После развода. Я тебя верну - Елена Мартин
Раскрыв настежь двери, сталкиваюсь со сверлящим взглядом Вяземского.
— Я не жду гостей, — выдыхаю глубоко. — Мы всё уже обсудили.
— Неправильно, Кирюша… Это только начало длительных переговоров, — Вяземский переступает дверной проём и припечатывает к стене мощным спортивным телом.
Внутренне я ещё боролась, понимая, что расцветающее желание сметает все скромные попытки противостоять бывшему мужу, но он так основательно врос в меня ещё тогда, четыре года назад, и даже сейчас уже, казалось, мертвая поросль дала новую лозу.
— Не отпущу. Просто не смогу отпустить тебя, Кир…
— Лёш, пожалуйста… — голос срывается.
— Я знаю тебя, Кира. Лучше тебя чувствую твои желания.
Невольно вздрагиваю от его низкого голоса, который прозвучал у самого уха. Алексей накрыл жадно мои губы и стал терзать горячим поцелуем. Жестким, требовательным. Дыхание стало частым. У меня не хватило сил сопротивляться его напору. Так хотелось коснуться ладонью, провести по торсу. Его пальцы впиваются в мои влажные волосы, подтягивая ближе. Одна из ладоней властно спускается вниз и нетерпеливо распахивает полы банного халата. Алексей оголяет плечо и проходит мелкими поцелуями по обнажённой коже, вызывая взрыв мурашек, разбегающихся по всему телу.
Мои руки сами прошлись по мелким пуговицам на сорочке и обвили его шею. Чувствую мелкую дрожь и учащённое дыхание.
Боже, так нельзя… Сколько я запрещала себе… Любить его, думать о нём. Хотя понимала, что когда-то его настойчивое внимание пробьёт эту хлипкую броню.
Стоит ему коснуться меня, и я не смогла сказать нет.
Алексей ведёт ладонью по бедру и сжимает ягодицу, вжимаясь каменным стояком меж моих ног.
— Кирюша… Моя девочка… Как я желаю тебя… — Алексей сжимает ладонями моё лицо.
Его взгляд мутнеет, а карие, почти чёрные глаза сканируют дикое, необузданное желание. Алексей относит меня из тесного коридорчика в комнату. Кладёт на кровать, нетерпеливо расстёгивая ремень брюк. Я уже и забыла, как это — таять от желания в сильных руках и как выглядит это мощное, подкаченное тело, вид которого сводит с ума.
Наверное, пожалею… Впрочем, как всегда было с этим мужчиной. Как всегда принесёт краткую эйфорию, прежде чем разрушит полностью. Тяжёлые ладони прошлись по животу и сжали обе груди, соски которых призывно собрались в бутоны. Стон сорвался из горла, когда мужские пальцы опускаются к разведённым бедрам и находят нужную точку, медленно раздвигают половые губы, начиная скользить между нами.
Сжимаю его плечи, впиваясь острыми коготками в гладкую кожу и, наверное, царапая его. Мысль, что я снова почувствую мощь его тела и приму стоящий орган, упирающийся во влажное лоно, выжигает остатки разумных доводов и мыслей. Хочу его сейчас и здесь и каждый день, что подарит мне моя жизнь. Моё тело всегда принадлежало ему… Безоговорочно и без остатка.
Насколько жёстко Леша ласкал мое тело, настолько мягко и нежно вторгся внутрь меня.
— Тебе хорошо со мной… — шепчет Алексей, выходя из меня и опускаясь на всю глубину.
— Да… Ох-х, — закрываю глаза и тону в своих ощущениях.
Обвиваю ногами его талию и стараюсь двигаться ему навстречу.
Боже… Как вкусно и запретно сладко. А он снова мой… Я не сомневалась, что Лёша чувствует то же самое. В каждой ласке и движении чувствовалось, что Вяземский скучал. Пробегался поцелуями по шее и плечам и снова возвращался к моим губам. Все ощущения, обострённые до предела за эти несколько недель, словно разрезают изнутри, а нервы натянуты словно струна.
Не сомневалась… Раскроит снова на мелкие частички, которые я буду долго собирать в одно целое.
Низ живота наполняется тяжестью, а внутренняя пружина закручивается всё сильнее. Чувствую, как подрагивают мышцы влагалища, сжимаясь вокруг каменного члена моего бывшего мужа.
— Кирюша… Моя девочка… Бл… ь, так сладко, может быть, только с тобой.
— Так сладко может быть только с тобой, Вяземский, — пронеслось где-то вдалеке в затуманенной голове.
Алексей переплетает пальцы рук, как тогда, в наш первый раз. Я знала с нашей первой встречи, что он будет моим.
Наши стоны, всхлипы переплетаются. Хочу его до умопомрачения. В моей голове нет ничего, кроме мужчины, яростно работающего бедрами. Каждый толчок моё тело принимает с таким чувственным восторгом, что я боюсь, что это закончится. А захочу его чувствовать снова и снова с той же дикой силой, которая разлилась внутри меня.
Выгибаюсь дугой, ловлю разлетевшееся удовольствие волнами по телу от пульсирующего лона до кончиков пальцев.
Леша кончает вслед за мной с приглушенным рыком.
Глава 44
В комнате повисла тишина, которую нарушало только наше тяжелое дыхание.
Что теперь будет? Я закрыла глаза, чтобы этот мир пока оставался в том сценарии, что был.
Как глупо, Кира.
Но так вкусно. Я словно расцвела. А внутрь влили живительной влаги совсем высохшему сосуду.
Алексей приподнимается на локтях и заглядывает в моё лицо. Всматриваюсь в его черные глаза, ищу ответ на свой главный вопрос. Я ждала, что он сейчас отстранится и, перекатившись, ляжет рядом, но Вяземский так и застыл меж моих ног.
— Я всё время думал о тебе. Все эти четыре года. Что делаешь, где проводишь время… Кто рядом с тобой.
Мысленно хмыкнула. Знал бы ты, родной, кто был рядом все эти годы со мной. Я думала, что эта официальность, с которой подчёркнуто относился ко мне Вяземский, так и останется.
Финальная беседа?
— Не хочу тебя отпускать. Ни сейчас, ни потом… — произнес после затянувшейся паузы Алексей.
Я покачала головой. Вяземский верен себе, как, впрочем, всегда. Самоуверенность — второе «я» моего мужа… Бывшего мужа, Кира.
— С чего ты взял, что будет потом? — усмехаюсь.
— Кто сказал, что я теперь тебя отпущу?
— Неоконченное дело. Что именно ты не закончил, Лёша? — мои руки всё ещё лежат на его плечах. — Тебе не кажется, что нам… нужно поговорить?
— Кажется, — Алексей лёг рядом на спину. — Но не сегодня, — коротко ответил Алексей.
Лицо Вяземского стало напряженным.
Я поднялась с кровати и вытерла живот, на котором остались следы горячей любви Алексея. Набросила халат, затянув его завязки нервно дрожащими руками, и присела на край кровати, подтянув под себя ноги.
— Я хочу сейчас, — внутри разливалась непонятная сердцу тревога.
У четырёхлетней паузы должна быть причина.
— Четыре года назад из сейфа моего кабинета исчезли важные документы. И всплыли в другом интересном месте, — вкрадчиво начал Вяземский и поднялся с кровати.
— И где всплыли?
— Налоговой службе, — Алексей смотрел сквозь меня. — Хороший адвокат, естественно, помог избежать уголовной ответственности, но к тому времени, когда все
