Корректор. Назад в СССР. Часть 1 - Влад Радин

Корректор. Назад в СССР.

Глава 1

Дзынь, тррр, дзынь, трр, ворвалась в мой мозг трель будильника. И сразу же вслед за этой трелью мою голову от виска до виска пронзила игла острой боли.

Е -мое какая такая сволочь притащила в палату эту мерзость, и мало того притащила еще и поставила мне под самое ухо, или кто-то со смартфоном балуется?

Я глухо простонал. Треск не прекращался, а игла в голове уступила место пульсирующей боли.

Я еще раз простонал и не открывая глаз глухо произнес:-Ну все мужики, кончай прикалываться. Ни минуты покоя от вас нет. Дайте подремать. Черт как голова трещит! Опять, что-ли давление скакнуло?

Однако никакого ответа на мои слова так и не последовало. А будильник все продолжал трещать и заливаться и его треск каким-то загадочным для меня образом синхронизировался с толчками боли в моей несчастной голове.

Я медленно открыл слипшееся веки и первое, что увидел,был обшарпанный бок тумбочки стоявшей рядом с кроватью на которой возлежало мое бренное тело. Наверное с минуту я недоуменно глядел на этот предмет мебели который каким-то чудесным образом оказался в палате довольно не дешевой московской клиники куда я загремел на днях с очередным гипертоническим кризом.

Криз настиг меня утром когда я пошатываясь от головокружения направлялся в ванную. До нее я так и не дошел и спустя минуту осознал себя лежащим с разбитым лицом на полу в коридоре.

Кое как приобретя вертикальное положение и даже не вытерев струившуюся по лицу из рассеченной брови кровь, я трясущимися руками набрал номер Аллы моей то ли поклонницы, то ли (временами) сожительницы.

— Алла, если сможешь приезжай. Мне, что-то совсем хреново,- только нашел сил сказать я в трубку.

Не прошло и часа как в мою квартиру влетела Алла весьма симпатичная, обладающая богатыми формами брюнетка сорока шести лет от роду. Я познакомился с ней на одной из встреч с читателями и поклонниками моего с позволения сказать творчества. Кстати забыл сказать, что я принадлежу к многочисленному племени писателей-фантастов обильно расплодившемуся к двадцатым годам двадцать первого века на тучных нивах интернета и промышлявших ставшем весьма популярном в России жанре «про попаданцев». В этом жанре я довольно быстро с ваял около двух десятков весьма объемных «нетленок» и как ни странно для меня было по началу довольно быстро обзавелся весьма многочисленной когортой поклонников. Занятие которое представлялось мне вначале некоим невинным хобби, вскоре стало приносить мне вполне ощутимые материальные дивиденды, а посему подумав, я махнул на все рукой и пустился, что называется на «вольные хлеба», решив, что прибыли которую приносят мои усилия в сфере графомании мне вполне хватит на жизнь.

Подобно настоящему писателю я время от времени был вынужден вылезать на встречи со своими читателями, основную часть аудитории которых составляли люди в возрасте 40 +. На одной из которых я и познакомился с Аллой.

Алла была видной как говорили в прошлом «со следами былой красоты» женщиной. Как и у меня у нее за плечами было два развода, отсутствие детей и полностью не устроенная личная жизнь. Кстати в довершение всего она оказалась очень не глупым человеком, и первой сумела объяснить мне причины популярности того жанра в котором я создавал свои опусы, причем популярности главным образом среди определенной возрастной категории.

— Понимаете Виктор, когда люди читают ваши книги они мысленно ставят себя на место ваших героев. Вы ведь пишете про попаданцев в совсем не далекое прошлое, в такое которое помнит практически каждый ваш читатель. Ваши читатели видят как персонажи созданные вами исправляют ошибки и огрехи допущенные ими же в своей молодости, а таких ошибок и огрехов в жизни каждого человека имеется масса. Просто огромное количество.

И рано или поздно люди начинают вспоминать эти свои ошибки и думать: «А если бы я тогда поступил бы так-то и так-то. А если бы я сделал то, а не это? Может быть моя жизнь сложилась бы иначе? Может быть сейчас я был бы счастливее?» И многие, очень многие в своих мечтах переигрывают если не свою жизнь целиком, то по крайней мере ее отдельные эпизоды. А в своих книгах вы не замахиваетесь на глобальные задачи и проблемы. Ваши герои не спасают СССР, не делают Российскую империю владычицей мира. Они самые простые люди, с самыми простыми желаниями. И получив возможность прожить жизнь заново они стараются исправить те свои ошибки и помарки которые по их мнению они допустили в своей первой жизни. А, чтобы не говорили для большинства людей все эти великие задачи и порывы, в лучшем случае абстракция не более того. Понятно, что сделано, то сделано и допущенных ошибок и промахов уже не исправить, да и честно говоря еще не известно к каким бы последствиям привело их исправление, но людям иногда так хочется помечтать о лучшей доле, особенно если учесть то, что текущей реальностью очень мало кто доволен на все сто процентов. Ваши книги так или иначе помогают людям безопасно удовлетворить эту мечту о лучшей доле, поэтому-то они пользуются популярностью и поэтому они так нужны.

Алла много раз говорила мне в подобном ключе. В конце концов она сумела убедить меня в нужности и полезности моего писательского труда. Конечно я не Толстой и Достоевский, но тоже кое-что могу. Хотя и не претендую на роль живого классика. В результате таких наших бесед наши отношения очень быстро из чисто дружеских перешли вполне себе любовные. Однако зафиксировать их большого желания лично у меня не возникало. С одной стороны Алла была женщиной еще вполне себе симпатичной, как выяснилось из моего общения с ней очень не глупой, с другой стороны, воспоминания о моих двух предшествующих браках как-то не вдохновляли предпринять новую попытку подобного рода. Алла вполне устраивала меня в качестве такой «приходящей женщины» тем более, что в наше время стал вполне себе распространенным явлением так называемый «гостевой брак». Вот нечто подобное в конце концов оформилось у меня с Аллой. Кроме того, будучи интровертом я очень избирательно подходил к контактам с людьми и тем более к допуску нового человека в свой ближний круг общения. Мне казалось, что Алла будучи женщиной очень не глупой понимала это, по крайней мере частично, тем более, что мы совпадали с ней по психологическому