Тень красавицы - Полина Белова
Это чувствовалось в его пристальных взглядах, в нежной, ненавязчивой заботе. Бывали моменты, мне даже казалось, что Костик вернулся, и становилось уютнее жить.
В самом начале лета университет всколыхнула жуткая новость. Сестра Максима Медведева, Алина, разбилась насмерть на своей крутой машине. Поговаривали она была под кайфом. Мне ни разу не случилось пообщаться с Алиной после того, как однажды меня с ней перепутали... Когда я услышала трагическую новость, внезапно подумала, что если бы не та ошибка, она, возможно, была бы сейчас жива, после того «воспитания», частично проведенного со мной...
На прощальной прогулке, перед отъездом на практику, мы с Сашей в первый раз, легко касаясь, по-детски поцеловались в губы. Он, волнуясь, сказал, что, когда мы снова встретимся, у него есть ко мне серьёзный разговор. Я даже догадывалась о чём, но ещё вряд ли была готова перейти к более серьёзным отношениям с ним...
К моей огромной радости я попала в группу по обмену и проходить практику два месяца собиралась на китайской фирме в городе Хэйхэ.
Хотя я добыла для Трактора всевозможные справки, через границу решила везти его контрабандой, в своей женской сумке.
Таможни располагались по разным берегам Амура.
Я топала по деревянным причалам и страшно нервничала, голова Трактора, завёрнутого в мой свитерок, торчала из сумки, прижатая молнией. Если мне не удастся с ним проскочить, даже не знаю, что буду делать.
И вот обе таможни позади. Ну, Трактор! Пол жизни потеряла на нервах этой из-за этой толстой мяукающей задницы. Хорошо, хоть, он не подвёл, и прилежно играл роль тёплого свитера.
Нас, практикантов, было шестеро, но китайский лучше всех знала Светка, поэтому была назначена старшей в нашей группке будущих специалистов.
Часть 9. Практика
Завод, на котором нам предстояло работать целых два месяца, как выяснилось, обычными рабочими на конвейере, предоставил нам общежитие.
Вообще, мои радужные мечты и надежды, одна за другой, разбивались о суровую действительность.
Мне жутко не повезло с проживанием. Единственная свободная комната была только на четыре места, а нас шестеро. Её заняли четыре подружки, землячки. А остальных двоих практикантов, меня и, единственного среди нас, парня, подселили в комнаты к местным.
Усталые китайские тётки, среди которых я оказалась, посматривали с любопытством, но общаться не спешили. Хорошо, хоть против Трактора не возражали и выглядели благожелательно. Я впервые жила в общежитии, но разок, ещё в шестом классе, лежала неделю в больнице. Сейчас было похожее ощущение: чужая кровать, неприятное место.
Мечты о проникновении изнутри в особенности организации производства в Китае тоже рассыпались в песок. Для нас даже экскурсии по предприятию не провели.
Равнодушный китайский клерк быстро оформил всех шестерых в одной безликой комнате и отвёл на склад, где всем выдали спецодежду и провели короткий инструктаж.
Потом клерк вызвал, видимо, старшего и нашего непосредственного начальника на эти два месяца. Тот по серым безликим проходам довёл нас до раздевалок с душем, на ходу коротко обрисовывая правила и режим работы на эти два месяца. Мы были просто рабочими здесь, ещё и самого худшего качества.
Когда символически приняли душ и переоделись, мы ещё нацепили на руки выданные браслеты, похожие на часы, от статического электричества. Всё время девочки горячо обсуждали нашего нового начальника: исключительно противный тип, и я с ними согласна. Нам всем он единодушно не понравился. Сам невысокий, кривоногий, глазки маленькие, а рот огромный и голос препротивный. С моей лёгкой руки дядька получил прозвище Жабка.
Жабка равнодушно рассадил нас по местам и показал нехитрые движения, которые мы должны выполнять с детальками, которые, как выяснилось к концу этого бесконечного дня, никогда не заканчиваются.
Я еле разогнула заклякшую спину к обеду, и твёрдо решила, теперь всегда буду делать производственную гимнастику вместе с китайцами.
В столовой основным элементом всех блюд был рис, но, к счастью, я его обожала, в отличие от рыбы. Рыба, приготовленная в этой столовой - ещё один минус.
Вся первая рабочая неделя открыла мне глаза на понимание самой себя. Никогда! Я никогда больше не буду работать на конвейере. Где угодно, только не на такой работе! Однообразный поток нехитрых действий словно съедал время и саму жизнь. Минуты тянулись невыносимо медленно. Спина болела, не помогала никакая производственная гимнастика, которой я тоже ждала, как избавления от рутины, хоть ненадолго.
К вечеру, в отличие от остальных ребят, мне уже ничего не хотелось. Я даже гулять с ними не ходила. Тем более, Трактор страшно скучал на новом месте, и довольно урчал и перебирал лапками, нежно массажируя мне спинку.
В выходные, я впервые пошла с ребятами прогуляться. Пришла в неописуемый восторг от кафе, в котором мимо проплывают в ведёрках на ленте, разные замороженные продукты: креветки, кальмары, лапша, курица и так далее, я всё не запомнила. Выбираешь, что хочешь и сам варишь в готовом бульоне, которого тоже несколько видов, и потом кушаешь с выбранными соусами. Очень-очень вкусно, и необычно, и, что немаловажно, недорого. Я внимательно запоминала дорогу. Точно буду сюда приходить, по возможности. На аттракционы я не пошла. Что у нас колёс обозрений нет? А вот вечерние танцы пожилых, по большей части, людей на площади мне очень понравились. Я присоединилась к ним с удовольствием. А ещё эти велосипеды!
На следующий день я пошла гулять сама, купила карточку и взяла велосипед. Оплата почасовая, первый час бесплатно. Намотала на колёса половину города. Обычный город. Китайцы вокруг, а дома почти такие же, как у нас. Даже, кое-где облезлые. Я ждала чего-то необычного. Заграница ведь! На парковке, рядом с явно дорогущими крутыми машинами, может стоять ржавое, облезлое, старое нечто, возле которого, подходящего вида китаец, перебирает грязные детальки.
Два выходных пролетели, как одно мгновение, и снова начались рутинные рабочие будни. Я познакомилась с китаяночками, что сидели рядом со мной и мы целыми днями болтали. Язык был абсолютно не занят в производственном процессе, поэтому он свободно молол и мой китайский становился лучше не по дням, а по часам. К концу месяца я уже хорошо знала всех своих соседок по конвейеру, и в кого они влюблены, а также
