Пробуждение Хаоса. Том 3 - Дмитрий Янтарный
Полиморф!
В тот же момент Мэтьюс превратился в упитанную розовую хрюшку с залихватским рыжим чубчиком. Правда, он не пробыл в этом состоянии даже секунды, но главного Сареф добился: проклятая чёрная губка, не успев долететь до Хима, испарилась без следа.
Хим, с которого сошёл Паралич, бросился в атаку, забрасывая Мэтта огненными шарами — и параллельно орудуя пылающим хлыстом. Менталист, судя по всему, уже растратил большую часть своих козырей, и теперь только отбивался, впрочем, продолжая распространять вокруг себя подавляющую ауру психической энергии. При этом он смог отвлечься и ткнуть посохом в Сарефа, который снова почувствовал удар неотвратимой силы — и поспешно отскочил, чтобы не оказаться расплющенным…
И в следующий момент Мэтьюс снова вызвал из своего посоха шквальный поток энергии, который отбросил Хима точно к Сарефу. Снова удар мизинцем по посоху — и двойная розовая молния опять парализовала их обоих. А затем…
Мэтт с двух рук занёс посох над собой — и в следующий момент с мощным звоном воткнул его в землю. А мгновение спустя… над Сарефом и Химом появился огромный призрачный колокол, который, можно не сомневаться, должен был оставить от них мокрое место…
Однако в этот самый момент откатилась и сработала спасительная Незримая Поддержка, развеяв с Сарефа Палалич. И тот, схватив Хима за лапу, поспешно вызвал Системное окно:
Тёмная Фаза!
Захватив своего хилереми в тёмный сгусток, Сареф рванул прочь. А когда материализовался в безопасном месте — то моментально направил руку на соперника, не желая упускать такую возможность:
Знак Подражателя! Наложен эффект Помеха!
Получено умение: Похоронный звон! Вы обрушиваете на цель огромный призрачный колокол, нанося ему и все существам в радиусе 3 метра 15 % урона от его текущего запаса здоровья — и накладывая на него сквозь любые сопротивления Оглушение на (Сила Воли/10) секунд. Если использовать умение на себя, то оно с половиной мощи сработает на всех врагов в радиусе 6 метров. (Стоимость 150, перезарядка 120, время сотворения 0,45).
Судя по испуганному взгляду Мэтьюса, он увидел перед собой эффект Помеха — и моментально понял, чем это чревато. И, стоило признать, Помеха была определённым недостатком для Знака: лишний контроль компенсировал внезапность использования умения. Тем не менее, Сареф смело указал на Мэтта рукой и вызвал Системное окно:
Похоронный звон!
В тот же момент менталист спешно использовал рубиновый браслет, развеивая Помеху, после чего при помощи синего дыма сместился, выхода из зоны поражения умения.
— Промазал, идиот! — с издёвкой прошипел он.
— Я знаю, — невозмутимо кивнул Сареф, — но ты забыл, что я ворую много…
В следующий момент Сареф сжал в руке Осиновый Кол, который уже давно ждал своего момента… и перед ним вспыхнуло Системное окно:
Получено усиление: Точно в сердце. Следующая атака нанесёт критический урон, если это возможно, и наложит эффект Истощение на 15 секунд.
Ровно в этот самый момент Хим, который рванул в сторону Мэтта, выдал в него поток пламени с двух рук, а когда тот отпрыгнул в сторону, ловко подцепил его хлыстом за ногу, заставив упасть и потерять равновесие. И ровно в этот момент Сареф повторил новый приём:
Похоронный звон!
В этот момент колокол, сотканный уже из чёрного тумана, появился над Мэттом — и с оглушительным звоном опустился прямо на менталиста. И пока тот лежал, оглушённый собственным умением, на него напрыгнул Хим, вцепившись в его глотку своими лапами…
Но почти сразу он ослабил хватку, потому что поединок был окончен. Мэтьюс выглядел так, словно из него выпустили воздух, казалось, даже его рыжие волосы потускнели. А, значит, Сареф был прав, когда думал, что эффект Истощение станет для него фатальным…
Но злопамятный Хим не собирался так просто всё это оставлять. Ткнув Мэтта пальцами в горло и заставив того закашляться, он схватил его за шиворот и повернул к Сарефу, удерживая менталиста, как щенка за шкирку:
— А теперь извиняйся перед моим хозяином за все свои оскорбления!
— Да будет тебе Хим, — успокаивающе сказал своему подопечному Сареф, — ну, повздорили и повздорили. С кем не бывает. Тем более, к своим-то надо быть снисходительным.
— Ты… ты… да ты вообще охренел, — прохрипел Мэтьюс, который от злости даже забарахтался в хватке Хима, — какой я тебе, ко всем тварям Хаоса, свой⁈
— Ты считаешь Адральвеза лучшим магистром на Севроганде, который искренне и со всей душой заботится о своих подопечных? — бесстрастно спросил Сареф. Мэтьюс ничего не ответил, только угрюмо промолчал.
— Ну вот. И я так считаю, — невозмутимо сказал Сареф, — поэтому для меня ты свой.
После чего Сареф подошёл к Мэтьюсу и, подняв его за подбородок, посмотрел менталисту точно в глаза и мягко сказал:
— И мне совершенно насрать, что ты думаешь по этому поводу. Понял?
— Ублюдок! — бессильно прохрипел Мэтт.
— И ещё какой, — мягко заверил его Сареф, похлопав Мэтта по плечу, — поэтому привыкай, потому что я никуда не денусь.
— Ладно, ладно вам, — к ним, посмеиваясь, подошёл Сундарк, — хорошая схватка, Сареф. Хоть и недолго ты был моим учеником, но всё же не посрамил своего наставника. Я доволен. Ладно, давайте сюда этого горлопана, надо отнести его в лечебку.
С этими словами Сундарк вызвал Дьяго, который уже с откровенно гастрономическим интересом смотрел на Мэтта, так и висящего в хватке Хима. И менталист немедленно задёргался.
— Эй, вы, отвалите от меня! Пусть меня доставит туда клановый хранитель!
— Мне следует поощрять укрепление дружественных связей между членами клана, — бесстрастно сказал хранитель, появившись рядом.
— Да чтоб ты провалился, серебряная сопля, — простонал Мэтьюс. Впрочем, в следующий момент Дьяго закинул его себе на плечо, и он, оказавшись в полном распоряжении Сундарка и его хилереми, счёл за лучшее приглушить звук.
— Ладно, мы с тобой позже ещё потолкуем, — Сундарк одобрительно хлопнул Сарефа по плечу, — а пока — чувствуй себя, как дома. Поверь, после такого на тебя больше никто не посмеет быковать.
Сареф коротко кивнул, наблюдая, как Дьяго уносит Мэтьюса, а к ним со зрительских мест начинают подходить остальные члены клана и ученики. Вот теперь — можно и своими делами заняться…
Глава 3.8
После того, как Сундарк и Дьяго унесли Мэтьюса, остальные начали возвращаться к тренировкам. Несомненно, то тут, то там в разговорах слышались обсуждения о прошедшем поединке — но отношение к этому было,
