Не целуй меня - Лана Ирис

Сабина вот не впечатлилась ни одним моим словом. «Какой еще дед? Угрозы? Нас таким не сломить! Не будь трусихой! Любишь? Борись! Даже если мир будет против!» — сказала мне. Но тогда я считала, что приняла верное решение. Оставила свою семью, перестала с ними общаться, чтобы этот властный старик их не трогал. Поступила в университет в другом городе. Знала, что у них все хорошо, но связь практически не поддерживала, несмотря на их тщетные попытки. Ради их же безопасности.

Какое-то время я старалась вспоминать о наших с Артуром отношениях только плохое. Постоянно перебирала в голове ссоры, обиды, и ту разрушающую вражду.

Мне было так легче. Только так я могла оставить нашу любовь в покое. Отступить и продолжить жить дальше. Двигаться вперед.

Однако, это был самообман.

Как бы я не старалась не скучать по нему, скучала безумно. Мучительно было. Больно. А еще напрягало дикое внутреннее ощущение, что топчусь на одном месте.

Однажды снизошло откровение. Буду с ним. Даже если мир будет против? Да!

Только, все не так просто оказалось. Мир действительно против нас?

Точнее этот ужасный желтоглазый «властитель мира». Все попытки встретиться с Артуром ни к чему не приводили. Как искать встречи с человеком, когда сама прячешься от стаи кровожадных волков? Меня постоянно сторожили. Учиться нормально так и не дали. Все нервы мне вытрепали. Пришлось бросить университет… Убежать. Исчезнуть.

А еще… Отпустить свою первую любовь.

Я прилетела в этот город на самолете. Хочу увидеться с Динкой. Почти два года назад, когда я здесь была, стояло лето. И да. Я снова чувствую этот привкус ягод на губах. Хотя сейчас на дворе весна.

Снег еще не до конца растаял. Слякотно. Но ветер, как я уже и сказала, очень теплый.

Бреду по набережной. Кручу пуговичку на пальто. Огромная река мерцает под солнцем, в некоторых местах прячась под массивными кусками сияющего льда.

А где подруга? Договорились встретиться ровно в десять.

— Привет! — подбегает со спины. Глаза мне перекрывает теплыми ладошками. В голосе радость. — Извини, что опоздала! Кое-что важное решить нужно было!

— Привет, — улыбаюсь я, пока она обнимает меня. — У нас час!

Динка закатывает глаза.

— Да брось!

— Ты не понимаешь, — откидываю тяжелую копну волос за спину, они очень выросли за этот год. — Это ради твоей же безопасности. Я здесь вообще не должна быть!

— Угу, — подтупливает взгляд. — Пойдем, погуляем? На площади много палаток со всякими безделушками.

Гуляем по торговым рядам. Тараторим без остановки. Динка хвастается помолвочным колечком, требует, чтобы я приехала на свадьбу и плевать ей на безопасность. Я очень рада за подругу, но вряд ли явлюсь. Покупаем какао и сладкую вату. Все время осматриваюсь. А не следят ли за мной как обычно? Но никого нет. Уже третий месяц никого нет. Я спокойно работала на новом месте и не видела их. Странно…

Уже давно Артура не вспоминала. Точнее — старалась не вспоминать. Не следила в соцсетях, вообще удалилась отовсюду. Сменила номер телефона. Затаилась. Заглушала мысли о нем.

Наверное, он уже сам обо мне совсем забыл. Сколько городов и мест работы я за это время сменила? Официантка, флорист, сиделка… Слуги этого желтоглазого человека всегда следили за мной, находились по близости, мозолили мне глаза своими черными строгими костюмами. А тут внезапно прекратили. Думаю, это потому что мой Артур сдался. Смирился. Не быть нам вместе. Я не в обиде. «Как можно идти против целого мира?» Надеюсь, он счастлив…

Проходит час.

— Мне пора, — обнимаю Динку, но та вырывается.

— Погоди еще немного!

Все пытается меня удержать. Почему-то нервно посматривает на часы.

— Но у меня самолет.

— Оставайся! Пожалуйста!

Так достает своими уговорами, что приходится обманом сбежать. Пока она заинтересованно выбирает для меня подарочные магнитики, я возвращаюсь к мосту. Еще немного и могу опоздать на рейс.

Быстро иду. На душе скребут кошки. И слева в груди болит. Сильно болит.

В прошлый раз летом, я потеряла здесь свой браслет с талисманом. Интересно, а у Артура его еще остался?

Ой… Огромная птица под названием сердце так бьет по ребру, будто ток по нему проходит. Это загнанные чувства на волю стремятся.

В голове мелькает его образ.

И меня накрывает. Позволяю себе думать о нем. Думаю о нас.

Только хорошее.

Улыбаюсь, вспомнив, как каждые выходные приносил мне пончики из нашей любимой пекарни. У них были невероятные сиропы собственного производства. Сначала он все таскал с карамельным, но однажды принес с ягодным.

В то раннее утро я стояла сонная у окна, на улице огромными хлопьями валил снег, на подоконнике томилась чашка с горячим парящим чаем. Артур зашел в квартиру замерзший, от него веяло стужей: «Малышка, меня уговорили попробовать новый. Сказали, это самый вкусный!»

Я подбежала к столу, как сейчас помню, в пижаме со снеговиком, с лохматым пучком на голове, открыв контейнер, макнула пончик в ягодный сироп…

— Ммм… — застонала от наслаждения. Знакомый вкус… Такой знакомый… До сладкой боли… Так бывает?

Лето. Лес. Ягодные ароматные ладошки. Счастье.

От наслаждения я прикрыла глаза и застонала, проведя по рту пальчиками. Внезапно Артур подошел и поцеловал меня. Вот прямо так, бесстыдно. По-взрослому. По-мужски. Его холодные после морозной улицы губы впечатались в мои засахаренные. Язык порочно коснулся моего языка. Я засмеялась и попыталась его оттолкнуть. Но он только крепче прижимался. Нас накрывало страстью. Зимним волшебством.

И вкус этот… Ягодный… Летний. Невероятный контраст.

Зима? Лето?

— Зима! — вздрагиваю. Открываю зажмуренные глаза. Поворачиваю голову и удивленно хлопаю ресницами. — Тьфу! Где это видано! Через неделю должно быть лето! А у нас зима! — пожилой мужчина елозит по мокрому асфальту длинной палкой. — Река никак не оттает! Холодина!

Смеюсь. У него огромный черный балахон, модные кеды, длинная белая борода и мудрые глаза. Он похож на деда мороза. Только вот ругается больно уж отчаянно.

— А, по-моему, тепло! Солнце светит! Летом пахнет! Ветер южный!

— Дитячка! Ты что, с луны свалилась⁈ Да какой же это южный? Вот не удивлюсь, если снег прямо сейчас пойдет!

— А вы взмахните своим посохом, может и пойдет! — пошутила я.

Старик глянул на меня как на идиотку, но все же его губы дернулись в насмешливой улыбке. Пожал плачами и стукнул своей палкой по земле. А потом дальше побрел, чуть прихрамывая и ворча.

Я тоже отправилась дальше. Правда, в противоположную от него сторону. К мосту.

Прямо под навесом играли дети. Я засмотрелась. Мальчишка, свисая с перекладины моста, пускал