Сойер - Джессика Питерсон

Само собой, для нас с Авой это настоящее блаженство.

А еще мы много трахаемся.

Очень-очень много. Никогда бы не подумал, что так будет с двумя маленькими детьми в доме, но наша (намного) уменьшенная версия семейки Брейди сыграла нам только на руку. Девочки играют и взрослые тоже. Мы с Авой стали настоящими мастерами быстро ускользать ради короткого свидания.

Пока девочки катаются на самокатах по подъездной дорожке, мы с Авой развлекаемся на заднем сиденье моего припаркованного пикапа.

Пока девочки после купания смотрят мультики, мы с Авой устраиваем себе весёлые моменты в нашем шкафу.

А моё любимое — утро: девочки часто играют вместе в своей комнате, прежде чем спуститься вниз, и у нас с Авой как раз хватает времени на горячий, медленный утренний секс, который наполняет меня счастьем так, как я раньше даже представить не мог.

Я могу справиться с любой бедой, выдержать любую детскую истерику — если у меня есть моя ежедневная доза Авы.

— Начнём, — говорит она, разделяя волосы Джуни пальцами. — Разделяем волосы на две равные части, ровно посередине. Вот так. Не обязательно идеально.

Я осторожен, следую её указаниям.

— Так нормально, Элла?

— Да, папочка. Я так рада, что у меня будут косички! Мисс Шерман подумает, что мы с Джуни — принцессы-близняшки.

Ава смеётся.

— Звучит весело. Ладно, теперь начинаем плести. Каждая из этих частей станет отдельной косичкой. Сейчас делим вот эту левую секцию на три пряди… Да, умничка, милый.

У меня сжимается грудь от этого слова. Я всегда был немного мягким, так что, конечно, мне приятно, когда Ава особенно нежна со мной.

Как и самому быть особенно нежным с ней.

— Ты спешишь с выводами, — отвечаю я. — Я ещё даже не начал.

Ава выпрямляется.

— Тогда поехали. Берёшь первую прядь, самую левую, и перекидываешь её через среднюю… Нет, среднюю. Другую среднюю.

— Вот так? — Мои пальцы кажутся громоздкими и неуклюжими, пока я пытаюсь повторить за Авой. — Как у тебя это так легко выходит?

— Потому что я эксперт, — спокойно отвечает Ава. — А теперь попробуй снова. Вот так, правильно. Отлично. Теперь возьми правую прядь и перекинь её… нет, правую вот с этой стороны. — Она наклоняется и показывает, какой именно пучок волос мне нужно взять.

Элла вздыхает.

— Папочка, у тебя совсем не получается.

— Ни у кого не получается с первого раза, когда они только учатся, — говорит Ава, бросив на меня взгляд с тёплой улыбкой в уголках глаз. — Нужно быть терпеливыми к себе. Упорство — это главное.

— Она права, — мрачно говорю я. — Я просто не привык быть настолько плох в чём-то.

Ава подталкивает меня локтем.

— Все с чего-то начинают. Ладно, возвращаемся к косичке. Эту прядь перекидываем через соседнюю, вот так. Да! Да, отлично, у тебя получается.

Понадобилось несколько попыток и больше почти-вырвавшихся ругательств, чем я могу сосчитать, но в конце концов моя дочка с гордостью перекидывает через плечи пару кривоватых косичек. Подбежав к зеркалу, она радостно визжит:

— Папочка, ты сделал это!

Я наклоняюсь к Аве и шепчу:

— Слава Богу, она не замечает, какие они кривые.

— Зато сделаны с любовью, — отвечает Ава, целуя меня в губы. — Горжусь тобой, милый.

Когда мы приводим девочек в школу, они берутся за руки и буквально вприпрыжку вбегают в класс. Я смотрю им вслед, и у меня перехватывает горло.

— Оу, — Ава проводит рукой по моей спине. — Всё в порядке, великан?

Я смахиваю пальцем слёзы с щёк.

— Ага. Просто позволяю себе чувствовать — как наши дочки нас научили. Знаешь, была минута, когда я думал, что у Эллы никогда не будет ни братьев, ни сестёр. А теперь у неё есть лучшая подруга прямо в доме.

— Сестрёнки от разных пап.

Я улыбаюсь и притягиваю Аву к себе в объятия.

— Счастлива? — спрашиваю я.

— Очень, — шепчет она. — Но я была бы ещё счастливее, если бы ты пошёл со мной в душ, когда мы вернёмся домой.

Уголки моих губ поднимаются.

— Мне надо на работу.

— Я быстро.

— Очень на это надеюсь.

Ава стягивает с себя футболку ещё до того, как мы переступаем порог. Я подбираюсь к ней сзади и скольжу рукой по её обнажённой груди. Она тихо смеётся, и смех тут же превращается в стон, когда я беру её сосок между пальцами и слегка тяну.

— Привет, красавица, — шепчу я ей в шею.

— Раздевайся, — выдыхает она. — Сейчас же.

— Есть, мэм.

Я быстро скидываю одежду и иду за ней в ванную. Ава любит горячую воду, и пар моментально заполняет помещение, когда она встаёт под струи душа. Я замираю на мгновение, наблюдая, как она запрокидывает голову, давая воде промочить волосы.

Она чертовски красивая. Прямая осанка. Упругая грудь. Маленький треугольник кудрявых волос между ног.

Я захожу к ней, наклоняюсь и беру её сосок в рот. Её дыхание сбивается. Она улыбается:

— Привет.

— Привет.

— Можно я тебя намылю?

— Очень даже можно.

Я выдавливаю гель для душа на ладони и принимаюсь за дело. Намыливаю её гладкую, мягкую кожу, скользя руками всё ниже. Она тёплая на ощупь, её бёдра уже начинают двигаться в такт моим прикосновениям, когда я накрываю большим пальцем её клитор.

Я заставляю ее кончить таким образом. Одна рука на ее киске, другая на сиськах. Я играю с ее клитором и соском, координируя свои пальцы так, чтобы они работали в тандеме, доводя ее до оргазма.

К тому времени, как она запрокидывает голову и выкрикивает мое имя, я уже чертовски возбужден и умираю от желания оказаться внутри нее. Но тут я замечаю, что ее грудь все еще покрыта блестящей пеной.

Меня осеняет идея.

— Помнишь, я говорил, что хочу оттрахать тебя везде?

Ава смотрит на меня полуприкрытыми глазами.

— Когда мы были в отеле в Остине? Такое не забывается.

Я обхватываю её грудь ладонями.

— Как насчет этого?

— Хорошо, — отвечает она с ленивой, удовлетворенной улыбкой.

Затем она забирается на встроенную в душевую кабину скамеечку, выложенную плиткой. Ава становится на колени. Она сжимает мой член в кулаке и берет в рот кончик моего члена, сочащийся предэкулятом. Ава выгибает спину так, что её сиськи приподнимаются. В последний раз крепко пососав меня, она прижимает мой член к себе так, что я оказываюсь между её грудей.

Она сводит их вместе и поднимает взгляд на меня.

— Мне хорошо. А тебе?

Я едва сдерживаю стон. Её кожа тёплая и мягкая, создавая нежную впадинку, в которую я начинаю медленно скользить. Сначала медленно, несмотря на то, что мне