Земля Святого Креста. Открытие и завоевание Бразилии - Лев Юрьевич Слёзкин
О посещении Земли Святого Креста другими французскими кораблями известно мало. Установлено, что большинство из них выходило из Онфлера и Дьеппа; что наиболее предприимчивыми оказались капитаны и судовладельцы: Жан Парментье, Жан Анго и Жан Дени; что португальцы безжалостно расправлялись с попавшими в их руки французскими моряками; что лоцманами у французов нередко служили сами португальцы. С именем одного из них — Диогу Алвариш Корреа — связана старейшая бразильская легенда.
…По небу неслись черные тучи. Их то и дело пронизывали вспышки молний. Гигантские волны гнали корабль к берегу. Спасения не было. Моряки привязывали себя к обломкам мачт, судорожно хватались за все, что могло держаться на воде. Напрасно. Огромный вал легко поднял судно и обрушил на прибрежные скалы.
Спасся только один. Оглушенного, его вынесло на песчаную отмель. В сведенной руке он держал ружье. Порох, хорошо закрытый в висевшей на ремне пороховнице, не промок. Встреченные индейцы приютили его. Своему ружью Диогу Алвариш Корреа был обязан новым именем. Индейцы называли его: «Карамуру». Это означало: «Человек, изрыгающий пламя». Суеверное уважение к пришельцу из-за океана, владевшему огненной смертью, сделало его вождем племени. Он женился на «принцессе» Парагуасу.
Однажды в Бухте Всех Святых бросил якорь французский корабль Жана Дюплесси. Карамуру поспешил туда. Капитан, вняв горячей мольбе, согласился отвезти португальца в Старый Свет.
Корабль поднял паруса. Полоса воды, отделявшая его от берега, все расширялась. Волны набегали на ноги Парагуасу, пена брызгала ей в лицо. Что-то кричали соплеменники. Она ничего не замечала. «Большая крылатая лодка» уносила ее любимого мужа. Парагуасу бросилась в волны. Позади шипел и грохотал прибой. Впереди находился уже недосягаемо далекий Карамуру. Сил больше не было…
Тронутый самоотверженностью индианки, Дюплесси положил корабль в дрейф и приказал спустить шлюпку. Парагуасу подняли на палубу. Благополучно прибыли во Францию. Здесь король и королева обласкали бразильского робинзона и его прекрасную супругу, обворожившую двор. При обряде христианского бракосочетания Карамуру и Парагуасу царственные особы соблаговолили быть их посажеными родителями.
Карамуру и Парагуасу
Легенда имеет несколько вариантов. Долгое время она служила сюжетом для произведений многих бразильских писателей и поэтов. Всемирно известна эпическая поэма «Карамуру» (1781), принадлежащая перу Санта Риты Дурау (1717–1784). Среди прочих вариантов сюжета легенды существует и такой. Королевская чета поручила Карамуру основать на Земле Святого Креста французскую колонию. Он попытался выполнить поручение, но попал в плен к португальцам. Они не убили его за предательство только потому, что он без сопротивления сдал своим соотечественникам вверенные ему французские корабли. Карамуру вернулся в Бразилию, где стал посредником в делах между первыми португальскими поселенцами и индейцами.
Весьма вероятно, что ни романтическая, ни лирическая, ни политическая части легенды не основываются на достоверных фактах. Но навеяны они вполне реальными событиями: кораблекрушения у берегов Земли Святого Креста случались часто; европейцы, заброшенные в далекую страну, брали себе в жены индианок; португальско-французское соперничество стремительно нарастало; Диогу Алвариш Корреа действительно жил среди бразильских индейцев и помогал португальским поселенцам. Словом, бразильская легенда о Карамуру сродни всем прочим народным легендам, где вымысел и правда сливаются, чтобы стать символами истории народа.
Теперь вернемся к вопросу о французско-португальском соперничестве. Французские «джентльмены удачи» перехватывали корабли, идущие в Индию и к Земле Святого Креста. Жалобы Мануэла I французскому королю Людовику XII не оказывали воздействия. Французский корсар Мандрагон терроризировал португальскую морскую торговлю в Атлантическом океане. Против него пришлось направить португальский флот под командованием Дуарти Пашеку Перейры. 18 января 1509 г. он настиг корабли Мандрагона. Страсти еще не были слишком накалены. Плененного Мандрагона позже отпустили из Лиссабона. Он поклялся никогда больше не нападать на португальские суда.
Однако во Франции не один Мандрагон промышлял грабежом в заморских владениях Португалии. В Париже к этому роду занятий относились весьма снисходительно и негласно поощряли его. Жоау III пытался пресечь это, используя дипломатические каналы. Он взывал к «святости» папских предписаний, ссылался на Тордесильясский договор. Французский двор отзывался полным пониманием, но все продолжалось по-старому. Король Франции, Франциск I, заявил однажды: «Мне было бы весьма интересно взглянуть на тот пункт завещания нашего прародителя Адама, в силу которого мне и моим подданным запрещены плавания к берегам Нового Света. Если запрещение действительно существует, я готов подчиниться ему»{35}.
В Лиссабоне не оценили иронии. Португальский флот получил приказ уничтожать все французские суда, следующие к Земле Святого Креста. В Атлантике стало как будто спокойнее. Но до португальского двора дошли сведения о подготовке во Франции санкционируемой правительством специальной экспедиции в Бразилию во главе со знаменитым флорентийским моряком Джиованни Веррацани и его братом Джироламо, состоявшими на французской службе. Из Лиссабона в Париж приехал посол Феррейра да Сильвейра с заданием предотвратить выход экспедиции. 25 апреля 1523 г. он уведомил своего короля о том, что «добился наложения запрета на путешествие флорентийца»{36}.
Веррацани уплыли во Флориду и вернулись оттуда только в 1524 г. В 1525 г. Франциск I потерпел поражение в войне с Испанией и попал в плен. На некоторое время были сорваны попытки французского правительства оказывать более или менее явное покровительство своим искателям приключений и купцам, отправлявшимся к Земле Святого Креста. Против этих попыток энергично действовал влиятельный во французской столице португалец Диогу де Гувейа, настоятель Коллегии Св. Барбары в Париже и преподаватель университета в Бордо. Одновременно он являлся доверенным лицом, советчиком и агентом португальского короля. Воспользовавшись пленением Франциска I, Диогу де Гувейа пытался даже переманить братьев Веррацани на португальскую службу. Это ему не удалось. И пока он интриговал в Париже, портовая книга Гавра в мае 1525 г. пополнилась записью, которая осталась ему неизвестной, «о маленьком корабле, отправляющемся в Бразилию» и снаряженном на средства вице-адмирала французского флота Ле Руа де Шийю{37}. Однако Диогу де Гувейа точно установил, что французский судовладелец Анго и Веррацани создали ¡в 1526 г. торговую компанию для добычи бразильского
