Ненормальный практик 10 - Отшельник Извращённый
— Знаю. Останься тут. Я сам его встречу.
— Позвольте мне разобраться…
— Нет, Магнус. Лучше приглядывай за ремонтом. У нас дел невпроворот.
Юноша, не надевая накидку, в одной рубашке и брюках пошёл к пролому пешком, также неторопливо, как идут к порогу своего дома, когда в калитку позвонил поздний гость.
— Вообще, такое даже раздражает. Мож прям там дать ему в бубен? — И Саня вздохнул. — Ладно, отставить нервы, может японец живёт по своему часовому поясу и попутал время? И нахрена я ищу ему оправдания? — пробурчал он себе под нос.
Через пять минут юноша был уже у южной стены.
— Ваше Сиятельство? — взглянул на него бригадир, остановив работы по укреплению стены.
— Не отвлекайтесь, — сказал Сашка и прошёл мимо в часть незаложенного блоками пролома. Там, через сияние золотого барьера как раз подошёл старик Ода, явно готовый к дуэли. Вон как сосредоточен, решителен атаковать в любой момент. Весь в полном боевом облачении. Пластинчатый чёрный доспех. Шлем кабуто с красной демонической мордой, у коей клыки в вечной злобе. Катана у левого бедра, с красным шёлковым шнурком на рукояти. Правую руку самурай держал свободно у бока, не на самой рукояти, но и не далеко от неё.
Он остановился перед барьером. Не кричал, не размахивал оружием, не угрожал. Просто встал и смотрел сквозь золотое стекло на юношу, который подошёл к барьеру, а потом…
Просто вышел наружу и встал перед стариком Одой.
Они оба молчали. Глазели друг на друга, не пряча аур. Вокруг японца кровавое марево, у Александра — золотое.
О, это было невероятное зрелище для всех, кто его видел. Два божества смотрят друг другу в глаза в полном безмолвии. Напряжение не просто ЗАШКАЛИВАЛО! Ближайшие рабочие бригады схватились за шеи от недостатка воздуха. Сотни имперцев внутри, в том числе Магнус и Волконский не могли отвести взгляд от этого странного удушающего зрелища. Что за атмосфера!
Вот только ни в глазах юного Александра, ни во взгляде старого самурая Оды не было открытой враждебности. Только оценка. Два воина измеряли друг друга взглядом, как глубину реки перед тем, как войти в неё, скорее всего с концами. Ода не был наивным. Пусть перед ним мальчишка с виду, но вот глаза! Глаза этого паренька ужасны! Нет. ОНИ ПРЕКРАСНЫ! ДЬЯВОЛ ВО ПЛОТИ! ВОТ ЧТО ОДА ИСКАЛ ВСЮ ЖИЗНЬ! ДОСТОЙНЕЙШИЙ! Александр, в свою очередь, видел нихрена не старика в маске, да ЭТО ГРЁБАННЫЙ ЯПОНСКИЙ БОГ БИТВ ВО ПЛОТИ! Ещё и с таким жутким намерением убийства, что золотой купол подле треснул.
Ода прохрипел из-под демонической маски:
— Ты знаешь, зачем я пришёл.
— Знаю.
— Ты примешь меня сейчас?
Александр мог бы сказать «да». И всё было бы кончено сегодня, так или иначе, с тем или иным исходом. Либо он бы умер, либо Ода, ведь судя по намерению японца, тот полностью готов драться прямо здесь и прямо сейчас, в темноте, в свете купола, да кострищ осаждающей армии вдалеке. Однако, юный Северов смотрел в глаза старика и понимал — потерпит нахрен. К тому же, Ода не требовал боя сейчас, а спрашивал, можно ли? То бишь — предлагал выбор, иль же это была самая обычная проверка. Старый японец хотел понять, с кем вообще имеет дело, а потому ответ Сани был очевиден.
— Нет, генерал. Не сегодня.
Ода не шелохнулся, ждал продолжения.
— Я сам назначил правила, — продолжил юноша всё тем же ровным тоном. — С восьми утра до восьми вечера. Уже девять. Приходи завтра утром, сразимся. Ты будешь первым. Обещаю. Так что — прости.
Последнее слово было сказано без унижения и подобострастия. Просто с пониманием, дескать, я в курсе, что заставляю тебя ждать ещё одну ночь, когда у тебя ручонки чешутся, и признаю твою смелость, раз ты уже здесь.
Ода молчал. А затем медленно поднял правую руку и снял демоническую маску, открыв лицо. Обветренное, в морщинах, с длинным шрамом через щеку. Седая короткая бородка. Чёрные глаза, полные спокойствия.
— Достойный ответ, парень, — прохрипел Ода. — Я бы на твоём месте ответил также.
И он поклонился. Не глубоко, просто выказал уважение как подобает в японской традиции проявить его перед равным. Затем выпрямился и, защёлкнув маску, произнёс.
— В восемь. Я буду ждать тебя за этой стеной ровно в восемь. Отдыхай, Северов-доно. Я не помешаю.
— До встречи, генерал Ода.
Японец повернулся и медленно пошёл обратно в темноту долины.
Юный Александр сунул руки в карманы и тоже побрёл обратно:
— Едрить того за ногу, что за жуткий мужик. Завтра будет трудно…
* * *
Работа кипела уже во вторую смену. Сменились бригады, на кухне кухарили, медики также подменили друг друга.
Через полчаса, когда Воронцова подлатали, развернули новый командный пункт, при чём на свежем воздухе, прямо под открытым небом, вытащив уцелевший дубовый стол из разрушенной офицерской столовой. Принесли карты, доклады разведки и вино, ведь после всего ада офицерам нужно было немного расслабить нервы.
Несколько девчат из санблока принесли ещё и чай. Одна — с веснушками и ЗДОРОВЕННЫМИ прелестями подмигнула Сашке. Тот сделал вид, что не заметил. ЧЕГО НАХ⁈ ОН В СВОЁМ УМЕ⁈ Ладно, у него просто перед глазами всё ещё был старик Ода. Или нет. Может Корнелия с ножницами, делающая ЧИК-ЧИК.
Сиськастая чуть толкнула Сашку бедром:
— Ой, простите, князь.
— Да ничего, — ответил Санёк и пригубил чай.
За столом уже сидел офицерский состав. Лорд Воронцов только подошёл и тяжело опустился на ящик, заменявший стул. Рядом с ним встал старший лейтенант Барсуков. Напротив расположился Лорд Волконский, деловито расправляющий на столе измятую карту прилегающих территорий.
Юный Северов пил чай и молча наблюдал за ремонтными работами, в ожидании, когда Воронцов начнёт совещание.
Тот откашлялся. Посмотрел на собравшихся, а потом взглянул на Саню со сложным чувством.
— Я уже говорил тебе «спасибо», Александр, и скажу ещё раз, — хрипло произнёс Воронцов. — Ты спас моих людей. И меня. Так что теперь я у тебя в неоплатном долгу.
Юноша посмотрел ему в глаза:
— Да ладно Вам, Григорий Михайлович, Император уже за всё заплатил, более того, я возвращал долг. Девять лет назад Вы вытащили меня из тюремной камеры, будем считать, что мы теперь в расчёте,
