Рей и Рита. Прости меня, моя любовь - Татьяна Никандрова
– Да-да, конечно, – киваю я, намереваясь наконец отодрать свой взгляд от целующейся пары.
Однако в самую последнюю секунду эти двое расцепляются, и парень поворачивается ко мне анфас. Несколько раз удивленно моргаю, а затем натягиваю на лицо приветственную улыбку, ведь мой старый знакомый смотрит прямо на меня.
Антон Пеплов отвечает мне коротким кивком и, обхватив ладонь своей девушки, движется к лестнице, у перил которой я стою.
– Ты чего застыла? – слуха касается недовольный голос приятельницы.
– Мир, ты иди, а я чуть позже присоединюсь, – стараясь не упускать приближающегося Пеплова из поля зрения, говорю я. – Однокурсника встретила.
– Ладно, – жмет плечами Самойлова и грациозной походкой направляется на танцпол.
Тем временем Антон со своей спутницей наконец продираются через толпу веселящейся молодежи и подходят ко мне. Я не видела Пеплова с тех пор, как мы пересекались в доме у Реймана, и за эти месяцы парень опять похорошел. Элегантные брюки, безукоризненно гладкая рубашка, обтягивающая широкие рельефные плечи, и все тот же суровый, пробирающий до мурашек взгляд черных глаз – я не могу не признать, что выглядит он потрясающе.
Перевожу взор на спутницу Антона, и первое, на что обращаю внимание, – это ее юный возраст. Девушка кажется очень молоденькой, должно быть, ей лет восемнадцать, не больше. А еще она необыкновенно красива. Той восхитительной врожденной красотой, которую невозможно подделать искусным макияжем, инъекциями и прочими женскими хитростями. Девушка похожа на едва распустившуюся розу, бесконечно свежую и до умопомрачения прекрасную.
– Здравствуй, Рит, – Пеплов легонько приобнимает меня за талию, обдавая ароматом дорогого парфюма.
– Привет, – отзываюсь я не в силах перестать разглядывать его и улыбаться. – Вот это встреча!
– И не говори, – усмехается он, а затем представляет мне свою спутницу по имени Камила.
По-прежнему тесно прижимаясь к Антону, девушка одаривает меня теплой улыбкой. Одна ее рука покоится в его ладони, а второй она держит его за локоть, будто боится упустить или потерять.
– Как ты? Как твои дела? – спрашиваю я, напрягая голосовые связки, чтобы мой голос не утонул в потоках громкой музыки.
– Пошли ко мне кабинку? – предлагает Пеплов. – Там потише, и можно будет поговорить.
Несколько раз киваю в знак согласия и вслед за парнем двигаюсь сквозь гущу людей. Когда мы располагаемся в уютной кабинке с приглушенным светом, я ощущаю некоторую неловкость. Очевидно, что Антон и его девушка пришли сюда, чтобы провести романтический вечер вдвоем, а я вроде как в него вклиниваюсь. Неудобно как-то.
– Надеюсь, я не сильно помешаю? – интересуюсь я, присаживаясь на диванчик и поправляя платье.
– Нет, что ты, – отвечает Пеплов, расслабленно откидываясь на спинку. – Я очень рад тебя видеть. И, судя по твоему виду, тебе есть, что рассказать.
Жестом головы он указывает на мою прикрепленную к волосам фату и игриво вскидывает брови.
– Ах да, – отчего-то смущаясь, говорю я. – Вот, замуж выхожу.
– Поздравляю! – подает голос Камила, которая вновь перебирает пальцами рубашку Пеплова. – Вы, должно быть, очень счастливы!
Это ее «вы» меня забавит, но я решаю не акцентировать на этом внимание. Я ведь и впрямь старше ее лет на семь.
– Да, счастлива, – с улыбкой подтверждаю я и вновь перевожу взгляд на Антона, который в эту секунду кажется непривычно задумчивым. – Ну а ты, какие у тебя новости?
– Ничего особенного, – жмет плечами он. – Работа, работа и еще раз работа.
– Слышала, твоя фирма сделала крупное пожертвование в фонд «От сердца к сердцу», – говорю я, припоминая новостные заголовки, которые пару месяцев назад пестрили там и тут. – Это очень похвально.
– Это мелочи, Рит, – отмахивается Пеплов.
– Совсем не мелочи! – возмущенно вставляет Камила. – На эти деньги, между прочим, полностью обновили оборудование в детской больнице, и Антон Максимович самолично контролировал этот процесс!
Антон Максимович? Она называет его по имени отчеству? Почему так официально?
– Камил, – негромко, но твердо бросает Пеплов, прерывая словесный поток девушки, и она тотчас замолкает, покорно опуская вниз свои темные длинные ресницы.
В том, что она влюблена в Антона, у меня нет никаких сомнений. Самая яркая эмоция, которая читается в ее глазах, – восхищение. Камила ловит каждое его слово, теребит ткань его рубашки и кажется невообразимо счастливой, когда ловит на себе его мрачный, немного тяжелый взгляд. Наверное, примерно так же выглядела я, когда встречалась с Рейманом. Молодая, по уши влюбленная дурочка, видящая в своем мужчине смысл жизни.
А вот чувства Пеплова к своей спутнице не кажутся столь очевидными. Он спокоен, собран и отнюдь не млеет от ее касаний. По крайней мере, внешне. Однако в моих мыслях по-прежнему стоит картинка их страстного поцелуя на танцполе, во время которого Антон совсем не казался равнодушным. Он горел, полыхал, искрился… Нет, между этими двумя, определенно, что-то есть. Что-то яркое и сильное.
Глава 39
Рита
Какое-то время мы с Антоном общаемся о работе, городских новостях и общих знакомых, а затем разговор неминуемо скатывается к обсуждению человека, знакомство с которым разделило все мою жизнь на «до» и «после».
– Видишься с Денисом? – не совладав с любопытством, интересуюсь я.
Антон недоуменно вскидывает брови и с сомнением уточняет:
– Эм… А ты что, разве не знаешь?
– О чем? – непонимающе хлопаю ресницами.
Последний мой разговор с Рейманом состоялся во время нашего ужина в ресторане, на котором он узнал о моей помолвке. С тех пор я с Денисом не виделась и не общалась. Пару раз залезала в социальные сети, чтобы узнать, как у него дела, но и там никаких новостей о его жизни не обнаружилось: последний пост в Инстаграме парня был выложен еще до аварии.
– Он же уехал на Бали, месяца четыре назад, – отвечает Пеплов. – С тех пор в Россию ни разу не приезжал, и не факт, что вообще приедет.
– На Бали? – очумело повторяю я.
– Ну да, это Индонезия, – отвечает Пеплов, внимательно наблюдая за мной.
Разумеется, я знаю, где находится этот остров, просто переварить услышанное никак не могу.
– Он… Он что, туда навсегда уехал?
– Без понятия. Но такой вариант, наверное, не исключен, – жмет плечами он. – Единственное, в чем я точно уверен, что ни я, ни ты не узнали бы Рея сейчас.
– В каком смысле? – спрашиваю я, чувствуя, как от нервного напряжения потеют ладони.
– Ну, он теперь совсем другой, – с загадочной улыбкой на губах поясняет Пеплов. – Поиск себя, медитативные практики, ретриты какие-то… Короче, в духовный рост наш Рей подался.
Несколько секунд я молча рассматриваю пуговицы на рубашке Пеплова, мыслями уносясь в совершенно другую параллельную реальность, в который Денис Рейман больше не
