Цикл - Джереми Роберт Джонсон
– Люси, я не это имел в виду. Я просто…
Но она уже уходила, ее разум настроился на действие, на единственный известный ей способ успокоить ярость, разрывающую ее изнутри.
Она подбежала к машине с пассажирской стороны, схватила раздвижной нож с пола и сунула в задний карман. Затем подошла и присела на корточки перед Стивом – его лицо было мокрым от слез – и схватила за воротник рубашки.
– Вставай, ублюдок. Погрустил, и хватит. Чтобы больше не лил тут свои крокодильи слезы, ясно? Сейчас встаешь и помогаешь нам, потому что у меня больше нет сил, но и позволить им превратить весь мир в подобие этого гребаного города из дерьмового кирпича тоже не могу, так что вставай и исправь то, как поступил с людьми, используй свой охеренно большой умный мозг и найди способ исправить то, что начал. А потом можешь лечь и умереть. Но не сейчас. Не сегодня. Сегодня ты будешь нам помогать. Сегодня ты все исправишь, или, клянусь богом, я тебя убью.
На мгновение Люси ощутила на себе взгляды Брюэра и Иуды и вспомнила, как Бакет и Брюэр смотрели на нее, когда она убила парня в своей гостиной, а затем почувствовала еще одного свидетеля – позади нее стояла другая Люси, которая понимала, что все сказанное – правда и она может вытащить нож и перерезать Стиву шею от уха до уха.
Та вторая Люси стояла молчаливым свидетелем за первой, чувствуя себя разбитой, маленькой и измученной. Затем Стив наконец сфокусировал взгляд, оторвался от траура и поднялся на ноги. Он встретился взглядом с Люси и кивнул:
– Ты права. Прости.
– К черту твое «прости».
– Да.
– Просто не сдавайся.
– Не буду.
Затем вторая Люси слилась с первой, и она снова была целой, но не могла сказать, стала ли она более напуганной или разъяренной, должна ли обнять грустного мужчину или дать ему пощечину, и потому не сделала ни того ни другого, лишь вернулась на дорогу.
Никто не хотел сидеть сзади, опасаясь, что в пятнах крови от Тони остались какие-нибудь переносимые патогенные потомки Оракула. Сиденье Эммета убрать оказалось тоже трудно, поэтому они ограничились тем, что заложили водительское кресло полотенцами. Поскольку у «кадиллака» была механическая коробка, за руль сел Брюэр; рядом с ним села Люси, за ней – Иуда и Стив. Они держались тихих жилых переулков, пока Стив изучал документы из портфеля Эммета.
Наконец Стив перестал кивать и бормотать себе под нос и сказал:
– Нужно им все рассказать, а затем заставить действовать. Думаю, знаю способ, как это сделать, но сначала мне нужно знать, сможет ли кто-то из вас достать взрывное устройство.
– Смешно, Стив, – сказал Иуда. – Сейчас заскочим ко мне домой и возьмем немного взрывчатки и детонаторов.
– Я не шучу. Нисколько. И подойдет любая взрывчатка, которая сможет разнести ПВХ-трубы промышленного класса.
– А, всего-то… – ответил Иуда.
– Я знаю, где можно такое достать, – сказал Брюэр.
– В «Дабл Д» слишком опасно ехать, – возразила Люси. – Вспомни, что случилось в прошлый раз. А теперь уже рассвело. Город просто кишит…
– Так нам и не в город надо. А домой к моему двоюродному брату Родни. В его сарай.
– Что за устройство? – спросил Стив.
– Самодельная бомба. Большая.
– Чего? – сказал Иуда. – Он что, с Джессапами тусуется?
– Нет, уже нет. Они слишком в нацизм ушли.
– Тогда откуда у него самодельная бомба?
– Это тупо, но… Иногда нам нравится выезжать в пустыню и взрывать всякое дерьмо.
Люси вспомнила его рассказ про то, как они сбрасывали мебель на свалку и смотрели, как та разлетается в щепки. Похоже, Брюэр испытывал глубокое пристрастие наблюдать, как разрушаются вещи.
Так вот почему я ему нравлюсь? Получается, он видел мою склонность к разрушению, даже когда я сама ее не осознавала? Как он тогда сказал? «Кажется, тебе сейчас нелегко». Это еще мягко сказано.
Люси поняла, что улыбается.
Может, ему нравится все худшее во мне. Может, и мне стоит полюбить свою плохую сторону.
– Мы с Родни ждали его летней премии, собирались потратить часть на покупку какого-нибудь дерьмового маленького хетчбэка со свалки, выехать на нем за Бернс и там его взорвать. Потом хотели устроить вечеринку. Зажечь костер среди обломков.
– Господи. – Иуда рассмеялся.
– Нам с детства подобная херня нравилась… Но теперь вряд ли получится все сделать. Так что бомба в сарае, если только Родни не сбежал и не забрал ее с собой.
– Из чего бомба? – спросил Стив.
– В основном патроны от пневматики. Горсть шурупов. Подойдет?
– Думаю, да
– А зачем нам трубу какую-то взрывать?
– В файлах Эммета есть карты, из которых ясно, что планируется расширение трубопровода, участок уже открыт и работает. Трубопровод находится примерно в полумиле к северу от Восточных Медвежьих пещер.
– И что?
– Если то, что вы видели, и если человек, выколовший себе глаза, был прав, если все это правда, – то, думаю, Оракул заполнил пещеры яйцами. Ты же видел черную блестящую массу на потолке, верно?
– Да.
– Тогда что, если видение того старика правда, и это действительно все, что осталось от двух девушек, которых оплодотворил первый испытуемый, получивший Оракула? Что, если они нашли способ размножаться тысячами, в масштабах, намного превосходящих размножение через человеческие тела? Если это так, если мы сможем показать людям, наблюдающим за тестом, насколько опасным стал организм, то, возможно, они инициируют протоколы защиты и сотрут его с лица планеты.
– Хорошо, – сказала Люси. – Но разве они не должны были это увидеть по трансляции Джейсона? Может, они из тех придурков, которым нравится убивать мирных жителей ради исследований, и им все равно. Может, им просто любопытно.
– Для этого нам и понадобится взрывчатка. Мы взорвем трубопровод. Он рядом со склоном к реке. Уровень грунтовых вод там высокий. Лавовые пещеры, которые раньше были каналами, там тоже есть. Если вода хлынет через пещеры, а я уверен, что так и будет, то она унесет яйца Оракула в грунтовые воды и все маленькие притоки, впадающие в реку Дешут. После этого ничто не помешает ему заразить весь остальной мир. Они это поймут.
– И эти протоколы защиты… Они на нас бомбу сбросят, да?
– Надеюсь. Возможно, даже не одну. Они поймут, что нужен мощный удар. Полное уничтожение. Чтобы уничтожить даже пещеры. У них прикрытие – утечка в «Хэндсом Вэлли». Так что о СМИ могут не беспокоиться. Оцепят территорию, перекроют эстакады. Им даже не придется использовать «золотой код» для запуска ядерной бомбы. Президент будет иметь полное право все отрицать. Черт, может, им даже
