Анна Завгородняя - Колдун (СИ)
Серко посмотрел на меня с осуждением во взгляде. Ему определенно не нравилась та собственническая манера Кнута прижимать меня к себе. Но он ничего не сказал, за что я была ему признательна в тот миг.
— Он вернется как всегда, — произнес Серко.
— На рассвете, — поняла я и с внезапной злостью подумала о том, что когда наш предводитель был действительно нужен, его не оказалось рядом. Почему-то я была уверена в том, что с этим треклятым чудовищем и мелкой нежитью он бы справился в два счета, но он предпочел уйти в ночь, туда, где и так пропадал от заката до первого проблеска зари.
Серко тем временем посмотрел на наших неожиданных гостей. Он слегка и совсем не по-юношески хмурил брови, наверняка думая о том, как объяснить присутствие этих четверых своему вождю по его возвращении. Вслух же он только сказал:
— До рассвета вы останетесь в лагере. Когда вернется Ворон, он решит, как мы в дальнейшем поступим с вами. Но думаю, вам стоит настроиться на то, что наши пути с завтрашнего утра разойдутся.
Я подняла голову, оторвавшись от Кнута. Серко встретился со мной взглядом. Он казался мне недовольным.
— А что будет с нашим товарищем? — спросил подошедший Желудь. Он только что вернулся от своего друга, который в данный момент оказывал первую помощь раненому, перебинтовывая порванную нежитью ногу.
— Усадите его на лошадь и бережно довезете до ближайшей деревни, — отозвался Серко равнодушно.
Кнут молча поднялся на ноги и помог встать мне. Затем оглядел наш лагерь и присвистнул.
— У вас что, все умерли! — бросил он, глядя на спящих воинов, только теперь удивившись тому, что никто из мужчин даже не пошевелился во сне, хотя происходящее за пределами лагеря должно было их минимум потревожить. Воины просто мирно спали возле костра.
— Они зачарованы, — объяснила я.
Кнут скривил лицо.
— Колдун проклятый, — тихо сказал он, но я расслышала и быстро сжала ему руку.
Мы отошли в сторону к телеге. Уселись на расстеленную шкуру и прижавшись друг к другу некоторое время молчали. Желудь заметив наше желание уединится ушел к друзьям. Серко присел у костра, спиной к нам, явно не желая нас ни видеть, ни слышать. Мне было все равно. Я прижималась сейчас спиной к груди Кнута, чувствовала биение его сердца и тепло его рук, обнимавших меня и прижимавших к себе с силой. Я думала о том, как рада, что он снова рядом… даже понимая, что это, возможно, продлится только до завтрашнего утра.
— Как ты меня нашел? — спросила я, нарушая молчание.
Кнут прижался лицом к моим волосам, вдохнул их запах и ответил:
— Мы с ребятами следовали за вами от самой таверны Радомира.
— То есть, все это время ты был рядом, — выдохнула я, и внезапно до меня дошел смысл сказанного Вороном. Те люди, что следовали за нами, он знал о них. И Серко знал… Это был Кнут и его друзья. Он не бросил меня. Ощущение счастья наполнило мое сердце, и я заулыбалась. Наверное, со стороны моя улыбка могла бы показаться глупой, но нас никто не видел. Я повернула к нему свое лицо, и он жадно поцеловал меня в губы. Я отзываясь, тот час обхватила его за шею руками.
— Я не оставлю тебя, — сказал он, после того, как оторвался от меня с тихим стоном.
Я кивнула и уткнулась головой в его грудь. Он молча прижал меня к себе. Крепко, так, что, казалось, затрещали кости, но я не возражала.
Вот так, сидя на шкурах под телегой и обнимаясь, мы встретили рассвет.
Глава 7
Я не сомкнула глаз всю оставшуюся ночь, сидя в объятиях своего любимого и думая о том, что когда в лагерь вернется Ворон, нам предстоит расстаться. Я не знала, смогу ли сделать это во второй раз и заранее ненавидела колдуна за то, что еще не произошло, но должно было случиться, едва он пересечет заветную черту.
Я впервые видела его выход из леса.
Его приход я ощутила еще до того, как высокая фигура Ворона появилась из густой чащи. Я просто поняла, что он рядом и мое сердце сжалось от предчувствия скорого расставания с Кнутом. Молодой мужчина, сидевший рядом со мной, словно почувствовав перемену в моем настроении отреагировал молниеносно. Он резко поднялся на ноги и потянул меня следом. Я сразу же безошибочно повернулась в ту сторону, откуда, как я чувствовала, должен был появиться Ворон.
Он уже стоял там и спокойно смотрел на просыпающийся лагерь. Возле костра встал Серко. Он, как и я во все глаза глядел на своего учителя, а Ворон смотрел на меня. И хотя я с такого расстояния не могла видеть выражения его глаз, мне показалось, что он недоволен. Затем он направился к нам. Перешагнув через защитную черту, Ворон первым делом окинул взглядом чужаков. Он ничем не выказал своего удивления, встретившись взглядом с глазами Кнута и только молча кивнув Серко, подошел к нам.
Мы с Кнутом переплели наши пальцы, словно дети, пойманные на чем-то запретном, понимающие при этом, что сейчас последует выговор. Я нашла в себе силы не отвести глаз от внешне спокойного лица колдуна и смеясь над собственными страхами.
— Что ты здесь делаешь? — спросил Ворон, обращаясь к Кнуту.
— Я пришел за ней, — ответил тот без малейшего колебания в голосе и только я почувствовала, что он чуть сильнее сжал мои пальцы.
— Зачем? — удивился колдун, — Разве я не понятно объяснил тебе, что эта девушка МОЯ? — Бренн чуть придвинулся к нам, нависая с высоты своего роста. Мне стало совсем не по себе. Я подавила желание втянуть голову в плечи.
— А кто дал тебе право называть ее своей? — спросил тогда Кнут.
— Я встретил ее раньше тебя, — в тон ему произнес Ворон, — Я надел ей на шею свой знак, который означает, что отныне эта женщина находится под моей властью. Я выбрал ее в свои ученицы, потому что она единственная, кто подошел мне после Серко.
Тут Кнут немного опешил.
— Что?
Я была удивлена не менее его.
— Ученица? — проговорила я тихо.
Ворон повернул ко мне свое лицо.
— А ты думала, я тебя в жены брать собрался? — он усмехнулся. — Еще с первой нашей встречи я нашел в тебе дар, который можно развить. Я оставил тебя у Радомира, чтобы ты стала старше, потому что не хотел пугать раньше времени. К тому же твой дар должен был окончательно сформироваться, не испорченный чужим влиянием. Оставить тебя в таверне было самым лучшим решением в этой ситуации.
— Я… — только и смогла я произнести и тут же осеклась. Если быть честной с самой собой, то, признаться я в мыслях не держала того, что интересую его, как женщина. Я просто не знала, для чего нужна северянину. Теперь все прояснилось. По облегченному взгляду, которым одарил Ворона Кнут, я поняла, что он тоже не ожидал такого поворота, но остался доволен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});