Последняя Ева - Сарра Джейн
— Тебе следовало подготовить её раньше. Но теперь времени нет. У нас в запасе мало времени, пока паломницы здесь.
— Я не могла вот так взять и вывалить на неё всё!
— Могла! — голос Элиаса вновь сорвался на крик. — Могла и должна была! А теперь поздно. Хватит раскисать!
— Прекратите шуметь, — в комнате послышался третий, незнакомый голос.
Он звучал тихо, спокойно, но властно, и воцарившаяся тишина означала, что к нему прислушиваются.
— Наран, почему ты хочешь отдать её именно Кею? — заговорила Хилл. — Не легче вообще с ним не связываться?
— У нас нет нужного оборудования, чтобы её взломать, - ответил мужчина по имени Наран. — А Кей разблокирует данные и координаты.
— Неужели ты не боишься, что Кей может добраться до обители с её помощью?
— Ты сама говорила, что это сделать невозможно, - Наран тяжело вздохнул. – И хватит раскисать, Ви, тебе стоит наконец сделать выбор и прекратить сомневаться. Я устал торчать здесь. И хочу пройтись, пока в Эдеме никого нет.
Тело мгновенно покрылось ледяным потом. Услышав шаги, я бросилась прочь.
Я мчалась, не чувствуя под собой ног, перепрыгнула через ступеньки на первом этаже, вылетела через чёрный ход, бежала по каменной дорожке и ворвалась в жилой корпус.
Влетев в комнату, я перепугала всех ев. Они вскочили с коек и уставились на меня. Ева 104 оторвалась от подушки и с подозрением за мной стала наблюдать.
Едва дыша, прислонившись к двери, я не обращала внимания на их возмущённые шёпоты. Кажется, я извинилась за шум и кое-как добралась до своей кровати.
Пришла в себя, только укрывшись с головой одеялом, где смогла унять дрожь и выровнять дыхание.
Мое сознание, уставшее и перепуганное, ни за что не хотело приходить в себя. Я чувствовала: я оказалась там случайно, но попала в самый эпицентр чего-то важного. Шёл разговор о чём-то пугающем, и мне потребовалось время, чтобы осознать происходящее.
Неужели это... заговор?
Надвигалось нечто ужасное, чудовищное, готовое в одночасье разрушить всё, что годами возводилось здесь, в стерильной тишине купола. Чувство неминуемого краха подкрадывалось сзади, подбиралось к самой шее, готовясь вонзить ледяные клыки. Надо мной нависла незримая мрачная тень, словно это я была грязной грешницей, сотворившей нечто неисправимое. Тело покрывала липкая плёнка страха, сковывающая ледяными цепями. Но вскоре усталость взяла вверх, накрыв с головой.
Я стояла на перроне, не в силах справиться с накатывающей волной ужаса. В висках стучало:«Заговор, заговор, заговор».
А вокруг бушевал праздник. Перрон у восточных врат скинии, украшенный белоснежными лентами и цветами — символами нашей чистоты и невинности, встречал серебристого исполина.
Ковчег.
Валла 73 была права — это чудо техники. Он впечатлял размерами, а то, как он бесшумно и плавно замер у перрона, отключив магнитные пластины, заставляло сердце сжиматься от восторга.
На перроне замерли все: евы, валлы, учёные, солдаты. Пока все следили за Ковчегом, я не сводила глаз с мисс Хилл и Элиаса. Они стояли неподалёку друг от друга, и в мимолётном пересечении их взглядов читалось что-то пугающее. Также я пыталась найти загадочного Нарана. Кто это был? Один из солдат?
Когда двери поезда отъехали, мы все, затаив дыхание, смотрели на трёх женщин в белоснежных одеждах. Они выглядели как ангелы. Старые ангелы с морщинами на лицах. Натуральные женщины, чья внешность так контрастировала с нашей выверенной генетикой.
Несмотря на возраст, паломницы двигались плавно и мягко, от них веяло неземным спокойствием. Авива, Кейла и Шилон. Легенды, чьи имена мы знали с детства. Каждый год они наставляли нас на путь Истинной Жены. В этом году — в последний раз.
От волнения ладони предательски вспотели. Я украдкой вытерла их о рубашку, мысленно каясь перед Великой Матерью. Но ходить с мокрыми руками было куда неприличнее.
Едва последняя паломница ступила на перрон, мы, как один, склонились в поклоне:
— Да здравствуют верные служительницы Великой Матери!Горло пересохло. Я выпрямилась синхронно со всеми, но взгляд снова, против воли, метнулся к учёной и солдату. Мысли о встрече со святынями растворились, вытесненные вчерашним ночным кошмаром.
Я чувствовала нутром — здесь что-то не так. Как это ужасно — осознавать, что интуиция, которая кричала об опасности, была права.
В Эдеме-5 заговор.
Вспомнились слова мистера Пейна о Солнечных людях. Неужели мисс Хилл и Элиас… Дышать стало больно.
Ева 104 связалась с Элиасом. И, по его же словам, ещё восемь жительниц скинии предали путь истины. Этот мужчина в зелёной униформе, поклявшийся нас защищать предатель! А мисс Хилл, ставшая мне почти что семьёй… Они в сговоре с теми, кто хочет нас похитить, чтобы сделать своими рабынями…
Хотелось выбежать на перрон и закричать, сорвать этот маскарад. Но ноги не слушались.
Тем временем мисс Оушен, низко кланяясь, подошла к паломницам и подносилаигубы к их рукам. Я следила за каждым её жестом, пытаясь понять — не предательница ли и она? Теперь нельзя доверять никому.
Из поезда вышла свита — охранники и служки. Мой взгляд снова нашел Элиаса. Он стоял за спиной Пейна. Лишь сейчас до меня дошло: они одного звания. Вот как он получил доступ в корпуса и беспрепятственно проник к Еве 104! Он использовал свои полномочия для грязных дел.
От злости тело вспыхнуло жаром. Ещё мгновение, и из ноздрей, казалось, повалит дым. Но сменивший жар ледяной холод пронзил меня насквозь, когда глаза Элиаса, до этого следившие за паломницами, встретились со взглядом одной из служек в серой рясе. Между ними пробежала безмолвная искра понимания.
Мир поплыл. Зачинщики были и среди свиты?
Девушка коротко кивнула Элиасу и опустила голову.
И в последний момент, когда все уже покинули поезд, возникла тёмная фигура. Высокий мужчина в чёрной рясе, словно исполин, возвышался над толпой. Я ощутила, как окружающие Евы и Валлы, до этого перешёптывающиеся, разом замолкли, уставившись на незнакомца.
— Старший Хранитель, — прошептал кто-то за моей спиной.
Я обернулась на голос. Стоявшая позади Ева встретила мой взгляд и едва заметно улыбнулась.
— Почему Старший Хранитель здесь? — тихо спросила её соседка. — Говорят, в последнее время участились нападения на поезда, — так же тихо ответила та, с лёгким недоверием косясь на меня.Я отвернулась и снова уставилась на мужчину. Широкий капюшон и серебристая маска скрывали его лицо, а по мощной стати было сложно угадать возраст. Но одна мысль о том,
