровиком?
Глава 11
На другой день в участке было также шумно. Заявление Вершинина и правда задело куда большее количество людей, чем казалось вначале. И мне даже стало страшно: что на самом деле случится, если Глеб не найдет источник утечки магтехнологий? Угроза Вершинина больше не казалась мне шуткой.
– Девять ноль одна, – как обычно невозмутимо сказал Глеб, когда мы пришли. – Местные герои снова срываются с тормозов без меня. Непорядок.
А через несколько минут он уже снова занял чей-то стол, продолжая делать то, что мы начали вчера – искать и копать везде, где это было возможно и не очень.
– Громов, вдова, – тут же распорядился он. – Вдова, вдова и ещё раз вдова. Кто к ней заходил, кто мимо проходил, кто смотрел в окно – отчёты к обеду.
Сам он погрузился в изучение информации о четырех найденных накануне машинах. А мне снова достался блокнот и конспектирование размышлений Глеба. Вечером он успел перечеркнуть половину моих стараний. Что-то отметил знаками вопроса или обвел в кружок. Но я просто продолжала записывать.
От обилия вылившейся на нас информации голова шла кругом. Мозг гудел, как механизм на магбатарее. И единственное, чего я боялась – ошибиться в записях хоть на одну букву.
– Все четыре подозрительные машины были зарегистрированы на несуществующих лиц, – рассуждал Глеб. – Обычная практика, если хочешь скрыть истинного владельца или свои финансовые возможности от властей. Дорогая модель – такие собирают только под заказ.
Глеб отмечал места на карте, где видели машины – в ход шло всё, от случайных слухов до считывающих магкристаллах, которые были установлены в самых важных точках города. Не как в моём мире, где можно отследить что угодно по многочисленным уличным камерам и сигналам спутников, но тоже кое-что.
От этого его отвлек один из полицейских, принёсший новость: инженера Бурова видели уже после того, как он не явился на работу на фабрику.
– Значит, он что-то видел и боится, – предположил Глеб. – Что неудивительно, учитывая, что в деле замешаны вдова Лебедева и люди, способные оплатить сбор дорогой тачки. Уверен, он захочет смыться из города. Если уже это не сделал.
Вскоре несколько полицейских отправились на поиски следов инженера: проверить записи об уехавших пассажирах, о тех, кто только взял билет и тех, кто ещё только думает покинуть Копперград.
А мы снова погрузились в архивы, записи и сбор информации. После неспешной прогулки по автомастерским и авантюры с ревизией фабрики, колесо расследования закрутилось с невероятной скоростью. Я почти уже верила, что мы успеем разобрать весь город по кирпичикам прежде, чем за нами явятся из Гильдии техномагов.
И всё же не каждая ниточка распутывалась гладко. Люди ошибались – Глеб злился. Партнеры Лебедева давали одинаково бесполезные ответы – им было куда выгоднее работать с ним, чем убивать. Все как один клялись, что желали ему долгих лет жизни и процветания. Ни ссоры, ни намёков на конфликты.
Пока из близких Андрею Лебедеву людей вызывала подозрения одна только Наталья. И то, я была уверена, всё дело в любовнике, и она не хотела, чтобы её измена стала известна обществу.
К концу дня у нас была информация только по четырем машинам.
– Вот, – Глеб разложил передо мной листки с пометками, будто мне предстояло решить, кого сегодня мы будем ловить на горячем. – Первая и вторая – мусор. У одной владелец – старик. Он боится покидать свой особняк и уж тем более доверить свое имущество кому-то из потенциальных наследников. Вторая – появилась в городе совсем недавно, но судя по всему не успела побывать в тех районах, где обитает госпожа Лебедева. Поручи их кому угодно, пусть добьют ради отчётности.
Он убрал две записи в сторону и пододвинул одну из оставшихся ближе ко мне.
– По третьей так ничего и не известно – либо стоит у кого-то в коллекции для любования собственным великолепием, либо мы узнаем о ней позже. А вот эта самая интересная.
Он улыбнулся. Я знала его извращенное “интересное” и приготовилась слушать. Потому не удивилась, когда он сказал.
– Каждый четверг эта красотка появляется возле клуба “Четыре луны” – об это говорят и стоящие на соседней улице магкристаллы, и информаторы. Само заведение ничего особенного из себя не представляет – обычный бордель. Но по четвергам они дают представление – веселое и шумное. Это отличный повод скрыться среди скучающих богачей и провернуть тёмные делишки в закрытых комнатах.
– Ты в этом уверен? – спросила я. Потому что уже чувствовала, что следующая “ревизия” у нас случится в клубе для любителей доступных женщин.
– Нет, – покачал головой Глеб. – Но как минимум исключим её из списка подозрительных машин и, если что-то нароем, подкинем нашим друзьям из полиции шикарную головную боль. Ну а если нам повезет…
Глеб вдруг выпрямился и окинул меня оценивающим взглядом:
– Ну что, ревизор, как думаешь… сходим завтра вечером в бордель?
– С проверкой? – насторожилась я.
– Зачем быть такой жестокой к завсегдатаям клуба “Четыре луны”? – притворно возмутился Глеб. – Я сделаю вид, что пришел развлечься, а ты изобразишь одну из работниц борделя.
Только личное уважение к Глебу и благодарность ему за спасение от обвинения в убийстве удержали меня от того, чтобы взять стул, на котором я сидела, и сломать об его
