Ты теперь наша рабыня - Рин Рууд
— Уверен? — с тихой угрозой спрашивает Богар.
— Ты же понимаешь, что за слова придется отвечать в случае чего? — Лирам не спускает с Жреца тяжелого взгляда. — Мало того, что бусики заберём, так и голову открутим.
— Да, не каждый может принять в себя звездного зверя, — Жрец отвечает без тени страха, — но ваша девочка не блеванула мне под ноги и не упала в обморок.
— А должна была? — удивляюсь я.
— Людям тут плохо, — строго смотрит на меня. — Корни Древа давят, крутят… короче, раз стоишь на ногах, гадости говоришь, глупые вопросы задаешь…
— Я не хотела, честно! Блин, он само получается.
— А еще перебиваешь.
Пристыженно поджимаю губы.
— И да, провидицу я люблю. Так трепетно и нежно, что каждую ночь проклинаю ее, — Жрец скалит желтые зубы. — Видишь, я тоже всякую ерунду говорю.
Корни оживают, когда он подходит к стене. Потрескивают, расходятся в стороны, открывая проход, в котором Жрец исчезает.
— Надо признаться, мне тут тоже не по себе, — Оран поднимает взгляд. — Если Древо решит, то его корни всю станцию уничтожат.
В ужасе смотрю на него, и Лирам вздыхает:
— Они всю станцию пронизывают.
— То есть… станция…
— Симбиоз технологий и жизни, — Богар кивает.
— И Астерион уникален, — с восхищением шепчет Лирам. — Символ Коалиции. Символ ее силы.
Я жду продолжения. Минуту, две и понимаю, что мне не планируют дальше рассказывать про Астерион и его уникальность.
Оборотни смотрят на меня, и их глаза разгораются желтым огнем.
— Так… — сглатываю я и перевожу взгляд с одного оборотня на другого. — Раз лекции не будет, то… может, вы ответите, о чем говорил Жрец?
— Ты же не совсем дурочка, Ви, — Оран усмехается. — Ты все прекрасно поняла.
— Кусать тебя будем, Ви, — шепчет Богар на ухо. — Все трое.
— Нет…
— Рождение звездной волчицы будет событием, — Оран надвигается на меня мрачной скалой. — И звездная волчица — отличная партия. Вы ведь такие редкие… Что можно и троим замуж взять.
— Волчица Астериона, — задумчиво говорит Лирам. — Звучит.
Я бочком делаю несколько шагов от оборотней, а затем срываюсь с места:
— Да пошли вы в жопу!
Глава 46. Сильная кровь
— Куда собралась?! — Меня нагоняет Лирам, ныряет под подмышки и тащит прочь от выхода, который зарастает узловатыми корнями.
Я тяну руки к просветам между корнями:
— Нет, не хочу! Не буду!
— Ничего нового мы не слышим, — усмехается Оран и передразнивает меня, — не хочу, не буду.
— Козел!
— Ты теряешь очки, — хмыкает Богар. — Она же такое не любит.
— Полюбит, — цыкает Оран, — как только наша кровь станет ее.
— Пусти меня!
Пытаюсь зацепиться босыми ступнями за гладкий камень пол, но они предательски скользят по нему.
— Тише, Ви, — ласково шепчет Лирам, — больно не будет. Почти не будет.
Я чувствую в воздухе их взбудораженность и возбуждение.
— Помогите! Я не хочу быть оборотнем!
Лирам рывком разворачивает меня к Орану, который резко вскидывает руку к моей шее.
Резкая боль пронзает шею до самой глотки. Вырывает из меня чип.
Я вскрикиваю.
Лирам отпускаем меня и я оседаю на пол, схватившись за шею.
— Поздравляю, Ви, Альфы даровали тебе свободу, — говорит Богар и расстегивает пуговицы мундира.
Оран и Лирам следуют его примеру.
— Что вы делаете?
— Раздеваемся, — скучающе отзывается Богар.
