Рождественский Пегас - Зои Чант

Автор: Зои Чант

Название: «Рождественский Пегас»

Серия: Пары на Рождество

Перевод: Лиса и Юлия

Обложка: Юлия

Переведено для канала в ТГ: https://t.me/dreamteambooks

18+ (в книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера) Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО! Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Все книги серии (совместно с Dream Team):

Пара для Рождественского Дракона (перевод от Dream Team)

Рождественская Адская Гончая (перевод от lenam.books)

Рождественский Пегас (перевод от Dream Team)

(Не)рождественское Чудо Адской Гончей (перевод от lenam.books)

Рождественский Грифон (перевод от lenam.books)

Подарок для Рождественского Дракона(перевод от Dream Team)

Тропы

Fated Mates (Истинные пары)

Shifter Romance (Роман об оборотнях)

Second Chance (Второй шанс)

Protective Hero (Защищающий герой)

Christmas Magic (Рождественское чудо)

Small Town Romance (Роман в маленьком городке)

Telepathic Connection (Телепатическая связь)

Глава 1

Двенадцать месяцев назад

Он прижимал её к себе — крепко, но бережно, словно она могла сломаться. Она бы рассмеялась, скажи он ей, что именно это у него в голове, потому что сломанным чувствовал себя он. Разбитым на куски и заново собранным. Каждый резкий вздох, каждый полный тоски стон, когда их с Олли тела двигались вместе, ощущался так, будто заживлял рану глубоко внутри него.

Он был парой Олив Локки.

Джексон не был оборотнем. Он знал, как должен работать союз пары — знал настолько, насколько вообще может знать человек, — но у него не было инстинктов оборотня, чтобы распознать предназначенную судьбой пару. Всё, что он знал наверняка, — он любил Олли с первой же секунды, как увидел её. А Олли…

Олли никогда не спешила быть уверенной в чём-либо. Он не знал, было ли это из-за её совы, её человеческой стороны или из-за их сочетания. Она ждала — наблюдала — пока не убедилась в том, что чувствует к нему. В том, что искра притяжения между ними была первым отблеском уз пары, который должен был закрепиться, когда они впервые переспят.

И теперь она лежала под ним — мягкая, тёплая, с закрытыми глазами; ресницы дрожали, когда по её телу прокатывались остаточные волны удовольствия. Её светлые волосы разметались по подушке, губы были покрасневшие и чуть приоткрытые. Член Джексона дёрнулся, когда он посмотрел на неё, и её дыхание снова сбилось.

— Я бы хотел, чтобы мы могли остаться так навсегда, — пробормотал он. Это казалось по-детски глупым — желать чего-то подобного; разве вся его жизнь не научила его, что нет смысла чего-то желать? — но здесь и сейчас ему было безопасно выпустить наружу маленький кусочек своего сердца. — Только мы. Вместе. Забыть обо всём остальном мире.

Он наклонился, чтобы поцеловать её, и её глаза распахнулись.

На мгновение она выглядела растерянной. А потом её лицо полностью застыло. Словно на ней оказалась маска.

Сердце Джексона остановилось. Он знал этот взгляд.

— Олли, — начал он, и от звука его голоса что-то захлопнулось за её глазами. — Что случилось? — каждое слово делало стену за её взглядом всё более непроницаемой.

Он запнулся, спотыкаясь о собственный язык. Старая рана внутри него снова раскрылась — медленно, дюйм за дюймом.

Будь он оборотнем, ему не пришлось бы полагаться на этот неуклюжий язык. Будь он оборотнем, он мог бы говорить с ней напрямую — разум к разуму.

Будь он оборотнем, он бы уже знал то, в чём, как он думал, она была уверена… и что теперь пересматривала.

Именно это означала застывшая маска Олли. Появилась какая-то новая информация, и пока она не разберётся, что с ней делать, она не позволит никому увидеть свои мысли.

И могла быть только одна новая деталь, способная так глубоко увести её в себя.

— Ох, — прошептала она. — Нет, я… я была так уверена…

Он уже наполовину вылез из кровати. Холодный воздух закружился вокруг его обнажённой кожи. Под его ногой смялась розовая лепестковая дорожка — боже, Олли была так уверена, что он её пара, что спланировала каждый идиотский романтический штамп для их первой ночи.

Она села. Стены за её глазами рухнули, но чувство, пришедшее им на смену, сжало его сердце льдом.

— Джексон, прости, я…

— Я не твоя пара. — слова царапали горло.

Олли подтянула одеяло, прикрываясь, и всё то, что Джексон считал в себе исцелённым, снова разорвалось.

— Я была так уверена, — повторила она. Он не знал, обращается ли она к нему, к себе или к своей сове. — Я думала, что всё должно работать именно так. Что как только мы переспим, связь пары…

Она глубоко вдохнула.

— Я ничего не чувствую. А ты…?

Надежда в её голосе была невыносима. Джексон покачал головой.

Он тоже не чувствовал ничего иного. Даже люди могли ощущать связь, соединяющую их с оборотнем-парой, после того как она формировалась, — но внутри него не было ничего, кроме отчаяния.

Лицо Олли побледнело.

— Мне не следовало этого делать, — прошептала она.

Джексон не стал слушать дальше. У него были все те же кусочки информации, что и у неё; все доказательства, ведущие к единственно возможному выводу.

Она ошиблась.

Он был ошибкой.

Настоящее время

За четыре дня до Рождества

Джексон Джайлс съехал на обочину и задумался, какого чёрта он вообще делает.

Впереди горы поднимались, касаясь темнеющего неба. Последний час или около того он петлял по предгорьям, набирая высоту и наблюдая, как пейзаж вокруг меняется — от пологих, заметённых снегом холмов к зубчатым чёрным скалам и соснам. Даже плотный слой снега не мог смягчить острые грани этого места.

Единственным намёком на тепло во всём мире был мягкий свет, пробивавшийся сквозь деревья вдали. Золотистое мерцание уличных фонарей сулило цивилизацию и горячую еду, способную немного ослабить хватку зимы… и одновременно было предупреждением.

Pine Valley. Крошечный горный городок, где Джексон провёл лучшие месяцы и худший момент своей жизни.

Он застонал и уронил голову на руль.

В это же время в прошлом году он думал, что влюблён. И что она тоже его любит. Олив Локки — маленькая, яростная и удивительная — была всем, о чём он никогда не смел мечтать.

И, конечно, это оказалось невозможным. Он отдал ей своё сердце, а она разбила его на куски.

Боль прострелила лоб. Он снова застонал, потёр бровь и