Валерия Вербинина - Синее на золотом
– Только то, что мне рассказал маркиз Александр, – удивленно ответила Амелия. – Что вы… простите, что ваше правительство поддерживает роялистов, снабжает их деньгами и оружием, и что за эту поддержку они чрезвычайно вам благодарны.
Лорд Огастес слушал Амелию, потирая пальцем висок. Когда она закончила, англичанин улыбнулся.
– Думаю, что вы можете обрадовать маркиза и его друзей известием о том, что наше правительство решилось на нечто большее. Мы готовим армию под командованием герцога Йоркского, которая вскоре выступит в поход.
– Вы пойдете на Париж? – быстро спросила Амелия. – Чтобы свергнуть правительство и вернуть короля?
Лорд Огастес покачал головой.
– Пример герцога Брауншвейгского уже показал, к чему могут привести попытки завоевать Францию без подготовки. Нет, миледи. Сначала мы должны обеспечить себе надежный плацдарм для высадки наших войск. Затем мы высаживаем войска, которые и пойдут туда, куда им укажет правительство. В нынешних обстоятельствах такие действия представляются нам наиболее разумными. – Он сощурился. – Скажите, ваши друзья согласятся помогать нам в этом нелегком, но нужном деле?
– Я полагаю, – ответила Амелия, невольно заражаясь его официозным тоном, – что могу ответить вам утвердительно. Наши друзья готовы сделать все, что от них потребуется, чтобы освободить Францию.
Лорд Келсо удовлетворенно кивнул.
– Прекрасно. Итак, в чем заключается ваша, вернее, их задача. Требуется отправить в Дюнкерк надежных людей, которые будут доставлять нам сведения обо всем, что творится внутри города. Вам известно, где находится Дюнкерк, миледи?
– Это порт? – Амелия начала догадываться. – Неподалеку от Кале?
– Да, – ответил лорд Келсо. – И он не так уж далеко от Амьена, так что ваши друзья смогут добраться туда довольно быстро.
– Значит, вы хотите захватить Дюнкерк? А почему не Кале?
Лорд Келсо вздохнул. На его лице появилось скучающее выражение.
– Потому что Кале слишком хорошо укреплен. Что касается Дюнкерка, то его укрепления были срыты еще в начале века, когда Людовик XIV проиграл очередную войну. Конечно, позже Дюнкерк пытались укрепить заново, но он слаб и долго не продержится. В наших же интересах, чтобы он сдался как можно быстрее. Для этого нам в городе и нужны свои люди. Иногда не вовремя отворенные ворота творят чудеса, – пояснил он с улыбкой.
Амелия задумалась.
– Я передам ваше предложение моим друзьям. Уверена, они будут счастливы помочь вам. Однако могут возникнуть разные детали, которые придется обсудить. К примеру, сроки, деньги на подкуп часовых, способ связи и многое другое. Это все очень серьезно, – добавила она, волнуясь.
Лорд Келсо улыбнулся.
– Теперь я вижу, что ваши друзья не зря выбрали вас. Разумеется, вы правы, но я не смогу долго оставаться в Амьене – в Англии меня ждут дела. Вы можете смело обращаться к Эдварду. Во всем, что касается деталей, он незаменим.
– А Эдвард – англичанин? – спросила Амелия. – Под каким предлогом к нему можно приходить, чтобы не возбудить подозрений у синих?
– Эдварда здесь считают французом, – ответил лорд, – и он и в самом деле живет тут очень давно. Да, он наполовину англичанин, но по матери, и об этом уже никто не помнит. А что касается предлога, то, думаю, чтобы сходить к изготовителю париков, он не слишком и нужен.
– Изготовителю париков? – переспросила ошеломленная Амелия, вспоминая бритую голову.
– Ну да, ну да, – развеселился лорд. – Сапожник без сапог, что вы хотите… Но человек он надежный. Уверен, вашим друзьям будет легко найти с ним общий язык.
Глава 5
– Захватить Дюнкерк? – переспросил пораженный шевалье. – Они хотят захватить Дюнкерк? А как же Париж? Как же королева, которая томится в темнице вместе со своим сыном, нашим повелителем?
– Он не сказал ни слова о Париже, – ответила Амелия. – Как мне объяснил лорд Келсо, им нужен порт на континенте, куда они смогут перевозить свои войска. А затем…
– Но это же глупость! – вырвалось у Армана. – Почему не Гавр, он же гораздо ближе к Парижу? Почему именно Дюнкерк, на который англичане зарятся уже много лет? Что за цель они преследуют? Они ведь уже пытались захватить его в апреле, когда их корабли блокировали город с моря.
– Да, они забрасывали в Дюнкерк листовки и предлагали жителям сдаться, – заметил маркиз. – Но потом кораблям пришлось уйти.
– Осада со стороны моря – вздор, – фыркнул Арман. – Чтобы взять Дюнкерк, его надо отрезать с суши и блокировать с моря. Кстати, после этого бесполезного маневра кораблей из Дюнкерка были высланы все англичане. Вот поэтому им и понадобились сейчас осведомители внутри города. Да, теперь я понимаю их расчет!
– Скажите откровенно, Арман, – вмешалась Анриетта. – Вы сомневаетесь в людях, которые с самого начала поддерживают нас как могут?
– Чем они нас поддерживают, скажите на милость? – вспылил Арман. – Фальшивыми ассигнатами? Или старым оружием, которое охотно продают нам по двойной цене?
– Не все английское оружие старое, – примирительно заметил Оливье де Вильморен. Он почти оправился после своего ранения, и только легкая бледность показывала, что не так давно его жизнь была в опасности. – И цена, которую мы за него платим, вовсе не кажется мне завышенной.
Арман воздел руки, хотел сказать что-то резкое, но покосился на Амелию и прикусил язык. Маркиз Александр, хмурясь, напряженно что-то обдумывал.
– А мы можем выбирать своих союзников? – подала голос Тереза. – Допустим, что англичане и впрямь хотят прибрать Дюнкерк к рукам. И что? Если они помогут нам восстановить короля в его правах, цена вовсе не так уж высока.
– А что вы думаете, Себастьен? – спросил маркиз у мужа Анриетты, который до сих пор не проронил ни слова.
– Откровенно говоря, господа, я думаю, что мы можем только гадать по поводу истинных планов британского правительства, – отвечал Себастьен. – Я полагаю, если англичане захотят получить Дюнкерк, они его получат, с нами или без нас. Но если англичане захватят его без нас, нам будет не на что рассчитывать, а если мы им поможем, то они вряд ли захотят остаться в долгу. В конце концов, – добавил он с подобием улыбки, – думаю, на побережье не только Дюнкерк представляет для них интерес.
Он говорил так свободно и уверенно, что Амелия впервые посмотрела на него с интересом. Прежде он производил на нее впечатление скромного, неприметного, быть может, даже робкого человека, который во всем следовал решениям своей жены. Однако, судя по его замечаниям, Себастьен де ла Трав был умен и дальновиден. Он первым догадался, что, каковы бы ни были намерения англичан, у роялистов не было другого выбора, кроме как помогать им. Арман де Бельфор покачал головой.