Чума Эпсилона (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич
Для активации прыжкового двигателя и совершения перехода мы должны были подойти к «кротовой норе» на определенной скорости, что ограничивало возможность маневра довольно узким коридором возможностей.
И я принялся расчищать нам дорогу. Курсор прицела метался между перехватчиками и ракетами, которые они запускали в нашу сторону, и я еще раз убедился, насколько удачным было вложение денег в рельсотрон. Я даже не знаю, что бы я делал, не будь на корабле этой пушки. Наверное, согласился бы на альтернативный вариант и попытался бы уйти из системы Эпсилона на маршевых, надеясь затеряться в бесконечности космоса.
Я выбил шесть перехватчиков и ликвидировал восемнадцать ракет, но стало очевидно, что для безопасного перехода этого недостаточно, и Генри свернул влево и заложил широкую дугу, собираясь на второй заход. Вслед нам полетели еще ракеты, и их я тоже сбил.
— Кэп…
Генри подсветил мне сектор пространства, и я понял, что времени на третью попытку у нас не останется. От станции к нам двигалась еще одна группа перехватчиков. Довольно многочисленная, я насчитал тридцать две штуки.
— Меня кое-что смущает, — сказал Генри.
— Например?
— С ними идет кто-то еще, — сказал Генри. — Но сканеры его не распознают, и он оставляет крайне слабый энергетический след, хотя держится в одном строю с перехватчиками. Такое впечатление, что он экранирован и его экраны лучше, чем мои сканеры.
Сканеры я обновлял в прошлом году, и это было лучшее оборудование, которое можно было засунуть в столь ограниченный объем, и с обычными моими задачами оно справлялось. Сканеры «Старого Генри» могли даже определять военные корабли, до какого-то определенного уровня, разумеется, хотя я и не допускал вероятность, что когда-нибудь мне придется противостоять боевому флоту.
Однако, у любых сканеров есть свои ограничения, и, например, военный корабль, защищенный самыми современными технологиями, они бы распознать не смогли. Да и не факт, что вообще смогли бы его увидеть. Пока Генри завершал маневр, я почти на автомате расстреливал очередную порцию отправленных по наши души ракет и любовался составленной для меня графикой.
Под прикрытием группы перехватчиков к нам приближался еще какой-то корабль, чье присутствие определялось лишь по совокупности косвенных признаков. Он шел в «стелсе», и его «стелс» был настолько хорош, что сразу наводил на мысли о продвинутых военных технологиях. Сильно сомневаюсь, что корабли Четвертого флота Содружества, даже если бы один из них случайно оказался неподалеку отсюда и его привлекли к операции по моей поимке, такими обладали.
Зато я точно знал, кто обладал.
Генри зашел на вторую попытку, и, по мере нашего сближения с первой группой перехватчиков, взаимная стрельба становилась все более интенсивной. Вторая группа приближалась, и уже скоро должна была подойти на расстояние эффективного пуска ракет.
Если у нас получится прорваться к точке перехода, этими ракетами можно будет пренебречь. А если нет, то…
— Это «Звездный Доминатор», — сообщил я Генри. — Корабль, который идет с ними.
— Довольно претенциозное название, кэп.
— Трехглазый Джо склонен к некоторой претенциозности, — сказал я. — «Звездный Доминатор» — это его прогулочная яхта, и пусть слово «яхта» не вводит тебя в заблуждение. По всем параметрам это крейсер, ничуть не уступающий той же «Палладе».
— И какой план?
— План прежний. Мы прорываемся и прыгаем.
— А если эта штука прыгнет за нами?
— Оторвемся.
У «Доминатора» достаточно средств, чтобы вести преследование и поиск в открытом космосе, но все же в игре один на один у прячущегося и убегающего больше возможностей. Космос слишком велик, и… И обо всем этом можно будет подумать, когда мы окажемся на той стороне «кротовой норы».
