Татарские народные сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

– Где же ты была, красавица? Почему опоздала?

Лиса отвечает кратко:

– Услыхала о твоей болезни, мой повелитель, долго искала лекарство.

– Ну и как, – спрашивает Лев, – нашла?

А Лиса еще любезней в ответ:

– Найти-то не нашла, но слышала: если достать сухожилие из задней волчьей ноги и съесть, хворь твоя, возможно, пройдет.

Лев схватил Волка, разодрал заднюю ногу и вытянул сухожилие. Истекая кровью, Волк бросился бежать. А Лиса ему кричит вдогонку:

– Эй, красноштанный, куда ты?!

Салам-Торхан

Жил-был Салам-Торхан. Бездомный бродяга – в летние ночи спал в открытом поле. Встретилась однажды ему Лиса и говорит:

– Эй, Салам-Торхан, проходят твои годы, а семьей не обзавелся. Женю-ка я тебя. Вынеси из деревни мне курицу одну – и я тебя женю.

Вынес Салам-Торхан курицу, съела ее Лиса. Затем встала, облизывая губы, и в город пошла к одному баю{2}. Придя к богачу, поздоровалась, представилась и попросила пудовку:

– Салам-Торхан построил новый амбар. Хочет перевезти медные деньги со старого в новый, а таскать не в чем.

Взяла она пудовку, а вечером обратно принесла. На следующий же день вновь пришла поутру и говорит:

– Салам-Торхан хочет перевезти серебряные деньги.

«Оказывается, есть еще богачи и моей масти», – думает бай.

На третий день опять Лиса пришла:

– Салам-Торхан переносит золотые монеты.

Бай весьма удивился: «Неужели есть человек меня побогаче?!»

Лиса же, когда пудовку возвращала, каждый раз на донышке по монете оставляла. Бай хотел их вернуть, но воспротивилась Лиса:

– У моего хозяина их и не считают, оставь себе.

Бай стал Лису домой приглашать, а та отнекивается:

– Некогда мне рассиживаться. Завтра иду в один дом сватом Салам-Торхана. Хозяин-то мой холостой, совсем молодой.

Услышав такие слова, бай еще пуще стал в дом звать, так как имел он дочь на выданье.

– Ладно, – говорит Лиса. – Если ненадолго, может, и зайду.

– Нет-нет, долго не задержу, – обещает бай.

А дома за столом заикнулся:

– Есть у меня для доброго молодца красна девица. Скажи хозяину – в долгу не останусь.

– Ладно, так и быть, скажу. Если он согласен, буду сватать. Ведь не мне, а ему жениться.

Лиса из города вернулась и до Салам-Торхана доводит:

– Ну, джигит, кажись, дело в шляпе: возьмем тебе дочку бая!

Салам-Торхан не верит:

– Кто за меня пойдет? Себя не во что одеть!

– Не горюй, все будет в порядке, – не унывает Лиса.

Рано утром опять в город ушла.

– Ну, Шакир-бай, – лукавит Лиса, – уговорила-таки хозяина своего и пришла к тебе свахой от него. Давай договоримся.

– Доброе дело, святое дело, – доволен бай.

– Сколько денег просишь, другой товар, скажи сейчас, – важничает Лиса.

– У нас всего в достатке, – говорит бай. – Зять свой, от него нам ничего не надо.

– Ладно, если зять свой, – отвечает Лиса. – Хорошо. Ну а свадьбу когда сыграем?

Назначили день, когда жених должен приехать за своей невестой. А напоследок Лиса сказала:

– Надо бы укрепить мост, через который мы будем проезжать.

Бай махнул рукой:

– По нему лошади с грузом тяжелым проходят – ничего, выдержит.

– Хорошо, если так. Но предупреждаю: кони наши будут упитанные и добра в телегах будет немало.

Так сказала и заспешила Лиса порадовать Салам-Торхана.

– Ну, дружище, дело сделано. Через неделю поедем за молодой невестой.

– Зря ты хлопочешь, – говорит Салам-Торхан. – Куда я жену-то дену? Да и не выйдет она за меня.

– Ты знай слушайся меня, – поучает Лиса.

Настал день свадьбы. Встали они и пошли вдвоем с утра пораньше.

– Ну как я выйду перед богатыми людьми в своих лохмотьях? – сердится Салам-Торхан.

Лиса увещевает:

– Не горюй, в почете будем!

Так они дошли до моста. По лисьему совету его разобрали и бревна пустили вплавь по воде. Салам-Торхана Лиса раздела, оставила прямо в воде под старой ивой, а сама направилась в город.

– Сват, беда! Говорила я, надо мост укрепить, – запричитала она, закричала. – Телеги наши со всем добром в воду упали, даже не знаю, жив ли твой зять. Я одна не смогла его вытащить из воды и потому сюда прибежала.

Слуги бая тотчас поспешили жениха спасать.

– Салам-Торхан! – кличут с берега.

А тот из воды голос подает.

Вытащили его, завернули в шубу и на телеге домой привезли. Умыли, причесали, надели дорогие наряды и за стол посадили. Из-за пропавшего добра никто не горюет. Лиса похваляется:

– Богатства наши несметны!

А жених сидит и наряды поглаживает, глаз не отрывает: обо всем забыл.

– А почему, – говорит тесть, – зять наш не ест, а только сидит и одежду гладит?

– Он бы и кушал, – объясняет Лиса, – да скучает по своим прежним нарядам.

А сама тычет Салам-Торхана в бок – на яства кивает: ешь, мол, не выдавай себя. И тот, спохватясь, стал наворачивать за обе щеки всякие кушанья.

Когда свадебный пир закончился, Лиса первой уехала, шепнув Салам-Торхану:

– Приведешь свадьбу в такую-то деревню к такой-то старухе. Я буду там ждать тебя.

Когда Лиса по дороге ехала, увидела на пастбище лошадей и сказала табунщикам:

– Завтра отсюда проедет большое начальство. Вас спросят: «Чьи это кони?» Скажите: «Салам-Торхана», и они вам много подарков дадут.

Далее проехав, увидела стадо коров и сказала пастухам такие же слова. Людям, пасшим овец далее в пути, те же слова повторила. Доехав так до деревни, зашла к той старухе. А она богатой купчихой была. Лиса ей прямо с порога:

– Что делать-то будем, бабушка? Сила идет немалая войною на нас. Что делать станешь, куда спрячешься? Убьют они тебя! А ты, бабушка, спрячься в колодец. Я помогу спуститься, а когда они уйдут, снова вытащу.

Испугалась старуха. А Лиса, посадив ее на ведро, в колодец спустила и отрезала веревку. Не стало купчихи.

В это время как раз Салам-Торхан со своей невестой с байского двора из ворот выехали. Родители невесты, ближняя, дальняя родня и друзья на многих лошадях с добром немалым едут-поезжают.

Так свадебная процессия добралась до луга, где пасся табун лошадей. Спросили табунщиков:

– Чьи это кони?

– Салам-Торхана, – ответили те.

– Ого, жена, – говорит бай, – зять наш не босяк. Это наши пастухи, кинем им подарки.

Оставили им много подарков и свадебных угощений, поехали дальше. Повстречали стадо коров. Спросили пастухов:

– Чьи эти коровушки?

– Салам-Торхана, – ответили они.

Их также одарили. Далее в пути повстречали овечью отару.

– Чьи это овцы?

– Салам-Торхана, – ответили им.

Пастухов тоже богато одарили.

– Вот, жена, – радуется бай, – думали, что мы богаты. А зять-то наш, гляди, во много крат богаче.

И с песнями да с