Арабские каникулы - Галя Шенец
Впервые в жизни, глядя на этот чужой праздник у Амирхана защемило сердце. Отчаянно захотелось ребёнка, чтобы Тис подарила ему эту радость. Мужчина тут же разозлился на себя за то, что позволил себе глупые мечты. За столом уже во всю кричали поздравления, разливали вино, официантка не успевала приносить здоровенные кружки пива.
— Тис, ты так и не рассказала про свою поездку в Эмираты.
— Седой, особо не чего рассказывать.
— Не скажи, маленькая лгунья. Ты там очень долго была.
На это доброе обращенье, девушка засмеялась.
— Я тебя искал с собаками. Понимал, что не просто так ты пропала, и наверняка что-то случилось. У меня был настоящий шок, когда узнал, что ты в тюрьме.
После такого заявления, Тис на какое-то мгновение зависла, немного погодя вздохнула и спросила:
— Откуда ты узнал? Я из твоих парней никому об этом не рассказывала.
— Я тут землю рыл. Мой друг, если по секрету, взломал ради тебя кое-какую базу данных в Эмиратах. Ещё и помощник Павла Ильича подсобил. Есть у него один крутой компьютерщик, ты о нём наверняка слышала.
— Мать твою, вы с ума сошли что ли? Прекрасно же знаешь, чем могло всё это закончиться.
— Я-то знаю, но тебя нужно было найти. Ты как сквозь землю провалилась. То, что была типа в гостях у какого-то араба, мы вычислили быстро, но потом пропала и мы упёрлись в тупик, ни каких следов. Так что мы тебя искали методом простого тыка, предполагая где вообще можно искать человека. И нашли же. Не представляешь, меня чуть кондрат не хватил, когда выяснилось, что ты в тюрьме. Знаешь, Тис, всё время мучает один вопрос.
— И какой? — улыбнулась девушка.
— Почему тот араб, вроде у вас с ним, как я понял, всё было серьёзно, не помог тебе, не вытащил?
Амирхан замер, а Тис сцепила руки в замок и нахмурилась.
Глава 57
— Знаешь, Седой, меня это тоже очень сильно волновало. Я всё то время именно на него и надеялась, эта слепая вера помогала мне жить или правильнее сказать выживать там. А когда ему всё рассказала и о его охране и служанках, он мне не поверил, а может просто сделал вид. Поэтому если сложить два плюс два, то напрашивается один вывод, что он сам меня туда отправил. А чтобы не светиться очень вовремя уехал по делам бизнеса. В глазах Тис появились слёзы, но только блеснули и исчезли, а девушка улыбнулась.
— Плохо, что ты влюбилась в этого араба, — вздохнул мужчина.
— Нет, ты ошибаешься. С чего ты взял?
— Я знаю тебя много лет. Ты не впускала ни в свою жизнь, ни тем более в свою душу ни одного мужика. Они для тебя не существовали в природе. Никогда не плакала, я грешным делом думал, что ты вообще этого не умеешь. Но из Эмиратов ты вернулась другой. До этого ты была солдатом, а сейчас ты ещё и девчонка и глаза у тебя на мокром месте, как только про этого араба заходит речь.
— Всё, Седой, не лезь в душу. Будем считать, что не было никакого араба. Вы тут давайте празднуйте, а я побежала ещё есть дела, оставлю вашу мужскую компанию.
Тис попрощалась и пошла на выход. Сделав всего несколько шагов, остановилась, а потом медленно, очень медленно обернулась. Она явно была чем-то потрясена. Встретившись взглядом с Седым, долго не отрывала от него глаз, спустя несколько минут задумчиво произнесла:
— Ведь это ты.
Мужчина молчал.
— Это ты Седой! Я только что это поняла. Это точно ты.
Тис взволнованно быстро задышала. Давно она не чувствовала такого волнения, разрывающего в клочья душу.
— Седой, это ты вытащил меня из тюрьмы. Я думала, что мне повезло, что замок не защёлкнули в машине, что охранник даже не смотрел на меня. А это ты. Это всё сделал ты. Не знаю каким образом, но это ты вытащил меня из того ада. Почему всё время молчал?
Рванувшись, она кинулась к мужчине с абсолютно седыми волосами и обняла за шею. А он, крепко обняв её в ответ, зашептал, склонившись над ней:
— Дочка, я не мог оставить тебя там. Помнишь же наше: «Своих не бросаем».
— И та поездка, к тому большому начальнику, она тоже была неспроста. Я права?
— Ты всегда была умницей. Конечно, права. Твой Павел Ильич, хоть и просил тебе ничего не говорить, но он столько денег им отвалил. Что если бы ты не выпрыгнула из машины, на что был расчёт, то они бы тебя сами выбросили из неё. Охранник, который сидел с тобой в машине, должен был всунуть тебе в руки телефон и наши бы люди тебя по нему отыскали. Никто не мог представить, что в том состоянии, что ты была, у тебя хватит сил вырубить мужика и рвануть на свободу без телефона, просчитались мы со светофорами.
Они долго стояли обнявшись. Седой, гладил Тис по спине, успокаивая, как маленькую девочку.
Видео закончилось. Амирхан прокручивал в уме слова Тис о том, что она винит именно его во всём произошедшем. Он задумался, почему всё это спустил на тормозах, почему не стал разбираться, ведь понял, что отец забрал подарок, значит был в то утро в его доме. «А если не только подарок?». Те факты, о которых ему сказала сама Тис, явно наталкивали на определённые выводы. Один лишь отец мог приказать Фирюзе и служанке что-то сделать, как и охране. Больно было думать, что Карим предал его.
Первым делом вызвал Фирюзу. Под его пристальным взглядом старуха начала нервничать.
— Фирюза, я знаю тебя всю жизнь. Всегда считал тебя мудрой женщиной. Как же так получилось, что ты предала меня?
Упав на колени, женщина зарыдала:
— Амирхан, сынок, я не предавала. Никогда бы не смогла предать.
— Вот как? Разве ты не видела, как я люблю русскую девчонку?
— Я хотела, чтобы ты женился на достойной девушке, чтобы был счастлив.
Амирхан, устало поднялся и обошёл стол, встав перед Фирюзой.
— Скажи, ты считаешь, что сейчас я счастлив? — спросил с горечью в голосе.
Низко склонив