Николай Пржевальский - Путешествие в Уссурийском крае. 1867-1869 гг.
![Николай Пржевальский - Путешествие в Уссурийском крае. 1867-1869 гг.](https://cdn.kniga-online.club/s20/2/1/7/6/0/1/217601.jpg)
![](/uploads/18plus.png)
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Николай Пржевальский - Путешествие в Уссурийском крае. 1867-1869 гг. краткое содержание
Путешествие в Уссурийском крае. 1867-1869 гг. читать онлайн бесплатно
Николай Михайлович Пржевальский
Путешествие в Уссурийском крае. 1867-1869 гг.
ПРЕДИСЛОВИЕ
Мировую славу H. M. Пржевальский получил в результате четырёх экспедиций в Центральную Азию. Первое его путешествие - Уссурийское менее известно.
Грандиозные открытия Пржевальского в пустынях Монголии, в болотах Цайдама, в высоком Тибете и на Лоб-норе затмили результаты его исследований на Уссури и озере Ханка. Больше девяти лет провёл он в Центральной Азии, прошёл и нанёс на карту свыше 30 000 км.
Путешествие в Уссурийском крае было началом исследовательской деятельности Пржевальского. В первый главе описания четвёртого путешествия в Центральную Азию он писал: «Путешественнику-новичку необходимо сперва испробовать свои силы на небольшой и не особенно трудной экспедиции, какой для меня было путешествие в Уссурийском крае в 1867, 68 и 69 гг., дабы приобресть некоторую опытность и потом уже пускаться в более крупное предприятие» [1].
Уссурийское путешествие, по словам Пржевальского, явилось для него «первой пробой сил», но и одного этого путешествия было достаточно, чтобы имя Пржевальского осталось в истории науки.
Напомним читателю некоторые сведения о Пржевальском и о его первом путешествии, описанию которого посвящена эта книга.
Николай Михайлович Пржевальский родился 31 марта (12 апреля) 1839 года в деревне Кимборово, быв. Смоленской губ., в 40 км от Рославля, в семье отставного армейского капитана. Отец умер, когда Н. М. Пржевальскому было 7 лет; вместе с двумя младшими братьями он остался на попечении матери - Екатерины Алексеевны, женщины умной и энергичной. После смерти мужа она занялась хозяйством, и детей воспитывал главным образом её брат Павел Алексеевич Каретников, который обучал их не только грамоте, но также стрельбе и охоте.
«Воспитание было самое спартанское, - вспоминал впоследствии H. M. Пржевальский, - я мог выходить из дома во всякую погоду и рано пристрастился к охоте. Сначала стрелял я из игрушечного ружья желудями, потом из лука, а лет 12-ти я получил настоящее ружьё».
В экскурсиях по смоленским лесам развилась у Пржевальского любовь к природе, создавшая из него в будущем путешественника.
В 1849 году вместе с братом Пржевальский поступил в смоленскую гимназию. После привольной деревенской жизни трудно было свыкнуться с однообразной жизнью города.
Во время каникул дети возвращались в деревню и жили в отдельном флигеле с дядей, который на целые дни уводил их с собой на охоту или рыбную ловлю; домой возвращались только ночевать.
По окончании гимназии в 1855 г. Пржевальский поступил добровольцем в армию. В это время происходила Крымская война, и он стремился попасть на фронт. На фронт он не попал, а армейская обстановка, в которой находился Пржевальский, скоро разочаровала его. «Моим единственным утешением, - рассказывал Николай Михайлович, - было ружьё, выписанное из деревни, с которым я постоянно ходил на охоту; кроме того, получив в гимназии сведения из зоологии и ботаники, я пристрастился к собиранию цветов».
Читая много книг, Пржевальский мечтал о путешествиях. В письме к начальству он просил о переводе его на Амур. Ответом был арест на трое суток. Пржевальский понял, что единственным выходом для него является поступление в Академию Генерального штаба. Он начинает усиленно готовиться к конкурсным экзаменам и через год, в 1861 году, поступает в Академию. При переходе на 2-й курс Пржевальский темой для сочинения берёт Амурский край.
Позднее, в 1864 году, первое его сочинение «Военно-статистическое обозрение Приамурского края» было представлено в Географическое общество, которое, по предложению академика В. П. Безобразова, избрало его действительным членом Географического общества. Эта рукопись послужила Пржевальскому лучшей рекомендацией. По отзыву П. П. Семёнова-Тян-Шанского - бывшего в то время председателем отделения физической географии Географического общества - эта первая научная работа H. M. Пржевальского была выполнена хорошо и «основана на самом дельном и тщательном изучении источников, а главное, на самом тонком понимании страны».
После окончания Академии Пржевальский снова просит о переводе его в Сибирь, но получает отказ и вынужден уехать в свой полк, стоявший в это время в Польше.
