Две полоски для майора - Рокси Нокс
— Да прям щас. Я им арестую. Всё, пошли на дело, — Маргарита Дмитриевна сдергивает свою сумочку с вешалки и решительно выходит из квартиры.
Я — за ней. С такой бойкой подругой точно не пропадешь.
Возле ближайшего полицейского отдела мы застопорились. Рита захотела в туалет по-маленькому, и мы отправились в сторону парковки, в поисках уличного клозета.
И вдруг я вижу знакомый силуэт. И незнакомый одновременно…
Мужчина, как две воды похожий на Лёшика, идёт к красивой иномарке. У него модельная стрижка и небольшая щетина на лице. Ослепительно белая рубашка, из-под манжеты которой виден ремешок дорогих часов.
Лицо Алексея запечатлелось в моей памяти словно на фотопленку. Эти глаза, нос и лоб я узнаю из тысячи. Нет сомнений в том, что это Лёша. Но почему он так классно выглядит? Как мужчина с обложки журнала. Ведь всего две недели назад он выглядел так, будто сошел с плаката «Их разыскивает полиция».
— На кого смотришь, Тань? — следит за моим взглядом Рита. — Кто это?
— Это тот бомж, который мне ребенка заделал…
Глава 12
Таня
— Ну всё, ему кабздец! — говорит Маргарита Дмитриевна, сжимая кулаки, и делает шаг в сторону Алексея.
— Стой! Не надо! — висну на руке подруги, мешая ей приблизиться к своему бывшему любовнику.
— Это еще почему? — злится и нервничает Ритка. Если она захочет, то стряхнет меня, как пылинку.
Лёша уже сел в машину и захлопнул дверь. К счастью, он пока меня не заметил. И хорошо! Я не хочу унижаться перед ним. Подойти к Алексею-бомжу я бы смогла, а вот к Алексею-важному-господину — не могу и не хочу. Он просто посмотрит на меня свысока и скажет, что со мной не знаком. Буду выглядеть набитой дурой.
Не знаю, жертвой какого дурацкого эксперимента я стала. Зачем он вообще притворялся бродягой? Ведь не мог нищий мужчина резко разбогатеть! Так не бывает.
И потом его тело… Я отлично помню, какое оно… Мускулистое, твердое, идеальное.
— Пойдем отсюда.
— А этот как же? — Рита разочарованно машет в сторону отъезжающей с парковки иномарки.
— Никак. Всё, забудь.
— Тань, я чё-то протрезвела аж. Ты говорила — переспала с бомжом, но тот мужик явно при деньгах. Что, все-таки моя теория была верна? Миллиардер прикинулся нищим? Как интересно! Теперь тем более мы должны взять его в оборот.
— Нет, Маргарита Дмитриевна, я тебе запрещаю. Лёша меня обманул и покинул. Я ему не нужна и не собираюсь навязываться. Ребенка выращу сама. На крайний случай поеду к маме в деревню.
— Слушай, а может это потерянный брат-близнец твоего бомжа? И такое бывает!
— Нет, это Лёша. Я уверена. Но зачем он прикинулся тем, кем не является — не знаю.
Мы уныло бредем по улице. Рита пытается уговорить меня пойти на контакт с Алексеем, но я категорически отказываюсь. В конце концов, она плюет на всё и предлагает зайти в бар. Накатить коньячку за встречу. Встречу с Алексеем, надо полагать.
Мне грустно и скверно на душе. Но с другой стороны, мужчина ничего мне не обещал. В любви и верности не клялся. Но всё равно как-то неприятно. Зачем обманул?
Наверное, он плохого обо мне мнения сейчас: отчаявшаяся от одиночества тетка привела в дом бомжа и раздвинула перед ним ноги.
Может, он с кем-то поспорил, а может, просто какой-то социальный эксперимент провел. В любом случае, я одурачена. Обманута, но в плюсе! Ведь у меня в животе зреет семечко, которое скоро превратится в ребеночка.
В баре Рита заказывает себе стопку коньяка и нарезанный лимон. Я ограничиваюсь зеленым чаем с жасмином. Живительная влага опять подтолкнет ее к решительным действиям. Нет, не буду позориться дальше. Лучше забыть обо всём.
— А ведь он и правда классный мужик, — подперев два своих подбородка говорит Маргарита Дмитриевна.
— А я что тебе говорила?
— Я бы такому тоже… дала… прикурить.
— Прекрати. Ты ведь знаешь, какая я собственница. Мне неприятно это слышать.
— Молчу-молчу. Но о ребенке сказать ему надо. Хочешь, я сама к нему подъеду и аккуратно расскажу? Мол, ц-ц, страшный секрет, Рыбкина велела молчать, но я не смогла, ведь нельзя оставлять ребеночка без отца…
— Не смей! А то нашей дружбе придет конец, — сурово сдвигаю брови.
— Тань! — Ритка вдруг выпрямляется, и ее лицо озаряется какой-то догадкой. — А передай мне дословно, что тебе тогда сказала гадалка…
* * *
Майор Каверин
Наконец-то меня выписали из больницы. А попал я туда по неудачному стечению обстоятельств. Гребанное задержание пошло по одному месту уже с самого начала, когда мне пришла в голову гениальная идея переодеться в бомжа.
Забираю у врача больничный лист и еду в отдел. Обо мне уже там ходят разные опупительные истории, щас от подъебок буду отбиваться.
Смотрю в зеркало: выгляжу хорошо, фингал под глазом прошел. При больнице есть парикмахерская, там привели мои волосы и бороду в порядок. Решил пока оставить на лице небольшую щетину.
Уже на входе молодой сержант прыскает в кулак, а потом усилием воли делает серьёзное лицо.
Блять, я не обосрался! Просвирина и его подельника мы взяли. Ладно, ребята взяли, пока я лежал в отключке.
Дело было так: когда я решительно вошел в булочную, чтобы провести задержание, то сильно поспешил и поскользнулся на только что вымытом полу. Растянулся поперек и ударился башкой обо что-то твердое. Из кармана выпали женские трусы.
Очередь за булками мгновенно переместилась ко мне. Вызвали скорую. Меня забрали в больницу и заперли там с сотрясом. Даже телефон отобрали, чтобы никуда не звонил, а чисто отдыхал.
Драку с бомжом добрые люди выложили в интернет и весь отдел успел поржать, прежде чем видео удалили. В общем, я теперь что-то типа местного клоуна.
— Здравия желаю, товарищ майор, — отдает честь мой подчиненный Смирнов.
— И тебе не хворать. Чё как дела?
Стараясь не ржать, ибо знает, что за это ему может прилететь, летёха вводит меня в курс дела. Разгребаю бумаги: рапорты, допросы — всё свалено в одну кучу. По ходу без начальника мои орлы тут отдыхали, а не работали. Устроили себе внеочередной отпуск!
— А это что у меня на столе? — рявкаю, увидев прозрачный пакет.
— Так то ваше, Алексей Степанович.
— Что моё?
— Ну, бельё.
— Блять, да ты охуел, что ли, думаешь я ношу красные женские трусы? Они женщине принадлежат. Трофей мой ясно, баклан?
— То есть вы в образе бича нашли себе женщину? — уточняет Смирнов.
— Да, и
