Звонкие чувства - Зина Кузнецова
– Автобус! – снова крикнула Роза.
В этот раз Люся решила не пропускать и, кинув «пока», убежала.
Они продолжили свой путь вдвоем, уже не касаясь предыдущей темы разговора и доверительно рассуждая о своих планах на будущее.
8
За окном от ноябрьского ветра покачивались спящие березы.
Урок в языковом центре шел уже полчаса, а Роза была какой-то рассеянной. Такой несобранной и неловкой она никогда еще себя не чувствовала. Как только они с Люсей вошли в класс, учитель спросил:
– Здравствуйте, девочки. Роза, как твой speaking? Чувствуешь прогресс?
Так как до начала занятия оставалось еще около пятнадцати минут, Роза подошла к Артему Александровичу, чтобы пересказать последний прочитанный рассказ. Потом, вернувшись к своей парте, она была уже совершенно сама не своя. Какой у учителя был серьезный, замечательный, добрый взгляд!.. Раньше она не замечала. Нет, замечала, конечно, просто сейчас она увидела это как-то иначе… Как-то… Роза покачала головой и посмотрела в окно. Как тихо. Даже машины почему-то не ездили. А внутри у Розы было непонятное беспокойство, и куда от него сбежать – неясно. От мысли, что через неделю она больше не будет учиться в языковом центре, ее беспокойство усиливалось и становилось каким-то болезненным.
Объяснив тему, Артем Александрович попросил учеников написать несколько предложений, используя новую грамматическую конструкцию, и начал останавливаться около парты каждого, чтобы проверить написанное. Когда он наклонился над Розой, чтобы посмотреть, какие предложения составила она, ей показалось, что мучительнее момента она в жизни еще не переживала.
Сразу после урока она стала еще задумчивей и даже расстроилась, что Митя всегда провожал ее до дома: сегодня хотелось поразмышлять. Но придумать предлог, чтобы он не ждал ее, ей не удалось, да и глупо это: им по пути, не может же она просто идти позади и прятаться от него за стены многоэтажек.
– Я завтра себе буду наушники покупать, – сказал Митя.
Роза усилием воли заставила себя обратить внимание на его слова. Несколько секунд она пыталась осмыслить, что он сказал, а потом спросила:
– Какие купишь?
– Айрподсы, конечно. У них звук очень крутой! Я у брата брал послушать.
– Супер.
– Я так рад! Ты не представляешь! Я все лето у папы в ресторане официантом подрабатывал, чтобы их купить.
Роза удивилась. Все в этой фразе казалось ей парадоксальным. У Митиного папы свой ресторан, а тот не получает дорогую игрушку просто так, просто потому что его семья может себе это позволить?
Когда они подошли к подъезду, Роза не стала поворачиваться к Мите, чтобы он не задерживал ее разговорами. Сегодня это было бы невыносимо.
– Ну ладно, до завтра, – быстро сказала она.
– У брата свадьба завтра, я не приду на урок. Я тебе говорил уже, – добавил он совершенно спокойно, но Розе стало стыдно.
Она всегда слушала его вполуха и то, что он говорил, выбрасывала из головы мгновенно. Но все-таки обижать его пренебрежением она не хотела, поэтому соврала:
– Я помню, просто забыла совсем, что завтра уже пятница.
Повисло молчание.
Роза думала о том, как уйти, постоянно смотрела на входную дверь или в небо.
– Ну-у, пока? – наконец сказала она, потеряв терпение.
Митя кивнул и грустно улыбнулся. Роза хоть и заметила это, не нашла в себе сил исправить ситуацию и забежала в подъезд, даже не помахав на прощание.
9
Роза неотрывно смотрела на учителя английского и терялась в своих мыслях, когда за окном вдруг пошел снег. Огромные первые белые хлопья, которые кто-то сыпал с хмурого неба.
Роза коснулась Митиной руки:
– Смотри! Красиво! – шепнула она.
Он не сразу посмотрел на окно, сначала задумчиво, как будто тоже весь урок терялся в своих мыслях, оглядел Розино лицо.
После того как преподаватель всех отпустил, она подошла к нему, чтобы привычно пересказать сюжет прочитанного рассказа, и испытывала мучительное, греющее щеки волнение все те бесконечные пятнадцать минут. Английский ее из-за смущения страдал не меньше, чем ее сердце.
– Как-то ты сегодня неуверенно говорила, Роза, – сказал учитель, глядя ей в глаза. – Лексика сложноватая была в рассказе?
– Да! – с радостью согласилась она, и, выслушав советы по работе со сложными словами, попрощалась и поспешила выйти из кабинета.
Люся уже ушла. В коридоре остался только Митя, которому что-то тихо говорила его мама. Не желая прерывать их разговор, Роза обмотала голову платком, не потрудившись собрать волосы, и теперь они торчали в беспорядке и лезли в рот и глаза. Затем натянула пальто. Дверь их кабинета хлопнула. Роза обернулась. Это учитель вышел в коридор.
– До свидания, – сказала Роза шепотом. Зачем она это сделала? Ведь они уже прощались…
Учитель улыбнулся, хотя и немного растерянно:
– До свидания, Роза.
Как только он прошел мимо, она быстро посмотрела на себя в экране телефона и стала убирать растрепанные волосы под платок. Ну почему! Почему она так плохо выглядела!
– Ну что, идем? – рядом с ней остановился Митя.
– Да, да, идем…
На улице, под белыми хлопьями, Роза на миг забыла про все, что случилось под крышей языкового центра, и подставила лицо снегу.
– И не холодно тебе без шапки? – спросил Митя.
– В платке нормально. Я не ношу шапки.
– Совсем?
– Стараюсь.
– А если будет минус двадцать?
– В теплом платке нормально.
– А если минус тридцать?
– Тогда надеваю шапку.
Замолчав, несколько десятков метров они прошли, задрав головы к небу и ловя снежинки лицом, а потом Митя снова заговорил:
– Ты сегодня какая-то задумчивая.
– Считаешь? Ты тоже.
– Я? – он как будто смутился. – Нет, я нормально. А ты да.
– Устала просто, – ответила Роза.
– Понятно…
И снова замолчали. А через минуту:
– А ты Новый год любишь?
Роза вдохнула морозный воздух и все-таки разлепила губы, чтобы ответить:
– Люблю.
– А как вы его празднуете?
– С мамой и дядей Вилей. Салатики, фильмы. Ничего особенного, но мне нравится.
– Дядя Виля— это имя такое?
– Ну, дядя, – Роза приподняла бровь и посмотрела на Митю, – это как бы обозначение родственных связей. А Виля – это сокращенно от Владимира. Просто в детстве я не выговаривала буквы, вот и получилось Виля. Он ипохондрик и при этом врач. Вот такой вот анекдот.
Митя больше ничего не спрашивал. Роза, вдруг усмирив свою замкнутость, подумала, что он, в силу своего возраста, может не знать значение слова «ипохондрик», и даже подумывала объяснить, но отбросила эту мысль. Если не спросил, значит, объяснение ему не нужно. Наверно, погуглит дома, чтобы не падать в ее глазах.
Неспешно они доплелись до аптеки.
– Давай зайдем, – сказал
