Ведьмы - Эдна Уолтерс

Наблюдая за ней, я растрогался. Такая милая, такая невинная и в то же время такая могущественная.

Машина ехала по трассе прямо на нас. Рейн танцевала на дороге. Она может попасть под колёса. При активированных рунах силы при их столкновении пострадала бы больше машина, но сомневаюсь, что у Рейн эти руны сейчас работают.

Я подошёл к ней, поднял и унёс в сторону от дороги. Она держалась руками за мои плечи. Где, чёрт побери, её туфли? Я не собираюсь искать их в темноте, даже в свете рун.

Рейн покрывала поцелуями моё лицо.

— Торин. Торин красивый.

Машина пронеслась мимо нас, даже не сбавив скорость. Водитель никого не увидел. Я шагнул через портал, и он закрылся за моей спиной. Холодный воздух и ночные звуки вмиг исчезли.

Не торопясь ставить Рейн на пол, я заглянул ей в глаза.

— Как ты себя чувствуешь?

— Отлично, — прошептала она, трогая моё лицо. Её светящиеся глаза смотрели в мои. — Что-то не так? Ты снова думаешь об отце?

Я не думал о нём, но мне нравилось, когда она трогает меня.

— Да. Ты нужна мне.

Она взяла моё лицо руками с двух сторон и нежно поцеловала.

— Ты тоже мне нужен.

— Тогда возвращайся ко мне.

Она нахмурилась.

— Я здесь, глупый. — Она оглянулась вокруг и ухмыльнулась. — В моём любимом месте.

Я хмыкнул, но через секунду посерьёзнел.

— Мне нужно, чтобы ты снова стала собой, Веснушка.

— Без тебя не смогу. — Она снова обхватила мою голову ладонями. — Только с тобой я целая, Торин Сент-Джеймс. — И снова поцеловала меня, с большей настойчивостью, заявляя права на меня. После чего отстранилась. — Так нечестно. Ты должен отвечать на поцелуй.

Я понимал, что надо погрузить её в сон рунами, дать возможность проспаться после использования магии. Всё остальное можно отложить, потом ещё будет время. Я уложил её на кровать.

Её руки крепче обхватили мою шею, пальцы затерялись в моих волосах.

— Обожаю твои волосы. Они шелковистее моих. А твои ресницы… Всё в тебе красиво.

Один поцелуй — и я остановлюсь. Я накрыл её губы своими и почувствовал новый прилив энергии от её стихийной магии, отчего кровь разогналась по венам. Я притянул Рейн к себе. Желание возрастало, я хотел её до боли. Нет, это больше, чем желание. У меня безумная потребность в ней. Я жажду её прикосновений, но не могу пользоваться тем, что она сейчас в таком состоянии. Я ещё не привык к тому, как на неё действует магия стихий.

Я разорвал поцелуй. Мы оба тяжело дышали. Её глаза всё ещё светились. Никогда ещё они не горели так долго.

— Поговори со мной, Веснушка. Что с тобой происходит? Как ты себя чувствуешь?

— Разве ты этого не чувствуешь? Сотни молний, искрящихся под кожей?

Она коснулась моих губ и улыбнулась. Одновременно такая милая и соблазнительная. Я чувствовал себя рядом с ней непобедимым и смущённым.

Но меня всё равно напрягали её светящиеся глаза. Уж не знаю, что за магию она использовала в лесу, но это было мощно. Любопытно, что побочный эффект проявился не сразу. Нам только предстоит во всём этом разобраться. У меня большой опыт по части магии рун, но почти нулевой — в магии стихий. Если бы речь шла о рунической магии, то избавиться от побочки довольно просто: нужно дать Рейн проспаться, и тогда всё медленно пройдёт само. Можно, конечно, и ускорить процесс моим способом.

Мой способ мне нравился больше.

Я потянулся к ней, завладел её губами. У неё перехватило дыхание. Я подхватил её ногу и закинул на своё бедро. Даже если внутренние желания требовали подчинять и поглощать, на деле я поклонялся и пробовал на вкус. Её губы были сладким нектаром, которым я мог бы питаться часами и всё равно оставался бы ненасытен. Я проложил дорожку поцелуев по щеке к шее.

— Ты потрясающе целуешься, — произнесла она, улыбаясь. Её руки забрались под мою футболку, ноготки впились в кожу. Мои мышцы задрожали от приятных ощущений.

Я с трудом сдерживаю ухмылку, тогда как на самом деле мне больше всего на свете хочется сорвать с неё одежду и восхищаться её совершенством. Я стянул с неё футболку, но не до конца, а так, чтобы связать её руки над головой. Если она не будет меня ласкать, всё будет хорошо. Я смогу сохранить контроль.

— Это потому что я обожаю, как ты отвечаешь, — прошептал я. — Как ты тяжело дышишь и стонешь, когда я делаю вот так.

Я провёл подушечками пальцев по её боку.

Она изогнулась, отстраняясь, и слегка прикусила нижнюю губу в попытке сдержать стон. Но стоило мне только накрыть ладонью её грудь, прикрытую лишь тоненьким шёлком, и царапнуть соски, как она выгнулась навстречу мне, прижимаясь всем телом.

— Отпусти мои руки, Торин, — попросила она.

— Прости, любимая, они останутся там.

Всё ещё удерживая её запястья, я поймал её рот нежным поцелуем, мой язык скользнул между её губ и переплёлся с её языком. В это же время моя свободная рука скользнула под её шёлковый лифчик и начала играться с сосками.

Рейн изогнула спину и застонала, пылко отвечая на поцелуй.

О, да! Чем больше она распаляется, тем быстрее пройдёт эффект магии. Она так страстно сосала мой язык, что я едва не позабыл, какой была моя цель. Её соски оказались очень отзывчивыми. Рейн извивалась всем телом и прижималась ко мне. Это была плохая идея во многих отношениях.

Мои руки двинулись ниже, исследуя её нежную кожу. Пальцы скользнули под пояс штанов и коснулись края шёлковых трусиков. Рейн задрожала, а затем дёрнулась, когда мой палец пошёл дальше и погладил её чувствительный бугорок. Рейн ахнула, разрывая поцелуй. Её веки всё ещё оставались сомкнуты, так что я не мог сказать, светятся ещё глаза или уже нет. Я проложил дорожку поцелуев по её шее, полизывая и покусывая. Рейн изгибалась, подавалась навстречу моей руке. Её дыхание было тяжёлым и прерывистым.

— Ты такая сладкая, — прошептал я. Мне хотелось заменить палец языком.

— Торин, — застонала Рейн, раздвигая ноги шире, пока я продолжал поглаживать её.

— Я здесь, Веснушка, — выдохнул напротив её кожи, продолжая целовать каждый дюйм, продвигаясь всё ближе и ближе к груди. — Ты безумно красива. Идеальная.

— Отпусти мои руки, — взмолилась она.

— Ещё рано.

Если она