В 1864 году он - в Смоленской губернии, а в конце того же года получает назначение в качестве дежурного офицера (а затем библиотекаря) в Варшавское юнкерское училище. «Здесь, в течение 2-х лет и нескольких месяцев, я, в уверенности, что рано или поздно, но осуществлю заветную мечту о путешествии, усиленно изучал ботанику, зоологию, физическую географию и пр., а в летнее время ездил к себе в деревню, где, продолжая те же занятия, составлял гербарий. В то же время читал я публичные лекции в училище по истории географических открытий трёх последних веков и написал учебник географии для юнкеров… Вставал я очень рано и почти всё время, свободное от лекций, сидел за книгами, так как, подав прошение о назначении меня в Восточную Сибирь, уже наметил план своего будущего путешествия» [2].
Так рассказывал о своём пребывании в училище сам Пржевальский. В конце 1866 года, после неоднократных прошений, Пржевальский получил назначение в штаб Восточно-Сибирского военного округа и в январе следующего года выехал из Варшавы.
Проездом через Петербург H. M. Пржевальский впервые лично познакомился с П. П. Семёновым-Тян-Шанским, тогда уже известным путешественником, объяснил ему план своего путешествия в Центральную Азию и просил содействия Географического общества. Однако организовать такую дальнюю экспедицию под руководством Пржевальского Общество не решилось. «В то время, - говорит П. П. Семёнов-Тян-Шанский, - Общество крайне редко помогало материальными средствами молодым путешественникам, отправлявшимся в путешествие по своей инициативе, может быть, потому, что такая инициатива проявлялась еще слишком редко; но от времени до времени оно снаряжало свои экспедиции, подбирая состав их исключительно из лиц, уже известных своими научными трудами и рекомендуемых организаторами экспедиций. H. M. Пржевальский был в научном мире еще совершенно неизвестной величиной, и дать пособие ему на его предприятие, а тем более организовать под его руководством целую экспедицию Совет Общества не решился. В качестве председательствующего в отделении и в глубокой уверенности, что из талантливого молодого человека может выйти замечательный путешественник, я однакоже старался ободрить Н. М. и теплым участием и рекомендательными письмами… При этом я обещал H. M., что если он на собственные средства сделает какие бы то ни было интересные поездки и исследования в Уссурийском крае, которыми докажет свою способность к путешествиям, то, по возвращении из Сибири, он может надеяться на организацию со стороны Общества, под его руководством, более серьезной экспедиции в Среднюю Азию» [3].
Необходимо напомнить, что незадолго до путешествия Пржевальского в Уссурийском крае произошло окончательное разграничение земель между Россией и Китаем.
Согласно Айгунскому договору, заключённому в мае 1858 года, левый берег Амура был признан владением России. В ноябре 1860 года был подписан Пекинский договор, по которому Китай официально признавал русскими владениями и Уссурийский край. Эту новую малоизвестную область и посоветовал Семёнов-Тян-Шанский исследовать Пржевальскому.
В апреле 1867 года с письмами к администрации и руководителям филиала Географического общества в Сибири Пржевальский прибыл в Иркутск. Здесь он продолжает усиленно готовиться к эспедиции. Вся имеющаяся в Иркутске литература, рукописи, заметки, касающиеся Уссурийского края, были им прочитаны. Перед отъездом он составил памятную книжку-справочник для предстоящего путешествия.
«В научном отношении, - пишет Пржевальский, - я был достаточно подготовлен по занимаемому меня предмету: хорошо знал ботанику, орнитологию и пр.; при этом имел с собой большой запас разных книг» [4]. Научное оборудование было простое и состояло из термометра, компаса и маршрутных карт. Не было с собой даже барометра, и Пржевальский определял впоследствии высоты гор по разнице температур у подножья и на вершине. Единственно, чего было вдоволь, - это дроби и пороху. Одной только дроби он имел с собой четыре пуда.
Оставалось только подобрать спутника. Немец Роберт Кехер, которого Пржевальский взял из Варшавы в качестве препаратора, оказался неспособным к перенесению трудностей. И когда Пржевальский объявил, что он едет на Амур, немец решительно заявил: «Нет, я так далеко заехал, дальше не поеду!» Лишившись неожиданно спутника,- вспоминал Николай Михайлович,- я был этим огорчен, но тут случайно зашёл ко мне из штаба Ягунов, только что поступивший в топографы. Мы разговорились. Ягунов настолько понравился мне, что я предложил ему ехать оо мной на Уссури; тот согласился. Кроме того, с нами отправился Николаев [5]. В начале мая Пржевальский получил командировку в Уссурийский край. Восторженным настроением, в котором находился Николай Михайлович, пронизано его письмо к своему другу И. Л. Фатееву: «Через три дня я еду на Амур, потом на р. Уссури, озеро Ханка и на берега Великого океана, к границам Кореи. Вообще экспедиция великолепная. Я рад до безумия. Главное, я один, могу свободно располагать своим временем, местом и занятием. Да, на меня выпала завидная доля и трудная обязанность - исследовать местности, большей частью в которых еще не ступала нога образованного европейца».