Как выжить в книжном клубе - Виктория Дауд

В подавляющем большинстве случаев люди идут на убийство, только если им не оставили выбора.

Убийца

Мама вскочила с кресла, словно тигрица, увидевшая открытую дверь клетки.

— Да как ты смеешь? — закричала она.

Бриджет продолжала улыбаться так самодовольно, что я испугалась нового кровопролития. Мамино лицо побелело от злости. Рядом с ней встала Мирабель, неотступная как тень.

— Даже не думай повесить это на Пандору. У тебя никаких шансов!

— Дайте сказать собачнице.

Тетя Шарлотта излучала олимпийское спокойствие. Мы посмотрели на нее.

Мирабель фыркнула.

— Ну давай, проверни нож в ране.

— Обошлось без ножа, — сказала Бриджет, наконец прекратив улыбаться. — И ваза, разумеется, ни при чем, будь она хоть трижды бесценной.

— Ты ничего не докажешь, — выплюнула мама.

Ее слова показались мне странными.

— Я уже объясняла, что нельзя выбирать только подходящие знаки. Все одинаково важны, не так ли, Мистер Трезвон?

— Ради бога, перестань обращаться к собаке, как к человеку.

— Почему? Думаешь, вы умнее или с вами интереснее? — тряхнула головой Бриджет. — Вы ничего не замечали, начиная с первого вечера. Не обратили внимания на перестановку мебели, на дым, на призрачных пианистов, на маскарад.

— Не строй из себя комиссара Мегре, — съехидничала мама.

— Кого?

— Заткнись, Шарлотта! — вспылила Мирабель. — Какой здесь собачий холод! Давайте зажжем огонь…

— Нет, Мирабель, — остановила ее Бриджет. — Обойдемся без огня. Лучше рассмотрим все зацепки. Я вам кое-что покажу.

Она подошла к камину.

— Смотрите внимательно.

С этими словами она нажала маленькую круглую кнопку на каминной полке, похожую на звонок для вызова прислуги. Что-то загудело. Бриджет отошла в сторону. Стена за камином отъехала, и нашим взорам предстало темное отверстие, в котором виднелась библиотека.

— Видите ли, — продолжала она, — мне показалось странным, что мы должны трясти этим дурацким колокольчиком всякий раз, когда хотим вызвать прислугу. Я долго не замечала кнопку, потому что ее закрывала большая мейсенская ваза. К счастью, ее кто-то убрал, но только после смерти Джой. Привычки формируются легко, и никто из нас не стремился ничего изменить. Мы установили шаблон, подобно тому, как выбрали, где сидеть. А теперь давайте поставим под сомнение все, что считали нормальным, допускали или принимали. Я подумала об этом на завтраке, когда неожиданно выяснилось, что в доме нет ни одних исправных часов.

Мы непонимающе переглянулись. Бриджет это ничуть не смутило.

— Часы на большом радиоприемнике стояли. Урсула точно знала, что в библиотеке было радио. Девчонка ни на что не годна и во многом меня раздражает…

Я шумно втянула носом воздух, и она сделала паузу, чтобы насладиться моей реакцией.

— Но когда дело касается мелочей, ей нет равных.

Бриджет ядовито улыбнулась.

— Что мы имеем? Уродливый радиоприемник в стиле ретро, подделку, которую можно купить в одном из дешевых магазинов, так горячо любимых Шарлоттой. Часы на нем не шли. Само по себе это не странно, здесь все сломано. Но зачем перетаскивать этот бесполезный гроб из библиотеки в столовую? Устраивать музыкальный вечер никто не собирался, а время часы не показывали. Плюс музыка из закрытого рояля и сигаретный дым — видите, какую важную роль они сыграли в нашей истории.

— Привидения! — изумленно ахнула тетя Шарлотта.

— Нет! Шарлотта, не мели чепухи. Это реально существующий человек. Вернее, люди. В нашу первую ночь здесь Урсула слышит музыку и чувствует запах табачного дыма. Она спускается и видит закрытую дверь. Когда Урсула ее открывает, там никого нет, рояль умолкает, а крышка опущена. Из комнаты нет другого выхода, кроме как через дверь.

— А камин! — воскликнула я. — Кто бы это ни был, он сбежал через камин.

Бриджет покачала головой.

— Видите, Мистер Трезвон, с кем приходится иметь дело? Святая простота! Нет, никто не успел бы встать, опустить крышку рояля, выйти через камин, да еще и закрыть его. Кроме того, на рояле лежал слой пыли.

— Пудра.

— Что?

— Это не пыль, а сахарная пудра, я пробовала, — призналась я.

Мама поцокала языком.

— Неудивительно, что ты так часто теряешь сознание, — совать в рот всякую гадость.

— Да, — задумчиво продолжала Бриджет, — логично. Задняя стенка камина была приоткрыта. Ты могла не заметить в темноте. Музыка доносилась из другой комнаты, из столовой. В полночь сработал заранее выставленный будильник, и заиграла композиция, которую ты слышала в течение десяти минут.

Она кивнула, как будто подтверждая свою теорию.

— Поэтому часы остановились на десяти минутах первого. Незадолго до этого кто-то курил в коридоре, и дым шел наверх. В мусорной корзине у Ангелов нашлись окурки. Заглянув в гостиную, ты не заметила, что проход через камин открыт. Музыка внезапно прекратилась, и ты увидела пустую комнату с закрытым роялем, на котором, казалось, никто не играл уже много лет.

Я покачала головой.

— Потайной выход из камина ведет в библиотеку, а радиоприемник перенесли в столовую.

— А это, по-вашему, что?

Бриджет возбужденно ткнула пальцем в другую сторону. Все повернулись к противоположной стене, где красовался точно такой же камин. Собачница и ее питомец торжественно прошествовали через комнату, как будто их ждало посвящение в рыцари.

Еще одна кнопка за вазой — и все начало проясняться. Этот камин выходил в столовую, и в углу виднелись пресловутые часы.

— С того места, где ты стояла, Урсула, ты не могла видеть этот камин из-за открытой двери.

— Так зачем было переставлять радио? Они установили таймер, чтобы музыка заиграла в полночь. Камин, выходящий в библиотеку, обеспечил бы аналогичный эффект: закрытый рояль, на котором играет призрак, — озадаченно заметила Мирабель.

— Потому что в том камине ты, Мирабель, без конца разжигала огонь. Если его открыть, угли и зола разлетелись бы по всем комнатам, раскрыв игру. Они хотели создать впечатление пианиста-призрака, а не сжечь дом.

Бриджет подмигнула собаке, скрестив руки на груди.

— Я все равно не понимаю зачем? — призналась тетя Шарлотта.

— Приманка, — пояснила Бриджет. — Дымовые сигналы, чтобы кого-то выманить.

— Что ты выдумываешь? Какие дымовые сигналы? Абсурд!

— Не понимаю, зачем они все это делали, если уже знали, кто украл вазу, и намеревались предъявить обвинения Джой, — задумчиво сказала я. — Мы такие приезжаем, и Дорин Делламер, вместо того чтобы сказать: «О, привет, вы меня помните?», поспешно прячется. Зачем, если Джой еще и не собиралась красть вазу?

Я говорила это не им, а рассуждала вслух.

— В тот вечер они перенесли часы — непонятно зачем. Начали отправлять сигналы: призрачная музыка, сигаретный дым. В этом не было никакой необходимости! Затем нам подсунули гадалку, то есть переодетую Дорин Делламер. Они пытались вѾго-то, кого не знали.

— А когда они узнали, что вазу украла Джой… — начала Мирабель.