Я выбил все перехватчики первой группы, за исключением двух, но они уже выпустили по нам все свои ракеты и большой опасности не представляли. Перекрыть точку перехода своими корпусами они не смогут, и даже если пойдут на таран, то максимум обшивку «Старому Генри» поцарапают.
Второй отряд перехватчиков по нам уже отстрелялся, но Генри вышел на допрыжковую скорость и облачко ракет, видимое на грани обзора, приближалось к нам слишком медленно, и было очевидно, что в зону поражения войти они уже не успевали.
Похоже, что удача нам улыбнулась и на этот раз…
Из второй группы ракет внезапно вырвались две штуки. Графически они ничем не отличались от используемых перехватчиками снарядов, но за графическое наполнение отвечал Генри, а он с таким просто раньше дела не имел.
Скорость этих двух ракет превосходила остальные минимум в два раза, и они приближались к нам еще более стремительно, чем мы приближались к точке перехода. И было очевидно, что прыгнуть мы не успеем.
Стоило мне навести прицел на одну из них, как она разделилась на десяток ракет поменьше, которые рванули со все возрастающим ускорением. Вторая ракета последовала ее примеру, и вместо двух целей у меня на экране оказалось два десятка.
Они были маленькие, быстрые и обладали способностью менять траекторию, затрудняя заградительный огонь.
За те считанные секунды, что они приближались, мне удалось сбить шестнадцать, и это был охренительный результат, которым можно было гордиться.
Правда, это ни черта нам не помогло.
Первая из оставшихся четырех взорвалась в режиме преследования, на самой границе опасной зоны, и ее поражающие элементы могли бы пробить корпус, если бы Генри не включил кормовые защитные экраны. Я зашиб еще одну, но они подобрались слишком близко, и нам пришлось задействовать защитные экраны левого борта. И не выключать их до тех пор, пока не отработали оставшиеся две ракеты.
* * *Главная проблема космического боя состоит в поисках точного энергетического баланса. Тебе необходимо стрелять, тебе необходимо выставлять защитные экраны и поля, тебе необходимо маневрировать, и каждое из этих действий требует энергии, и иногда тебе приходится выбирать что-то из этого списка в ущерб всему остальному.
На больших боевых судах, начиная примерно от крейсера, эта проблема решается установкой дополнительного реактора. На той же «Палладе» за артиллерию и маневрирование отвечают два разных источника энергии, а на кораблях классом выше и размером больше, и вовсе ставят по четыре реактора, с лихвой перекрывая все возможные энергетические потребности.
Линкор только на стоянке выглядит допотопным и неповоротливым. В боевых условиях он способен стрелять, держать постоянно поднятыми защитные экраны, свободно маневрировать и при всем этом великолепии еще и прыгать через «кротовые норы», не теряя своей боевой эффективности.
Впрочем, в Содружестве считают, что эта избыточная мощь никогда не пригодится в реальной жизни, поэтому новых линкоров они не строят. Корпорации новых линкоров тоже не строят, потому что это слишком дорого, и менеджмент считает, что один линкор можно заменить группировкой на порядок более дешевых кораблей. Сейчас производством линкоров занимаются только в империи, и, разумеется, ни один из них пока не был задействован в настоящем боестолкновении, которое потребовало бы от него стопроцентного использования всех ресурсов.
Но на курьерских кораблях реактор всего один, и места на установку второго тут попросту нет. К тому же, считается, что для спектра поставленных перед курьером задач, второй реактор и не нужен.
Курьеры в боях не участвуют. На этих кораблях обычно не устанавливается ни вооружение, ни средства активной защиты. Главный козырь курьерских кораблей — это их скорость, и для полноценной работы их двигателей одного реактора хватает за глаза.
Я установил на «Старом Генри» дополнительное вооружение и защиту, и все это было вполне эффективно, но лишь на ограниченном временном отрезке. Пока Генри ограниченно маневрировал, а я безудержно стрелял, нам еще удавалось держаться в рамках, оставляя необходимый запас энергии для активации прыжкового двигателя.
