Тень красавицы - Полина Белова
- Тебя послушать, так и статью надо отменять! Человека нет! Моего друга! Молодого, полного планов, у которого вся жизнь была впереди!
- Я только хотела сказать, что она не специально, а ты специально! Специально унижал, бил, морил холодом и...
Я заплакала...
- Прости... Ну, прости меня, пожалуйста...Ну, не плачь, Настя! Настенька...
Он стал целовать моё заплаканное лицо, но я вырвалась.
- Я иду домой. А ты уезжай в свой Гонконг или Хэйхэ. Я больше никогда не хочу тебя видеть. И родителям моим мозги не пудри. Замуж за тебя не пойду. Ни за что на свете.
Я развернулась и пошла, обратно, домой. Михаил снова шёл сзади. Мне не хотелось даже так, на расстоянии, быть в его обществе, поэтому свернула на остановку автобуса. Молча проводив меня до самых дверей в квартиру, Михаил развернулся и ушёл.
Я устало прошла в зал, надеясь завалиться спать, устала и морально и физически. Родители, Соня и бабушка так и сидели за нетронутым праздничным столом.
- Привет всем! - устало сказала я, прошла и плюхнулась на свободное место.
Послышался звук открывающегося замка.
- Малышка! Я пришёл. С цветами и шампанским! Всё! Ты выиграла, дожала меня, я согласен на тебе жениться! - в проёме входа в зал показался улыбающийся Максим.
Прямо немая сцена из «Ревизора».
Я сначала один раз хихикнула, потом второй, потом уже не могла остановиться.
Максим выглядел ошарашенным недолго. Он быстро сориентировался и представился:
- Максим Медведев. Жених Насти. Здравствуйте.
Четыре пары глаз за столом плавно сменили направление взгляда с Максима на меня, мол, Ваш выход, королева!
- Мама, папа, бабушка, этот жених номер два мне также не нравится, как и жених номер один. Я собираюсь спокойно и старательно получать образование, я хочу учиться, а не замуж.
- Что-то последняя неделя заставляет в этом сомневаться, - хмуро сказал папа.
- Этот больше подходит ей по возрасту, - задумчиво протянула мама.
- Зато тот намного интереснее, - возразила бабушка.
- Мне тоже первый кандидат больше нравится, - внесла свою лепту Соня, - может проголосуем?
Максим явно не ожидал такого поворота ситуации. У меня вообще сложилось впечатление, что он ожидал сразу после предложения попасть в мою постель, ну, или после шампанского. А тут куча родни, да ещё и кандидат, кроме него объявился.
- Что за жених номер один. Стас, что ли? - скривив губы спросил он.
- А есть ещё и Стас? Дочь, ты... - голос папы не предвещал ничего хорошего.
- Гриша, тебе надо выпить корвалдина, а то давление подскочит, - засуетилась мама, - и мне, наверное, тоже...
- А мне не надо! - улыбалась бабушка, - Чего вы раскудахтались? Девочка, наконец, ожила! Отпустила горе! Вам радоваться надо. Настя, третьего бы посмотреть надо. Приводи его в приёмную комиссию, пока мы здесь.
- Мама!! - укоризненно посмотрели на бабушку и возмущено воскликнули папа и мама в один голос.
- Максим тебе лучше уйти, - попросила я.
- Нет, пусть остаётся. Давайте поужинаем вместе. Садитесь молодой человек! Расскажите нам о себе, - радушно улыбаясь пригласила бабушка.
Глаза у Максима налились темнотой, и я забеспокоилась. Мои родные видят в нём только ботаника в очках, а я-то знаю, какой он на самом деле. Соня моя тоже напряглась, спина, как струна, у подружки стала, она смотрит на меня взглядом типа: «быстро сделай что-нибудь».
Ситуацию спасает раскатистая трель входного звонка.
Сонька скользнула змейкой мимо Максима и через секунду раздалось громкое мужское:
- Ты кто такая?
- Соня...
- А Настя? Она нашлась? Я только позавчера узнал... пока добрался... - и вопль, уже в полёте - Что ты с ней сделал, гад! Урою, сволочь!
Бутылка шампанского при падении двух тел: Максима, который не ожидал наскока, и разъярённого гостя, стукнулась о дверной косяк и разбилась с невероятно громким взрывом. Трактор, который почти влез по скатерти на стол с моих коленей, и, как раз, тянулся наглой воровской мордочкой к мясной нарезке, испугавшись резкого звука, стрелой промчался по всему столу с высоким подскоком, умудрившись своим худым тельцем опрокинуть вазу с цветами. Вода из вазы выплюхнулась вся разом на мамины колени, она вскочила, опрокинув с грохотом стул, и.. в образовавшейся тишине я сказала:
- А вот и Стас.
Максим с силой столкнул с себя новенького, и Стас, всё ещё сидя на полу, немного смущённо улыбнулся:
- Настя, ты нашлась! А мне таких ужасов наговорили, - он внимательно разглядывал меня, видимо на предмет повреждений.
- С ней всё в порядке! Убедился? Чеши туда, откуда приехал! - злость просто сочилась из Максима, капала вместе со словами, как яд из пасти змеи.
- Настя, поехали домой вместе, а? - как-то безнадёжно протянул Стас.
- Давайте уже ужинать, - вдруг включился в разговор папа, - эта Бразилия никак не заканчивается, а мне очень есть хочется. Давайте, садитесь все, пока лысый уродливый Настькин бульдозер не испортил и то, что осталось.
Я собралась с силами, улыбнулась и.. стала гостеприимной хозяйкой.
Соня убрала осколки, я быстро подтёрла лужи от шампанского и воды. Выбросила, заодно, с непередаваемым удовольствием, цветы Михаила. Попутно усадили за стол хмурого Максима и растерянного Стаса.
Водки, было три бутылки... Уже после второй Стас с Максимом объясняли и жаловались друг другу в каких печёнках я у них сижу, и папа поддакивал им, что «да... с ней нелегко», ему тоже пришлось натерпеться. И упрямая я, и упёртая, и твердолобая, и непробиваемая, и не уговариваемая, и совершенно не ценю их таких драгоценных и невероятных.
Мама с бабушкой, да и мы с Соней некоторое время слушали с большим интересом, потом заговорили о своём.
После бесконечно долгого ужина, мужиков оставили спать в зале, а мы, девочки, все четверо умудрились улечься на одну двуспальную кровать. Теперь, главное, уснуть до того, как бабуля начнёт храпеть.
Утро было отличное! Благодаря бабушке, мы с Соней выскочили из дому до того, как проснулись мужчины. Тусклый диск солнца совсем не высоко ещё поднялся на сером свинцовом небе, снова дул сильный ветер, который в вихре поднимал сухие травинки и перегонял
