Дикая Магия - Даха Тараторина
— Прорыв! Демоны! — отдышавшись, что есть мочи завопил гонец.
Колая и Лилибата вытолкнуло из зала, как пробку из бутылки. Придворные предоставили правителям сначала решить насущные проблемы, а потом уж разбираться, кто из них в большей степени достоин короны.
Дамский угодник подал голос первым:
— Что ты врешь, какие еще демоны?! Демоны изгнаны давным-давно, в нашем мире их не осталось!
— Срочное послание! Прорыв! — как попугай повторил парнишка.
Колай побагровел, словно слишком долго дышал красным дымом. Он бросился вперёд, и Морья успела испугаться, что бросился он к ней. Однако тот вцепился в грязную робу парнишки.
— Ты лжёшь! Это невозможно! Скажи, что ты лжёшь!
— Простите, господин… — прохрипел тот.
По всему было видно, что шутить на столь щекотливую тему гонец не намерен — он был напуган куда сильнее Колая, бледен, глаза его запали от усталости и, видимо, бессонной ночи. Наверное, именно из-за этой измождённости Морья не сразу его узнала. Когда же поняла, кто именно принёс весть…
— Где… — Пришлось прокашляться, чтобы её голос не потерялся в гомоне толпы. — Где случился прорыв?
Она смотрела на мальчишку в упор и мечтала, чтобы догадка оказалась ложной. Щуплый косоглазый паренёк, разносящий по храму глупые сплетни про Нану. Тогда он был смешлив и румян, не то, что ныне. Но, безусловно, это был он.
— В храме настоятельницы Иварии, — ответил он и, закатив глаза, безвольно обмяк — сказалась многодневная усталость.
Колай ослабил хватку, и парнишка рухнул на пол. Дамский угодник будто и не заметил. Он невидяще таращился вперёд и бормотал:
— Как же так… Как так-то… Быть не может… Госпожа… Прорыва не должно было…
Демоны. Хищные твари без разума и жалости. Те, что обитают во тьме. Вечно голодные, вечно рвущие друг друга…
Первый прорыв случился пять лет назад, и тогда тёмные твари пронеслись по королевству смертоносным вихрем. Некоторые из них обретали тела, а вместе с ними и рассудок. Некоторые проникали в людей, в таких, как Валар. И тогда появлялся маленький шанс одолеть тех, кто явился из тьмы. Тогда Оплот обрёл истинное могущество. Тогда каждый из них принял в себя демона, воспользовался его магией… Ценой своих жизней герои сумели закрыть брешь. Демонов не стало, но не стало и героев. Никто не ожидал, что ужас вновь вернётся на едва оправившиеся земли.
А героев, способных защитить невинных людей, уже не осталось.
— Валар! — Вечно легкомысленный Государь удивил присутствующих. Он не метался слепо в дыму, как прочие, а догадался медленно ощупью пробраться к окну и распахнуть его. Он же мягким, но не терпящим пререканий жестом убрал с дороги Колая. — Валар, — окликнул его величество ещё раз.
— Чего тебе, вашество?
— Я не в праве просить тебя, старый друг, — необычайно грустно заговорил император. И куда только пропала маска дурашливого толстячка?! Говорил настоящий правитель! — Да и моя воля ныне уже не так нерушима, как в былые времена. Но мальчик принёс дурную весть, и, если она правдива, нам нужен тот, кто сумеет…
— Принести себя в жертву? Снова? — выплюнул Валар. — Я уже изведал на вкус благодарность империи. Отдаёт дерьмом!
— Мне нечего предложить тебе взамен, де Каттай. Разве что… — Лилибат поднял на оплотника жёсткий колючий взгляд. — Разве что только то, что ты уже имеешь.
— Что, например?
— Твою жизнь, — пожал плечами Лилибат. — Мы все были вынуждены убедиться, что ты предал корону. Ты укрывал дикую и напал на совет в попытке защитить её. В мирное время такое каралось бы смертью…
— Посмотрел бы я на того, кто пожелает исполнить этот приговор! — усмехнулся оплотник.
Но Морья прекрасно видела, что пальцы его до бела стиснули рукоять меча, что мышцы напряглись, как в заброшенной деревне с названием Сиротки, когда мужчина целиком превращался в оружие во время тренировки.
— Валар, я не приказываю тебе…
— Ты и не можешь. Ты ведь больше не правитель, так? Так?! — Валар повысил голос и обвёл взглядом придворных, вынырнувших из облака дыма.
Те не желали встречаться с ним взглядами, чтобы не пришлось отвечать на неудобный вопрос. Зато сам Лилибат не постеснялся.
— Верно. Я уже не правитель. Но и не последний человек в империи. Валар де Каттай, именем сгинувшего Оплота я заклинаю тебя! В память о погибших друзьях и ради будущего тех, кто пережил первый прорыв. — Он горько улыбнулся и закончил: — Просто проверь, правду ли принёс гонец, и я сделаю всё для твоей безопасности и безопасности твоей юной спутницы. Если прорыв действительно там, нам всё равно ничто уже не поможет.
Лилибат Прекрасный менялся удивительно легко и быстро. Его голос стал выше и визгливее, и закончил монолог он уже в привычном амплуа:
— Где мои зелёненькие чернила?!
Удивительно, но придворные предпочли как можно скорее добыть требуемое. А Колай, скрипнув зубами, встал перед Лилибатом на четвереньки, дабы подставить спину вместо стола.
Государь расправил свёрнутый в трубочку документ и размашисто поставил подпись, однако локтей со спины Колая убирать не спешил.
— Будем считать, что испытание ты прошел. Не зря же я всю ночь старался, писал! — Он вручил Валару документ и преувеличенно наивно поинтересовался у присутствующих: — А где поздравления героя с успешным испытанием? Или кто-нибудь против?
Государь лукаво подмигнул оплотнику и снова принял придурковатый вид. Вельможи нестройным хором сыпали поздравлениями, раздалось несколько вялых хлопков. Возражений не последовало — никому другому на смерть идти не хотелось.
— Что ж, раз я теперь официально герой, — оплотник помахал бумагой с признанием его заслуг, — то отправлюсь геройствовать. Вернее, рад бы отправиться, но без колдуна в помощниках далеко не уйду. Может быть, у вас и для моей спутницы индульгенция найдется?
— Для дикой? — взвизгнул Колай, но Лилибат придавил «стол» посильнее, и тот поправился: — В смысле… нужно для дикой? Да, конечно, если его императорское величество решит…
Из Алмазного дворца Морья и Валар выехали с двумя грамотами, подписанными его величеством. Документы гласили, что никаких претензий со стороны короны к ним не имеется, а любые прошлые преступления забыты и похоронены. На элитных породистых скакунах, вооруженные до исподнего, вид они имели крайне внушительный. Плащ за спиной мужчины притих и старательно изображал из себя образцовую немагическую тряпку. Кажется, перспектива возвращения собратьев не радовала даже его…
Когда подбадривающе машущая оружием стража скрылась из виду, Морья спросила:
— Мы правда собираемся вернуться в храм? А если там и правда прорыв? Мы ведь… Мы не справимся…
Это в деле убийства императора она могла храбриться и говорить оплотнику, что не отпустит его одного. Здесь же все обстояло иначе. Демоны могли
