Американцы и все остальные: Истоки и смысл внешней политики США - Иван Иванович Курилла
Конфликт между Югом и Севером вспыхнул после смены политических поколений в американской элите, когда ушли люди, которые еще помнили войну с Англией 1812 года и для которых, как и для отцов-основателей, внешняя угроза существованию США была вполне реальной. На протяжении их политической жизни апеллирование к необходимости защиты от внешнего врага помогало сплачивать весьма разнородное американское общество, но к началу 1850-х годов рост Соединенных Штатов и урегулирование последних пограничных споров с Великобританией свели вероятность утраты независимости к нулю. Исчезновение внешнего фактора, скреплявшего союз штатов, открыло дорогу разрушительному внутреннему конфликту. Объективное ослабление внешней угрозы не избавило политиков Севера от желания воспользоваться ею для сохранения союза. Линкольн, однако, отклонил предложение Сьюарда.
16 июня 1858 года Авраам Линкольн произнес речь, в которой использовал евангельскую цитату: «“Дом, разделившийся сам в себе, не устоит”. Так и наше государство не сможет постоянно быть наполовину рабовладельческим, наполовину свободным. Я не жду того, что Союз будет распущен, как и того, что дом падет, но чего я действительно жду, так это того, что дом прекратит быть разделенным. Он станет либо единым, либо совсем другим». Это пророчество опиралось на очевидные к концу 1850-х годов реалии: в Соединенных Штатах сформировались два политических сообщества с разными экономическими, культурными и даже этическими установками.
Избрание республиканца Линкольна президентом в ноябре 1860 года стало сигналом к выходу южных штатов из состава США — сецессии (так назвали свое решение сами южане; сегодня мы бы использовали слово «сепаратизм»). 12 апреля 1861 года прозвучали первые выстрелы: южане открыли артиллерийский огонь по форту Самтер в Южной Каролине, отказавшемуся разоружиться или перейти на сторону Конфедерации. Так началась война между Севером и Югом. Причины Гражданской войны — экономические, политические, моральные, культурные — разбирались в тысячах научных трудов.
Объявив о сецессии, южане апеллировали к одной из основ американской идентичности: они описывали происходящее как свою войну за независимость, проводя параллели между созданием Конфедеративных Штатов Америки в 1861-м и Соединенных Штатов в 1776-м, приравнивая свои действия к борьбе американцев против английского владычества. Подобное объяснение имело большую притягательную силу для жителей США. Неслучайно на Севере страны — даже среди генералов Союза — немало людей считали южан правыми. Не все они поддерживали рабовладение, но тем не менее полагали, что жители Юга вправе отделиться от США и создать собственное государство. Многим это казалось лучшим вариантом, чем построение единой нации из свободных белых северян, южан-рабовладельцев и черных рабов.
Линкольн и его советники не сразу решились на радикальные шаги, хотя президент назвал южан мятежниками и представил единство Союза главной ценностью, ради которой и создавалось американское государство. В конце 1862 года, всего за месяц до подписания Декларации об освобождении Линкольн предлагал южным штатам до 1900 года добровольно принять решение о запрещении рабства за компенсацию от федерального правительства и «добровольное переселение» освобожденных негров в Либерию, на Гаити или в любую другую страну, согласную их принять. В том же послании конгрессу в декабре 1862 года президент связал спасение Союза штатов с глобальной миссией американцев: «Нам уготовано либо благородно спасти, либо бесславно потерять последнюю и лучшую надежду земли»[65]. Сочувствовавших Югу северян-демократов газеты называли змеями-медянками. Отказ лидеров Союза от признания независимости универсальной ценностью привел, в частности, к тому, что правительство Линкольна не поддержало в 1863 году восставших против Российской империи поляков, а северяне в массе не выражали к ним симпатий.
Тем не менее в январе 1863 года Линкольн опубликовал Декларацию, даровавшую свободу всем рабам в мятежных штатах. (В нескольких штатах, сохранивших лояльность Вашингтону, рабов освободила только XIII поправка к конституции, принятая в 1865 году.)
Осенью того же года, отдавая дань павшим на поле самого грандиозного сражения войны — битвы под Геттисбергом, президент Линкольн произнес еще одну речь, в конце которой заверил американцев, что погибшие «пали не напрасно, что наша нация с Божьей помощью возродит свободу и что власть народа, созданная народом и существующая для народа (government of the people, by the people, for the people), не исчезнет с лица земли». Эту речь потом будут учить наизусть в школе, цитаты из нее узнает любой американец, а сто лет спустя Мартин Лютер Кинг и Джон Кеннеди включат слова Геттисбергского обращения в свои выступления.
Линкольн связал исход противостояния с судьбой свободы, которую необходимо возродить, и с демократическим устройством американского государства. Эти ценности были противопоставлены идее национальной независимости, продвигавшейся южанами, и вокруг них удалось мобилизовать Север на борьбу до победы.
На протяжении полутора веков Гражданская война 1861–1865 годов оставалась центром американской истории. Наравне с Войной за независимость она создала Соединенные Штаты, какими мы их знаем, но, в отличие от нее, закончилась компромиссом: побежденная сторона признала поражение и приняла реформы, но не была изгнана и не эмигрировала (как это произошло после Войны за независимость или позднее, после российской Гражданской войны), сохранила свои культурные особенности и даже упрочила политические, включавшие в себя, в частности, систему расовой сегрегации (законы Джима Кроу). Видимо, в силу этого компромисса американские авторы традиционно недооценивали революционную составляющую Гражданской войны[66], которая, по мнению современного историка Грегори Даунса, уничтожила «Первую Американскую республику» и создала «Вторую Республику»[67].
Национальный Молл — главная аллея столицы США. На первом плане мемориал Линкольна, посередине — монумент Вашингтона. Замыкает аллею здание Капитолия
В последующие десятилетия Гражданская война была встроена в систему исторических мифов американской нации, как мемориал Линкольна встроен в перспективу главного пространства американской столицы, Национального Молла, начинающегося от Капитолия и заканчивающегося этим мемориалом. Автор самой популярной в США книги по истории Гражданской войны Джеймс Макферсон в 1988 году назвал ее «самым освещаемым событием американской истории»[68].
Одна из основных трактовок Гражданской войны сводится к рассмотрению ее как решающего шага в создании единой нации[69]. Однако это также и событие, построившее единую нацию, но не до конца разрешившее конфликт. Более того, многое в событиях XXI века, происходящих вокруг коммеморации Гражданской войны, можно объяснить осознанием факта, что в период того конфликта афроамериканцы и другие меньшинства не были включены в американскую нацию и теперь этот конфликт теряет значение создающего нацию события.
Само название «Гражданская война» исторически вовсе не первое. Авраам Линкольн
