Вне конкуренции - Лиз Томфорд
— О боже, — выдыхаю я, вдруг понимая.
Миллер — родитель для Макса так же, как Эмметт для неё.
Эмметт улыбается, и я чувствую эту улыбку у себя на шее.
— Забавная параллель.
— Значит, ты правда дедушка. Пусть и не по крови.
Он смеётся, и всё его тело вибрирует позади меня.
— Ты умеешь поставить мужчину на место, Риз. Да, думаю, технически так и есть. Между мной, Миллер и Максом нет кровного родства, но… это моя семья. Какой бы титул это ни означало — я согласен.
Улыбка сама появляется на моих губах. Его смех тёплый. С ним легко переходить от серьёзного к несерьёзному.
— Кстати, ты совсем не выглядишь как дедушка.
— Мм, — тянет он, притягивая меня ближе. — Правда?
— Совсем.
— А седина в бороде?
— Тебе идёт.
— Да?
— К сожалению.
Он опускает голову ниже, устраиваясь в изгибе моего плеча. Я чувствую, как он начинает засыпать.
Но я ещё не готова.
— Эмметт, — шепчу.
— Мм-хм.
— Поэтому ты так близок с ребятами из команды?
Он вдыхает, обдумывая.
— Да, наверное. Иногда людям просто нужен кто-то рядом. Тренер. Наставник. Друг. И мне нравится быть тем, в ком они нуждаются. Наверное, мне просто нравится заботиться о людях. Или, может, я просто очень люблю свою работу.
Я улыбаюсь.
— Помню, как мой дед переманивал тебя в команду. Я тогда ещё не занималась клубом, но знала, что он много лет пытался уговорить тебя войти в тренерский штаб.
Эмметт издаёт сонное «мм».
— Я не позволял себе работать в высшей лиге, пока Миллер не выросла и не начала жить своей жизнью. Бросить играть тогда было правильным решением. Но я не буду врать — я всегда мечтал вернуться. Тренерство… это как второй шанс.
Чёрт.
Он делает невероятно сложным отделять эмоции от бизнеса. Да, Эмметт Монтгомери будет дорогим в следующем сезоне. Но я начинаю верить, что он может стоить этих денег.
Его дыхание становится медленным и ровным у моей спины. Но мне хочется узнать ещё.
Возможно, у меня больше не будет такого момента — тихая комната, только мы вдвоём, честные и уязвимые.
Понимая, что, скорее всего, смогу задать только ещё один вопрос, я выбираю тот, который больше всего хочу узнать.
— Ты когда-нибудь встречался после того, как потерял Клэр?
Он долго молчит. И я понимаю, что он уже уснул.
Наверное, так даже лучше. Сомневаюсь, что его ответ мне понравился бы.
Комната тихая. Его тело за моей спиной согревает меня. Я закрываю глаза и тоже почти засыпаю.
И как раз когда сон уже накрывает меня, Эмметт всё-таки отвечает.
— Нет, — шепчет он едва слышно. — У меня не хватило сил двигаться дальше.
Риз
— Привет, Ризис Писис1 .
Я поднимаю взгляд от стола и вижу своего дедушку, стоящего в дверях кабинета с гордой улыбкой на губах.
Его кабинета.
То есть моего кабинета.
После того, как всю жизнь я приходила сюда, чтобы навестить его, странно осознавать, что теперь всё наоборот.
— Привет, дедушка. — Я отодвигаю стул от стола. — Что ты здесь делаешь?
— Просто зашёл навестить свою любимую внучку. Смотрю, ты усердно работаешь.
Обойдя стол, я встречаю его у двери, прижимаюсь щекой к его щеке и оставляю там поцелуй. Затем выдвигаю стул напротив своего, приглашая его сесть.
Для мужчины под восемьдесят он всё ещё довольно активен и подвижен, но за последние годы заметно замедлился. Это видно по тому, как осторожно он подходит к стулу, и ещё больше — по тому, как аккуратно опускается на сиденье.
И от этого мне становится ещё более стыдно, что из-за моего неудачного выбора жизненного партнёра ему пришлось работать дольше, чем он хотел.
Я снова сажусь за стол.
— Что ты на самом деле здесь делаешь? Потому что я знаю, что ты не пришёл на стадион только ради того, чтобы сказать мне «привет».
Он смеётся своим глубоким смехом.
— Мы с Эдом идём обедать и встречаемся с Дениз — нужно обсудить последние детали моей вечеринки по случаю выхода на пенсию. Но возможность увидеть тебя — приятный бонус.
— Дениз планирует твою вечеринку?
— Конечно. Эта женщина почти сорок лет планировала мою жизнь. Я бы никому другому это не доверил.
— А есть шанс, что она выйдет из своей пенсии и начнёт планировать мою жизнь? Мне отчаянно нужен секретарь.
— Да, нужен. Я не должен был так легко попасть в твой кабинет. Но нет — Дениз слишком долго на меня работала. Она заслужила свою пенсию.
— Это не значит, что я не попробую её уговорить на твоей вечеринке. Ты ждёшь её с нетерпением?
— Да. Дело даже не в том, что мне хочется праздновать. Просто не так часто выпадает шанс собрать в одном месте всех людей, которые сыграли роль в твоей жизни. Ну… кроме собственных похорон. А на той вечеринке, к сожалению, я уже не смогу присутствовать.
— Боже, — смеюсь я. — Ну а я очень жду возможности отпраздновать.
Тёплая улыбка дедушки начинает медленно исчезать. Я замечаю момент, когда он полностью переключается в деловой режим. Это слышно даже по его тону, когда он говорит:
— Есть ещё одна причина, по которой я хотел сегодня тебя увидеть.
Атмосфера в кабинете мгновенно меняется.
Я выпрямляюсь, складываю руки и кладу их на стол. Я больше не внучка, разговаривающая с дедушкой.
Я новый владелец команды, говорящий со своим предшественником.
— Что случилось? — спрашиваю я.
Он тяжело вздыхает и достаёт телефон.
— Скотт нашёл это в интернете. Это не официальная новость, и это явно просто слух, но на одном сайте появился анонимный пост. Как он называется… Ред-что-то?
— Reddit, — заканчиваю я за него.
— Точно. Там кто-то утверждает, что видел, как ты выходила из номера Монти ранним утром на прошлой неделе, когда вы играли в Сан-Диего.
Кровь мгновенно отливает от моего лица.
— Конечно, это неправда, — продолжает он. — Любой, кто знает вас лично, понимает, что вы не особо ладите. Но именно такие слухи люди любят распространять. Я просто хотел, чтобы ты была в курсе.
Удивительно, что я всё ещё слышу его сквозь шум в ушах. И что продолжаю сидеть прямо, несмотря на провалившийся куда-то в живот желудок.
Как я могла быть такой безрассудной? О чём я вообще думала?
Я стараюсь унять дрожь в голосе.
— Что пишут в комментариях?
— Не знаю.
