На грани развода - Марика Крамор
Ещё несколько минут напряженного сосредоточенного диалога, где никто не хочет уступать, и мы наконец-то пожимаем друг другу руки, оговаривая размер скидки на следующую партию, переходя на отвлечённые спортивные темы.
— Я так предполагаю, что ты очень занятой человек и твое время расписано по минутам, — спустя некоторое время Амран тактично выпроваживает меня, кивая мне за спину. Как раз туда, где дверь находится. А я лениво соглашаюсь. Мне тоже хочется поскорее свалить. Этот мужик вампир, не иначе. После разговора с ним энергия на нуле. — Не смею тебя больше задерживать. У меня сейчас ещё одна встреча.
Насчёт тактичности я, конечно, погорячился. Как ещё меня за шкирку не выставил? Не, сидит вон. Хоть и недовольно, но спокойно ждёт, пока я расслабленно поднимаюсь со своего места. Провожает глазами, сверлит во мне дыру.
Ну оооочень тяжелый человек, аж давит своим присутствием.
Короткое прощание, и я, резво толкая дверь вперёд, выхожу в коридор.
Слышу тихий слабый вскрик, как только дверное полотно наталкивается на что-то крупное и мягкое.
От внезапного столкновения я замираю. Кажись, задел кого-то…
Ну зачем же возле двери идти, они имеют свойство распахиваться!
Пара уверенных шагов, открываю рот, чтобы высказать последнюю мысль вслух, и тут же закрываю обратно.
Тёплый взгляд небесного оттенка потрясенно ползет по мне.
Женская ладонь осторожно потирает голову поверх светлых локонов.
— Катюш! — тут же бросаюсь к ней, обхватывая голову. Виновато рассматриваю светло-розовое пятнышко на лбу. Ну черт, а! — Я тебя опять ударил. Очень больно?
— Мячом было больнее, — улыбается, задрав голову, а я сочувственно смотрю на неё. Ну что такое-то?! — Да все нормально. Мне вообще не больно. Почти…
Я расстроенно выдыхаю.
— А ты чего здесь? Ты же вроде на работу собиралась.
Мне бы очень хотелось думать, что она приехала ко мне, но я не сообщал, где меня можно найти в это время.
— Да я же говорила, что мне ещё заскочить по делам нужно было…
— Аа, ну погнали, я тебя отвезу, а вечером все по плану. Заберу, поужинаем, — продолжаю рассматривать свой косяк, вроде ещё скула чуток покраснела. Надо снежок из тачки взять.
— Вилан… эм… — меняется в лице неожиданно, в голубых глазах паника.
Не успевает закончить, как из-за моей спины вновь раздаётся громкий голос с характерным акцентом.
— Катюнь, что ж ты бьешься вечно? Заходи, сейчас холод приложим, — Амран недовольно стряхивает мои руки с Катиной головы, нарочно и довольно грубо оттесняя меня назад.
— Да все нормально, пап… ничего страшного, — смущённо лепечет Катя, а я обалдеваю от одного ее короткого «пап».
Да нууу наааахрен!
— Все равно нужно что-то холодное приложить, чтоб отёка не было. Иди пока в кабинете посиди. Я сейчас вернусь, — и тут резко оборачивается на меня. — А ты задержись на минутку. Я по возвратам кое-что вспомнил.
Глава 31
Чувствую, как моя челюсть выезжает вперёд, когда Амран разворачивается ко мне лицом.
Вскидываю подбородок в ответ на колючий, полный скрытой опасности взор.
— Папа, — Катя тут же успокаивающе кладёт ладонь Амрану на плечо. Но это на «папу» вообще не действует. Рядом с этой непробиваемой горой дочь кажется совсем маленькой и хрупкой. — Пойдём со мной лучше. Я…
— Иди маме пока позвони. Она что-то хотела. Срочно, — чеканит обманчиво мягко, а сам гипнотизирует меня глазами.
— Пап, ну ты что? Идём, — абсолютно безуспешно дёргает несдвигаемую скалу на себя, — пошли-и!
Катя меняется в лице и с беспокойством переводит испуганный взор с меня на отца и обратно. Пытается сгладить конфликт и чтоб меня не зацепило.
Поздно.
А сама-то растерялась. Я, конечно, своими словами поставил ее в сомнительное положение. Мать с дитем после болезни, Катя — на свиданку…
Но я, вообще-то, просто хотел ее с работы забрать, пока есть возможность. Ну плюс перекусим. Все скромно…
— Да, Катюш, — смело вклиниваюсь в разговор, — ты иди маме пока перезвони. А то мы ж возвраты-то забыли обсудить.
Амран предупредительно прищуривается. А я ободряюще улыбаюсь заламывающей пальцы Кате.
Как только дверь за ее спиной тихонько захлопывается, мы с мужчиной в мертвой тишине встречаемся глазами.
Амран тяжело дышит, свирепо раздувая ноздри.
— Так что там насчёт возвратов, Амран? — бросаю первую кость. И она явно встаёт оппоненту поперёк горла.
— У меня мало свободного времени. Поэтому давай обговорим коротко и ясно, — размеренно прибивает несгибаемой мощью. — Моя дочь замужем. И у неё есть сын. Ты, возможно, этого не знал? — милостиво предлагает безобидные пути для отступления. Но не тому ты пальчиком грозишь, дядя.
— Знал, — отрезаю уверенно.
— То есть шаг, где ты быстро извиняешься и растворяешься в воздухе, мы пропускаем сразу?
— Амран, — как можно спокойнее проговариваю: конфликты сейчас не нужны, Катя за дверью, — прекрасно понимаю, к чему вы клоните. Любимая дочь. Вы защищаете ее интересы и все такое. Но давайте серьезно. Нам с Катей не по пятнадцать же лет. Ну вот сами как-нибудь разберёмся, правда?
— Не нужно лезть в чужую семью. Если это моя семья — особенно. Найди девочку попроще. Свободную, одинокую. И подвози-перекусывай. Катю тебе трогать нельзя, — последним словом буквально разрезает воздух. — Она ЗА-МУ-ЖЕМ.
Не люблю, когда со мной так разговаривают. Да и вряд ли кто-то другой любит. Но вот же черт. Сейчас я в проигрыше. И довольно ощутимом. Говорить ее отцу, что у Кати дома очевидные проблемы, мне не следует. Кичиться, что я белый и пушистый — смешно. Отказываться от своих слов и вестись на его угрозы — недопустимо.
— Я повторюсь. Мы с Катей разберёмся сами. То, что вы сейчас делаете, это лишнее. И мало на что может повлиять.
— То есть стыд и совесть в твоём случае не работают. Ладно. Давай сделаем так, — оскаливается бородач. — Мы забываем про скидку. С меня закуп крупной партии товара. А ты спокойно радуешься жизни и возишь по ресторанам каких-то девочек. Не мою дочь.
Подсчитываю в уме примерную скидочную сумму, прибавляю ещё ориентировочную выручку от «крупной партии» и эти цифры озвучиваю Амрану.
— Уверены, что не продешевили? — роняю насмешливо.
— Не хочешь по-хорошему, — уголок его рта спускается вниз, губы сжимаются в плотную линию. Ещё немного, и может последовать взрыв. «Папочка» сердится. С минуту он разглядывает меня пренебрежительно, как какого-то жука. — А если попробовать иначе? Я заморожу наше сотрудничество, весь твой товар, что царит у меня здесь и на полках в магазине, будет возвращён по каким-либо причинам. А ты выложишь
