Ты теперь наша рабыня - Рин Рууд
— Он врет. Я не съем лягушку.
— Да блин!
Я смеюсь, а Эргор тяжело вздыхает. Молчит несколько секунд и говорит:
— Сначала в Красную Чащу, а потом к ясеню. Так пойдет?
— Пойдет, — соглашается Варгус.
* * *
— Ну, я даже не знаю, — с сомнением тянет Верховный Жрец, глядя на моего отца, который опускает голову. — Парочка пьяниц у меня было, конечно…
— Моя жизнь не имеет смысла… Я плохой человек… Я продал свою дочь…
— Ты должен был ее продать, — Жрец кривится и переводит осуждающий взгляд на Провидицу Мирану, — да, старая стерва?
— Ой, не ворчи. Это была его судьба.
— Я все равно считаю тебя шарлатанкой.
— А я тебя занозой в заднице.
— Вот и поговорили, — Жрец отмахивается. — Пошла отседа, кошелка старая, — разворачивается и шагает прочь.
Папа зажмуривается, выдыхает и отступает.
— Да не ты, дубина пьяная, — Жрец зло оглядывается. — Ты идешь со мной, папаша. Будем мы с тобой вместе после многочасовых молитв сидеть, вздыхать и вспоминать, какую бурду пили литрами.
Я выдыхаю и слабо улыбаюсь отцу, на которого без слез не взглянешь. Тощий, с опухшим лицом и отчаянный.
— Я буду молить о прощении, — шепчет он и берет меня за руку.
— Короче, будет еще один придурочный жрец, — цыкает Мирана и семенит прочь. — Урод на уроде.
— Ой да харе! — Верховный Жрец закатывает глаза. — Мне твой правнук сказал, что ты в меня влюблена!
— Да, он и про тебя то же самое сказал! — Мирана оборачивается. — Что ты стихи ночами пишешь.
— Может, и пишу!
— Вот и пиши!
— Вот и буду!
