Дед Мороз с кубиками - Ольга Абрикосова
— Маша-растеряша, — буркнул Денис. — Так бы и оставила в баре.
Она сморщилась. Воспитывать он её ещё будет. Так в этом клубе — все хамы. И нарциссы.
Евстигнеев сел за руль и завел двигатель.
— Куда едем, Мария Николаевна?
— Циолковского, 7, — пробормотала Маша, прижимая пальцы к виску. Голова не то чтобы болела, но была тяжелой.
— А тебе пакетик дать? — обеспокоено спросил Денис, выезжая с парковки.
— Не надо, — фыркнула Маша. — И можешь оставить свои намеки при себе. Я — вполне трезвая. Ну, не для руля, конечно, но вполне…
— Угу, — с явным сомнением протянул парень. — Опытная в этом деле.
Маша закатила глаза, игнорируя явный намек. Как-то Денис уже стал утомлять. Он не тупой, конечно, но душный. И спесивый. И его менторский тон — бесит.
Евстигнеев включил легкую музыку и молча вел машину. Маша окончательно развалилась в очень удобном кресле, и ощутила, как уходит напряжение из плеч. Вот когда он загадочно молчит — просто идеальный! Она украдкой подглядывала за своим невольным водителем. И профиль у него красивый. Такой большой острый нос с легкой горбинкой. И такие большие руки! Руль в них, как игрушечный!
А вот говорят, у кого большой нос и большие руки… Маша слегка заерзала на сиденье, чувствуя тепло в теле, явно, не связанное с алкоголем.
— Точно пакетик не нужен? — раздался голос Дениса, и Маша поймала обеспокоенный взгляд.
— Точно, — фыркнула она и отвернулась.
Доехали до Машиного дома, и он остановился на гостевом месте.
— Спасибо, что довез, — быстро сказала она, не глядя на парня, и взялась за ручку двери.
— Давай до квартиры доведу, — вдруг сказал Денис. — А то реально поздно уже. Вдруг кто-то привяжется к тебе.
— Смеешься, что ли? — Маша ощутила, как округляются её глаза.
— Ну, тут дом такой, — легкая тень презрения пробежала в синих глазах.
— Обычный дом, — обиженно заявила девушка. — А ты во дворце живешь?
— Ну так… — туманно ответил он. — Давай доведу, раз привез.
— Ладно, — бросила она и вышла из машины.
Они поднялись в лифте на восемнадцатый этаж и вышли на площадку.
Маша исподлобья посмотрела на парня. И увидела только подбородок. Пришлось поднять голову выше. Денис молча смотрел на неё сверху вниз и показался ей удивительно красивым. И вот сейчас он развернется и уйдет. А потом она получит свои деньги за абонемент и всё… никогда его больше не увидит. Сердце сдавило, будто тисками.
— А может зайдешь? Чай попьешь? У меня есть вкусный чай, — пролепетала она, набравшись храбрости и готовая к отказу. Нахрен ему её чай. Ему только положительный отзыв был нужен. И он его, можно сказать, получил за омлет и сет шотов.
— Давай, — неожиданно согласился он.
Вздрогнув от неожиданности, Маша быстро открыла дверь.
— Заходи.
Они зашли узкую прихожую, и девушка от души порадовалась, что всё же не поехала год назад на Мальдивы, а сделала ремонт в кредит. Хоть не так стыдно гостей звать.
— А это, кстати, моя квартира. Не снимаю, — сказала она, снимая пуховик. А пусть знает, что она — серьезная девушка с имуществом.
— Круто, — фыркнул он, раздеваясь и снимая кроссовки.
В прихожей стало ощутимо теснее. Всё же Денис реально занимал много места!
Они прошли на кухню, и парень устроился на желтом диванчике, с трудом разместив ноги под белым столом. Маша поставила чайник и достала кружки.
— У тебя очень мило, — сказал он. — Все такое маленькое, как игрушечное. Как кукольный домик. Или домик для кошки.
— Я, смотрю, ты к другим масштабам привык, — передернула плечами Маша. Не-е, Евстигнеев милый только, когда молчит. Надо ему скорее чай заварить!
— Ну да, есть такое, — послышался тихий смешок. — У меня кошка есть. У неё большой домик. Тоже милый.
— Кошка? — хмыкнула Маша, наливая кипяток в заварочный чайник. — Никогда бы не подумала, что ты кошатник.
— С кошками проще, — Денис разглядывал рисунок на большой чашке, которая казалась довольно маленькой в его руках. — Собаки требуют слишком много внимания и слишком преданы. Уходишь на работу и чувствуешь себя подонком. А кошке — пофиг. Хотя Муся меня иногда встречает.
— Муся?! — рука Маши чуть дрогнула и пара капель чая попала на стол. — Это же производное от «Маши» имя?
— Типа того, — согласился Денис и вытер капли бумажной салфеткой из салфетницы. — Она мне очень дорога. А ты садись.
Девушка села рядом, чувствуя легкую дрожь по спине от близости мужчины. И неловкость, будто это она в гостях, а не наоборот. Он же удивительно расслабленно себя вел, словно хозяин дома. Очень самоуверенный тип. И развел её в клубе в два счета.
Маша нахмурилась и ощутила, как скривились губы. Как-то за всем этим она и забыла, что обиделась за тот фокус с фото. Вся эта неловкость, внезапное влечение — как будто он специально пытается отвлечь ее… Нет, она не позволит себя одурачить!
— А что ты меня тогда выбрал на фото «ДО»? Я там самая стремная была на тот момент? — спросила она, кусая губы от обиды. Злость клокотала в груди, но ей хотелось прикоснуться к нему, убедиться, что он — настоящий.
Денис сделал глоток чаю и чуть приподнял уголки губ:
— Отчасти случайность. Ты просто очень похожа на Инессу. Я решил, что будет прикольно. Многие подумают, что это один человек.
— Ну да. Я — паршивая жирная копия, — в глазах защипало, и Маша потерла ребром ладони глаз. Наверняка, тушь смажется. Пофиг!
— Ты не жирная, — Денис поставил чашку на стол, и Маша вдруг вновь ощутила тяжелую руку не своих плечах.
Он прижал её к себе и добавил:
— Твой вес, в принципе, в норме. Уж я жирных много вижу. Есть над чем работать, но я бы начал с тяги к алкоголю. Это кажется бОльшей проблемой, чем несколько килограмм.
— Нет у меня никакой тяги к алкоголю! — прошипела Маша и развернулась лицом к мужчине.
Она уперлась ладонью в его грудь и ощутила плотные мышцы под тканью толстовки. И еще биение сердца. Причем довольно частое.
— Ну да, — кивнул он и перехватил её запястья своими ладонями. И они просто потерялись в его руках!
Он взял её руку и поцеловал запястье.
— Ты выглядишь довольно трезвой. И это хорошо, — продолжил Денис, глядя прямо ей в глаза.
Маша завороженно посмотрела в потемневшие глаза парня. В них читалось что-то такое… хищное, что ли? И почувствовала его ладонь на талии. Судорожно втянула живот. От его прикосновения по спине пробежали мурашки. И хотя это было приятно, стало
