Ана повсюду - Адольфо Кордова
Чем безумнее, тем интереснее. Каждый сочиняет себе красивое. Ана.
Многие сразу сказали, про что напишут книгу. Сета будет рисовать комикс про пришельцев, которые вылезли из видеоигры, потому что им стало интересно, что такое липкая рука. Огурчик сказал, что напишет сказку, где пиньяты-мстители будут сражаться с бандой детей, которые хотят расколотить их палками. Панчита тоже собралась рисовать комикс про пришельцев, как Сета. Софи захотела переписать концовку «Русалочки». Нико задумала рассказ о волейболистах, которые отправились на Олимпиаду и заняли последнее место, потому что посреди игры на поле выбежал поросёнок (я никогда раньше не видел, чтобы Нико так много говорила! Сразу видно, она обожает волейбол). Аче сказал, что немедленно начнёт строить Ноев ковчег, потому что писать ненавидит ещё больше, чем убирать в своей комнате, так что ему придётся сдавать экзамен. Ятци сказала, что она сделает то же самое, и предложила готовиться к экзамену вместе. Аче чуть со стула не свалился.
– Помните, – сказала нам напоследок учительница, – слова обладают силой, с их помощью можно добиться почти всего.
Ана, Ана, Ана.
У моего внутреннего поезда появился пункт назначения. И поезд отправился в путь. ПАССАЖИРЫ, СЛЕДУЮЩИЕ К АНЕ: ПОЕЗД ОТПРАВЛЯЕТСЯ С ПЕРОНА ХУЛИАН. ПРОЙДИТЕ НА ПОСАДКУ.
Стекло в душе запотело, и мои пальцы, скрипя, выводят на нем А, потом Н и снова А. В супе плавает вермишель в форме алфавита, я вылавливаю нужные буквы и составляю слово А-Н-А (давай, доедай суп уже наконец, юный член семейки Аддамс). Прохожу мимо свежего асфальта и оставляю на нем нашу подпись: «АХ».
Я главный герой, и больше всего я хочу, чтобы Ана стала моей девушкой. Готово! Вот мой план.
Я напишу Ане сборник сказок, волшебных и реалистичных, чтобы напомнить обо всем, что с нами уже происходило, и чтобы нафантазировать, что ещё может произойти. Чтобы поведать ей, о чем я, главный герой, на самом деле мечтаю.
Я надеюсь, что она, прочитав сказки, скажет мне, что да… что да… ей понравились сказки, но пусть лучше дождётся, пока я допишу роман. Ой, засмеялись вороны-пираньи, но они забили крыльями, я чувствую, что они словно меня ободряюще похлопывают по кишкам.
Дышу, иду, начинаю, продолжаю.
Лягушка на солнце
Плюх, плюх. В какой луже ты сидишь, Ана? Под каким листиком прячешься от огромных капель дождя? Хочешь, вместе попрыгаем по лужам?
Пошли к Замшелому Булыжнику, поиграем в заколдованных лягушек. Я сделаю тебе корону из четырёхлистного клевера и накидку из лепестка ириса.
Я решил показать сказки Тео, учительнице, чтобы она помогла мне (папа говорит: «если уж берёшься за дело, делай как следует»), но мне пришлось рассказать, почему я это всё затеял.
– Отлично! У тебя всё получится! – сказала учительница. – Экспериментируй, записывай все, что приходит в голову. В каждой сказке пробуй что-то новое. В одной опиши места, куда вы ходите с Аной, другую посвяти главным героям, то есть вам с Аной, а в третьей сконцентрируйся на том, как сильно тебе хочется, чтобы Ана стала твоей девушкой. Но можешь, конечно, писать обо всем вперемешку, если хочешь.
Я показал Тео первую сказку, в которой мы с Аной – лягушки, и ей понравилось. «Поэтично», – сказала она, только попросила написать поподробнее и поменять название, чтобы оно было «более говорящим». Куда уж больше?
Ана – заколдованная лягушка
Ана, ты прыгаешь, и я смеюсь. Ты прячешься, мы много играем, ты говоришь: «лягушка», и я тоже прыгаю.
Когда мы познакомились, мы оба были головастиками, у нас была скользкая кожа, длинные прозрачные хвосты и голова, как сливовая косточка.
Однажды у тебя отросла лапка, потом вторая, и одним прыжком ты оказалась в пересохшей луже. И замерла. Жабр было не видно. Ты открыла рот и приготовилась впервые вздохнуть, а я открыл рот от удивления, потому что не ожидал тебя увидеть, но я был ещё головастиком, сидел в луже и наглотался воды. Оправившись, я потягивался и потягивался, но лапки у меня так и не выросли.
А ты превратилась в лягушку и запрыгала прочь. Даже не обернулась. Я смотрел тебе вслед, как ты в одиночку скачешь и гоняешься за комаром.
Через несколько дней я наконец вылез из воды, но тебя уже нигде не было.
Но я же знаю, что ты где-то рядом.
Плюх, плюх, в какую же лужу ты спряталась, Ана? Когда ты снова пропрыгаешь мимо моего камня? Под каким стволом дерева ты прячешься от гигантских капель дождя? Пойдём к Замшелому Булыжнику, давай играть в заколдованных принца и принцессу. Я сделаю тебе корону из четырёхлистного клевера и накидку из лепестка ириса. Или насобираю орхидей, чтобы ты отдохнула на лепестках, под гипнозом цветных пятнышек и аромата трав.
Раз-два-три, а вот и ты!
Наконец я тебя нашёл, Ана. Твой след отпечатался на мокрой земле, а вот и мой след сразу за твоим. Ты всегда ищешь солнце, как будто ты не лягушка, а растение. Я смотрю, как ты загораешь! Как же тебе нравится нежиться на солнце!
Ба-бах! Вдруг гремит гром.
Я поднимаю взгляд к небу, потом снова смотрю на тебя, а тебя уже нет.
Я нюхаю воздух.
Небо стало серо-сиреневым, а ты опять исчезла.
В какой луже ты сидишь, Ана?
Раз-два-три, а вот и ты!
Когда ты снова появилась, уже пошёл дождь. Льёт как из ведра, и я кричу тебе, зову с собой, давай допрыгаем до пруда, будем плавать под дождём среди темных волн.
Ты прыгаешь за мной. Мы перебираем лапками под водой. Моё сердце подпрыгивает из-за тебя, глаза выпучены, только на тебя и смотрят. Ты меня догоняешь. Ещё чуть-чуть, и я проквакаю тебе, что ты мне очень нравишься, что я хочу загорать с тобой на солнышке, но вдруг плещет целый фонтан воды, и над нами раскрывается зубастая пасть.
В крокодильем брюхе я спрашиваю, можно ли тебя поцеловать, вдруг это поможет снять проклятие? Ана, заколдованная принцесса.
А ты потом меня тоже поцелуешь?
– Мне нравится! Здесь больше действия, и сюжет яснее. Хорошо, что вопрос в конце, но, может, попробуй написать и ответ, по-другому закончить? – спрашивает Тео.
– Не знаю, честно, не знаю, я