— Мы с собой захватили только по одному выходному мундиру, — Лирам пожимает плечами.
— И не хотелось бы их порвать при обращении, — заканчивает Оран. — Нам же еще на встречу. Есть свои правила.
— да к черту ваши правила, — шепчу я. — Довольно. Поиграли и хватит.
Затем я вновь встаю, пячусь от оборотней, чьи глаза горят в полумраке главного зала желтыми огоньками:
— Да вы не в себе…
— Для нас обращение тоже своего рода кураж, — Богар шумно выдыхает. — Аж кровь закипает.
— Вот уроды…
Отступаю еще на один шаг, и опять бегу к выходу, который скрылся за корнями. Пытаюсь их раздвинуть, но они с угрозой потрескивают под моими пальцами.
— Лес Астериона принял решение обратить тебя, — отвечает Лирам, и я в его голосе улавливаю маньячную такую ласку.
— Отстаньте от меня! — оборачиваюсь.
А они уже голые. Плечи разминают, не спуская с меня взглядов и делают ко мне по одному синхронному шагу.
Их вздыбленные достоинства медленно покачиваются
— Я вам не пара! — в отчаянии взвизгиваю я.
— Конечно, мы не пара, — Богар обнажает зубы в оскале.
— Потому что стоит вести речь о квартете, Ви, — Оран щурится. — Пара — это одна плюс один, а не одна плюс три.
— Куда кусать будем? — спрашивает Лирам.
— Я бы за попку цапнул, — Богар встряхивает своими лохмами и одаривает меня белозубым оскалом.
— Хорошая идея, — кивает Оран.
— Платьице тогда надо снять, — Лирам приглаживает волосы напряженной ладонью.
— Либо порвать, — усмехается Богар.
— Нет! — рявкаю я. — Это какое-то модное платье!
— Тогда снимай его, — Оран сглатывает и выдыхает. — Пока мы держим себя в руках.
И ведь порвут, а платье мне понравилось. Я такие не носила и ни у кого не видела. И ткань особенная. Даже волшебная. Она так красиво переливается серебром и идет плавными волнами при каждом движении.
— Считаем до трех, — Лирам расплывается в улыбке, — раз…
— Два, — подхватывает Оран.
— Сволочи!
Я торопливо оголяю плечи, и платье падает к моим ногам.
Я смотрю на оборотне, они на меня. Соски набухают, становятся твердыми, и я напряженно сглатываю.
— Надеюсь, не сожрем, — говорит Богар, и его плечи покрываются шерстью.
— Чего, блин?!
— Такой исход событий тоже возможен, — уши Орана вытягиваются.
— Ты очень аппетитная крошка, — Лирам выпускает когти.
Улыбаются, прикусывают языки. По подбородкам течет кровь, и через секунду ко мне кидаются мохнатые зверюги с окровавленными пастями.
— Да вы издеваетесь! — бросаюсь в сторону под волной страха.
Я путаюсь в платье, падаю, и ко мне первым подскакивает Оран.
Когда он вонзает свои клыки мне в левую ягодицу, я сама себя оглушаю криком. Переворачиваюсь на спину и бью ногой злобную волчью морду ногой. Оран с рыком отскакивает, и в середину моей икры вгрызается Богар.
С диким ором запрокидываю лицо. Охренеть как больно! Будто мышцы до кости пробивают четыре гвоздя.
Крик становится громче, когда Лирам вонзает клыки в бедро. Я валюсь на спину.
Ногу, от кончиков пальцев до тазобедренного сустава, дергает и плавит болью.
Переворачиваюсь на живот, пытаюсь встать, но меня опять простреливает болью, и я падаю.
Ногу схватывает судорогой.
— Больно…
Оран, Лирам и Богар кружат с глухим рыком, пригнувшись мордами к каменному полу. Уши прижимают, резцы обнажают.
— Козлы … — пытаюсь дотянуться до кого-нибудь
