Хродир Две Секиры - Егор Большаков
Хартан, хоть и не понимая до конца всей картины, был готов дать бой на два направления.
– Молодец, – восхитился тарутенариксом Хродир, – смело.
– Не-а, – покачал флегматично головой Ремул, – наше войско сильней тех отрядов, что стоят фронтом к нам, равно как и воперны, похоже, сильней того, что выставлено против них. В случае боя Хартан обречен, у него сейчас только один выход – договариваться.
Хродир рассмеялся:
– Так ведь за этим мы и пришли!
Хродиру и Ремулу подвели коней, и оба полководца выехали вперед, сопровождаемые десятком телохранителей. Трое из этого десятка были Красными Сынами – они специально не носили шлемы, чтобы их огненно-алый цвет волос был хорошо заметен. Кто такие Красные сыны, было знакомо и Хартану, и Ильстану.
Из конного отряда тарутенов выехали двенадцать кавалеристов – судя по большой сигме, два полководца и охрана.
– Хартан и…кто? – спросил Ремул, на что Хродир только пожал плечами.
Практически одновременно с этим открылись ворота Вопернхусена, откуда также показалась дюжина всадников. Ярко-желтая герулка с пятнистой шкурой однозначно указывала на то, кто возглавляет этот отряд.
И от вопернов, и от тарутенов всадники направились в сторону Хродира – если между вопернами и тарутенами всё было ясно без любых разговоров, то появление армии Хродира было неожиданностью для обеих других сторон. Первыми до Хродира добрались воперны – им просто было ближе ехать, да и Хродир направил коня в сторону ворот Вопернхусена.
Оказалось, что рядом с Ильстаном едет хундрарикс старшей дружины вопернов – Снергульд, по прозвищу Пегий Конь. Шлем хундрарикса был снабжен лишь наносником, не имея ни полумаски, ни бармицы – такие шлемы часто носили командиры отрядов, чтобы иметь более широкий обзор поля боя.
Сблизившись с Хродиром, Ильстан приветствовал брата и опустил глаза. Вид у молодого вопернарикса был довольно жалким. Ильстан понимал, что ему, как настоящему риксу, необходима борода, поэтому не брился. Но у пятнадцатилетнего юноши полноценная борода еще не могла появиться, а та нелепая редкая щетина, что клочками покрывала его подбородок, мужественности его облику не добавляла.
Хродир, быстро ответив на приветствие брата, сказал:
– Времени нет. Если хочешь увидеть завтрашний рассвет живым, а не из Чертогов Богов, слушай не перебивая и постарайся исполнить.
Ильстан сглотнул и быстро кивнул. Хродир продолжил:
– Тарутены пришли сюда не просто с согласия ферранов, а по их прямому приказу. Я это знаю абсолютно точно, потому что мне они предложили то же самое.
– Но ведь именно ферраны поставили меня… – начал было Ильстан, но Хродир резко оборвал его.
– Молчи и слушай! – выпалил он, – потом скажешь, если сегодня выживешь! – Хродир шумно выдохнул, – ты сейчас можешь сделать три вещи: попытаться сразиться с тарутенами – и проиграть, ибо они сильнее. Сдаться тарутенам – и, скорее всего, погибнуть сегодня же, живой ты им не нужен, как и ферранам. И, наконец, ты можешь признать меня, своего старшего брата, риксом вопернов – тогда точно будешь жить, я позабочусь об этом.
Топот коней группы Хартана раздавался всё громче и громче. До них оставалось сто шагов, семьдесят, полста, сорок…
Глава 21. Воперны
– Быстрей думай! – крикнул в лицо брату Хродир, – ты согласен с моим предложением?
Ильстан растерянно оглядывался и молчал.
Группа Хартана подъехала к отрядам Хродира и Ильстана так близко, что можно было различить узорчатые завитки насечки, покрывающей проволочную инкрустацию тарутенских шлемов.
– Согласен, – наконец выдавил Ильстан.
– Тогда молчи, – быстро сказал Хродир, – только подтверждай мои слова, понял?
Молодой вопернарикс кивнул.
Хартан в сопровождении спутников подъехал вплотную к Хродиру, Ремулу и Ильстану. Сопровождал Тарутенарикса не тавет, а ферранский офицер, чей шлем, вопреки обыкновению, не имел ни султана, ни гребня – а оттого издали этого феррана можно было принять за тавета. Ремул не без удивления узнал Арпа Ларция Малума, своего сослуживца по Leg Specicul XVIII Taveta Limesarul и в некотором роде приятеля. Во всяком случае, Ларций Малум и Ремул Ареог относились к одному – патрицианскому – кругу, хоть Ремулы Ареоги и были явно знатней и древней. Не узнать Ларция было сложно – несмотря на относительную молодость, ферран производил впечатление солидности из-за крупных, но классически-правильных черт лица; такие лица имели изваяния героев древности, в обилии украшавшие центральные кварталы Ферры.
Сам же Ремул сейчас носил уфухельм с длинной кольчужной бармицей, отчего лица его было не видно, и узнать бывшего сослуживца Арп Ларций не мог. Во всяком случае, в лицо.
– Приветствую тебя, Хродир Две Секиры, рикс сарпесков, марегов и рафаров, – Хартан приветственно поднял руку, – что привело тебя к Вопернхусену?
– Приветствую и тебя, Хартан Седой Волк, рикс тарутенов, – Хродир ответил на приветствие таким же жестом, – у меня к тебе тот же вопрос.
Невозможно было не заметить, что Хартан демонстративно проигнорировал Ильстана, хотя тот, будучи вопернариксом, был равен по статусу и ему, и Хродиру. Это явно давало понять, что тарутенарикс считает Ильстана фигурой, уже сброшенной с игровой доски при любом исходе – во всяком случае, уже не считает его риксом.
Мысль Ремула подтвердилась, когда Ильстан начал было приветствовать Хартана, но тарутенарикс просто глянул на него с пренебрежением и не ответил на приветствие.
– Я пришел сюда по настоятельной просьбе наших друзей – ферранов, – сказал Хартан.
– И я, – сказал Хродир, – ровно так же здесь из-за просьбы ферранов, а точнее, ландарикса Кеса Серпула Унулы.
Хартан и Арп Ларций переглянулись.
– Насколько я знаю, – вошел в разговор ферран, – ты, Хродир, отказался исполнять эту просьбу. Более того, ты – не союзник Ферры, поэтому мы, то есть тарутены, имеем больше прав на Вопернланд и Вопернхем.
Хродир рассмеялся.
– Нет, – отсмеявшись, сказал он, – «быть здесь по просьбе» и «быть здесь из-за просьбы» – это разные вещи. Ты, ферран, просто плохо знаешь таветский язык. Я не сказал, что я пришел сюда выполнять просьбу Серпула, я сказал, что пришел сюда, потому что
