Лунное солнце - Ева Верми
Никос остановился, заставляя и нас замедлиться. У него был такой грустный вид, что у меня сердце сжалось.
– Как бы там ни было… Мы едва не казнили тебя, Нивис. Что ей мешало провернуть то же самое, подберись мы к ней раньше? Ты наша сестра, и многие десятилетия назад мы с Ичесом обещали себе тебя оберегать. Какой бы ты ни была. Мы обещали, что останемся на твоей стороне, несмотря ни на что, и…
– Нив, – встрял Ичес, положив руку Никосу на плечо, когда тот не смог договорить, – мы не сможем все переиграть, и нам придется мириться с последствиями своего выбора. Единственное, о чем я жалею, что допустил саму мысль, что это ты. Если сможешь, прости нас за это.
– Все уже случилось. Ба учила меня быть стойкой, и я собираюсь последовать ее совету. Я не хочу терять вас, поэтому не смогу не простить.
Может, если бы не их сомнения, я уже не стояла бы здесь. Может, этим та гадина и воспользовалась? Я ведь не знаю, что они видели, какой «я» была. Да и «я» могла измениться со временем под грузом обстоятельств.
Взглянув на них еще раз, я поняла, что за перемены с ними произошли. Вина. В их глазах, жестах и словах виднелась вина. Они признавали свои ошибки, но изменить и вправду ничего не могли. Никто из нас. Но это не повод опускать руки. Я взяла братьев за руки и сказала:
– Если мы предадимся этому чувству, Ирбэ победит, даже оставаясь за решеткой. Я не дам этому случиться. Я буду бороться за свою семью, любовь и страну. И если вы хотите помочь мне в этом, я буду рада видеть вас подле себя.
И мы утонули в объятиях друг друга.
Глава 10. Лед и пламя
Глава 10. Лед и пламя
Может, и к лучшему, что Поляриса не было сейчас в Пэрише. Мне было плохо без него, хоть я и гнала от себя эти мысли. Ему так же было больно, когда я отказалась от него перед коронацией? Наверное, такова кара Богинь… От мысли, что он страдал так же или сильнее, мне становилось еще хуже.
Братья взяли с меня слово, что я не стану упорствовать в тренировках, особенно в одиночку. А я поклялась себе использовать время до начала учебного года с пользой. Я изучала основы владения огнем, проводя пару дней в неделю в библиотеке замка и самой академии. Остальное время я прощупывала почву со знатью. Я не собиралась принимать тот факт, что меня так нагло и вероломно лишили всего, к чему я стремилась всю свою жизнь.
Я буду бороться по мере сил. На сбор информации и изучение летописей у меня ушел целый день и полночи, но я смогла составить примерный список знати, кто хотя бы в теории мог оказаться на моей стороне. Сверх того, я расписала реакции на свои письма. Возможно, я потратила бы на все меньше времени, если бы внешняя политика самозванки не была такой хаотичной. Она будто жонглировала булавами, стоя на одной ноге и при этом крутя обруч. И была в этом хороша. Или же обладала недюжинной удачей, впрочем, в последнем я даже не сомневалась. В чем же Богини провинились перед ней, что так искупали свою вину? Другой причины успеха Ирбэ я не представляла. Из-за того, что я была лишена всех титулов, на некоторые письма мне не ответили даже спустя пару недель.
За прошедшее время я так устала думать обо всем этом. О своем положении, о деньгах, о разрушенной жизни и потерянных годах. Больше не королева, не наследница, не член королевской семьи. Просто Нивис Вьерго. Никто. И мысль о поступлении уже не грела. Мне казалось, что все зря. И одиночество сжирало меня похуже сомнений.
Единственное, почему я не бросила еще эту затею, – это предсказание. Если мы все правильно поняли, то мне нужен этот огонь. Однако подчинялся он мне неохотно. В свою избранность я верила с трудом. Но я продолжала тренироваться до седьмого пота, потому что от этого могло зависеть возвращение родителей.
Утром я едва не сожгла себе руки во время одной из тренировок по учебнику. Эта идея до добра меня не доведет! С чего я взяла, что у ледяной прионсы есть хоть какие-то шансы овладеть огнем?
Забредя в дальнюю часть сада при академии, я просидела там какое-то время. Скорей бы зимний сезон, чтобы снега стало побольше. Захотелось вызвать экрьеру, но я осеклась, зная, что пробовала украдкой уже не раз. Символа власти нет, и не стоит бередить эту рану.
До меня донеслись чьи-то шаги, а следом и звонкий голосок:
– Ой, я помешала, да?
Не хотелось даже голову поворачивать. Глаза все еще были мокрыми от обиды и сожаления, подтачивающие фундамент моего настроя ежедневно.
– Плохой день?
Рукой смахнув слезы, я повернула голову, чтобы увидеть аэстку в огромной сиреневой шубе. Глаза пришлось потереть еще раз, теперь уже чтобы убедиться в реальности этой картины. Что здесь делает аэстка? У нее были прямые рыжие волосы с золотистыми прядками. На изящной голове красовалась прямоугольная меховая шапка в тон шубе.
Она улыбнулась и подошла ближе.
– Бывало и лучше, – шмыгнула я носом. Кажется, она не узнавала меня, раз еще не вскрикнула от ужаса. Молоденькая совсем, наверное, ровесница Флоренты или чуть младше. Ох, только воспоминаний о Флоренте не хватало…
– Тоже поступаешь? – снова спросила она. Я заприметила на ее руках кольца с драгоценными камнями и изящный браслет на запястье. Подождите-ка… «поступаю»? «Тоже»? Аэстка решила поступить в академию братьев? Вот это да… они и впрямь настолько лучше других школ магии?
Я покачала головой, пододвинувшись на скамейке. Девушка тут же воспользовалась моментом и села на нее.
– Ну давай, рассказывай, мне уже интересно. – Она уперла локти в бедра, поставила голову на раскрытые ладошки и во все глаза уставилась на меня. Еще и бровями подергала, подталкивая меня к откровению.
– Я… потеряла дорогих для себя магов и не могу их вернуть.
– Оу, – протянула незнакомка, вытянув губы трубочкой и распрямляясь. – Я надеялась
