Шеф с системой. Империя вкусов - Тимофей Афаэль

— Молодцы, — сказал я. — Теперь начинается самое интересное.

* * *

На следующее утро я вывел всю команду во двор. Снег был утоптан, небо серое, низкое. Дети играли, ну а нам нужно тренироваться.

Я взял палку и начертил на снегу прямоугольник — примерно метр на два.

— Это ваше рабочее пространство, — сказал я. — На ярмарке у нас будет платформа именно такого размера. Жаровня, припасы, мы — все там. Тесно. Жарко. Толпа вокруг. И вам нужно будет работать быстро, слаженно, не сталкиваясь и не мешая друг другу.

Тимка нахмурился:

— Как мы будем тренироваться без жаровни?

— Представим, — ответил я. — Варя, становись сюда. — Я указал на левый угол прямоугольника. — Это твоя станция. Ты раскатываешь тесто. Матвей, сюда. — Правый угол. — Ты режешь заготовки. Тимка, сзади. Ты следишь за огнем. Начинаем вчетвером, как отработаем подключим остальных.

— Начали, — скомандовал я.

Первые попытки были неуклюжими. Варя не знала, куда деть руки. Матвей врезался в меня, пытаясь пройти. Тимка стоял истуканом, не понимая, что делать.

— Стоп, — остановил я. — Еще раз. Варя, ты должна держать заготовки справа от себя. Матвей, двигайся по дуге, не лезь в центр. Тимка, ты подходишь только когда я отхожу от жаровни.

Мы повторили. Потом еще и еще.

Я гонял их до обеда. Потом после обеда. К вечеру Варя, Матвей и Тимка двигались уже увереннее, но все равно медленно.

— Завтра продолжим, — сказал я. — Но теперь добавим скорость.

На второй день тренировок я усложнил задачу. На этот раз мы тренировались на кухне так как ребята уже наловчились и не было опасности что они что-нибудь свалят или влетят в горячую печь.

Для реализма я поставил ящик с настоящими овощами — морковь, лук, капуста.

— Варя, раскатывай, — приказал я. — Матвей, режь. Тимка, подключайся к нему. Я жарю. Считайте, каждые десять счетов вы должны передавать мне заготовки.

Тимка начал считать:

— Раз, два, три…

На счет «десять» Матвей передал мне горсть нарезанной моркови. Варя передала воображаемое тесто.

— Еще, — скомандовал я. — Быстрее.

К концу дня они работали как единый механизм.

Я смотрел на них и чувствовал — это может сработать.

* * *

Кабинет Еремея Захаровича Белозёрова тонул в полумраке. За окном уже стемнело. На столе горела одинокая свеча, отбрасывая длинные тени на стены.

Белозёров сидел за своим массивным столом, сложив пальцы домиком. Перед ним стоял «человек в сером».

— Докладывай, — сухо приказал Белозёров.

Человек в сером кашлянул:

— Александр активизировался. Он посетил двух новых людей — мясника Машу дочь Малого и мельника Фрола.

Белозёров нахмурился:

— Маша и Фрол? Те, кого мы не смогли привязать к Гильдии?

— Именно, господин. Оба независимы и не любят нас.

Белозёров постучал пальцами по столу:

— Продолжай.

— Он также заходил к кузнецу Сидору и плотнику Степану. Наверняка что-то заказывал. Мои люди не смогли выяснить, что именно.

— Закупки делали?

— Странные. Уголь, кожу покупали, огнеупорную глину. Его люди — девушка Варя и парень Матвей — покупали это в разных местах.

Белозёров поднял взгляд:

— Зачем ему песок и глина?

— Не знаю, господин.

Тишина. Белозёров смотрел в пламя свечи, обдумывая информацию, затем медленно выпрямился:

— Ярмарка. Он готовится к Зимней Ярмарке.

— Вероятно, господин.

Белозёров повернулся к окну. За стеклом падал снег, укрывая город белым покрывалом.

— Я не понимаю его замысла, — произнес он вполголоса. — Но вижу активность. Вижу секретность. Решил побрыкаться, значит?

Он развернулся к агенту:

— Сделайте так, чтобы он больше не мог брыкаться. Мне на Ярмарке сюрпризы не нужны.

Глава 25

Ночь выдалась морозной и тихой. Во дворе горели пара фонарей — их пламя дрожало на ветру, отбрасывая прыгающие тени на стены дома. Я стоял посреди двора и смотрел, как Сидор и Степан разгружают детали с телеги.

Жаровню. Массивную, из толстого железа, с решеткой сверху и ножками снизу. Сидор поставил ее на снег с глухим стуком.

— Вот твоя красавица, — сказал он, вытирая руки о фартук. — Два дня почти не спал, но сделал. Как просил — железо толстое, жар держать будет долго.

Я присел рядом, провел рукой по холодному металлу. Ровные швы, прочные ножки, решетка с мелкими прутьями. Идеально.

— Отличная работа, Сидор.

Кузнец усмехнулся:

— Гильдия обосрется, когда увидит это чудо на площади.

Степан тем временем снимал с телеги деревянную раму — платформу на крепких колесах. Доски были толстые, хорошо подогнанные, поперечные балки усилены железными скобами. По бокам — два ящика для припасов.

— Держать будет, — сказал Степан, похлопав по раме. — Колеса от старой купеческой повозки — крепкие, не развалятся.

Я кивнул:

— Спасибо. Давайте собирать.

Матвей, Тимка и несколько старших ребят уже ждали. Мы начали сборку. Сначала установили раму на ровном месте. Потом осторожно подняли жаровню — вчетвером, с трудом — и поставили ее в центр платформы.

— Держи, держи! — выдохнул Матвей, упираясь плечом.

Жаровня встала на место. Сидор закрепил ее к раме, чтобы не сдвинулась.

Теперь самое важное — изоляция. Я достал из сарая мешки с песком, глиной и вытащил из дома большую кадку с водой.

— Тимка, Матвей, помогайте, — сказал я, высыпая глину в кадку. — Нужно сделать раствор.

Мы добавили воды, начали мешать. Глина постепенно превращалась в густую, вязкую массу. Я добавил песок — для прочности.

— Зачем это? — спросил Тимка, помешивая палкой.

— Чтобы рама не загорелась, — коротко ответил я. — Жаровня будет раскаленной. Без изоляции дерево вспыхнет за минуту. Этот раствор — огнеупорный. Как в печах.

Когда раствор был готов, мы начали обмазывать деревянную раму под жаровней. Толстым слоем, тщательно, заполняя все щели. Холодная глина липла к рукам, но мы работали быстро.

Потом я взял листы толстой кожи и уложил их поверх глиняного слоя — еще один барьер между жаром и деревом.

Когда закончили, я отошел на шаг и посмотрел на результат.

Передо мной стояла моя «боевая колесница» — грубая, тяжелая, но функциональная. Платформа на колесах. Жаровня в центре. Ящики по бокам для припасов. Все, что нужно