Старсайд - Алекс Астер

Точно так же, как он убил Стеллана.

Еще один шаг.

— Я дам тебе последнюю возможность. Опустись на колени и моли меня о пощаде, и, возможно, я проявлю её. Если ты отдашь мне свой меч… возможно, я оставлю тебя в живых.

Я плюю в его сторону.

Он вздыхает.

— Что ж, хорошо.

В мгновение ока он вскидывает лук. Накладывает стрелу. Натягивает тетиву. Раздается звонкий щелчок — стрела сорвалась и летит прямо мне в сердце.

Это последнее, что я вижу, прежде чем развернуться и прыгнуть в бездну.

ГЛАВА 13

Ни одно существо не спешит мне на помощь.

Когда тот мужчина прыгнул, дракон мгновенно отделился от стаи. Я же, падая, не слышу ничего, кроме завывания ветра.

Он режет глаза, обжигает ноздри, хлещет по щекам, словно наказывая меня за непроходимую глупость.

С мечом мне просто повезло. Ни одно существо не хочет признавать меня своей. Да и с чего бы? Мои намерения не чисты. В них нет чести.

Моё сердце — это кучка пепла в груди, состоящая из чистой жажды мести и сожаления. Я намерена уничтожить эти земли. Я намерена прогрызть себе путь в небо, стащить богов с их облаков и окрасить мир их кровью.

Так близко, — думаю я. — Я была так близко.

Но «близко» никогда не бывает достаточно.

Рев заполняет уши, когда земля бросается мне навстречу. С этой стороны дерева — камни. Голый камень с искрящимися прожилками. Это могло бы быть даже красиво, если бы не должно было стать моей могилой.

Я зажмуриваюсь и слышу треск ломающейся скалы за мгновение до того, как темнота поглощает всё.

Смерть похожа на полет.

Меня несет ветер, и это почти умиротворяюще. Почти прекрасно. Пока боль не врезается в меня, словно таран.

— Мне не должно быть больше больно, — хриплю я, удивляясь собственному голосу. Мои глаза открываются, и я осознаю, что я — каким-то чудом — всё еще жива. Звезды мерцают в ответ, словно бриллианты, вшитые в темное одеяло. Луна — лишь тонкий серп, похожий на обломок ногтя.

Я в небе.

Я лечу.

Я пытаюсь пошевелить рукой. Проходит несколько мгновений, прежде чем чувствительность возвращается к пальцам, а затем —

Чешуя. Под моими ладонями. Я поворачиваю голову и вижу разодранное серебристое крыло.

Дракон. Я на драконе.

Он спас меня.

Мне требуется несколько попыток, чтобы подняться, но резкий порыв ветра тут же впечатывает меня обратно. Мой позвоночник ударяется о чешую, вышибая дух из легких. Задыхаясь, я осторожно переворачиваюсь, вцепляясь в костяные выступы, пока не оказываюсь на животе.

Я перебираю воспоминания, пытаясь осмыслить происходящее. Ни один из драконов наверху не выбрал меня, в этом я уверена. Я помню, как земля под ногами разлеталась на куски…

Это не могла сделать я. От меня бы остались одни осколки. Дракон, должно быть, находился внизу. Он поднялся мне навстречу точно так же, как в свое время меч.

Не то чтобы я хочу жаловаться на спасение собственной жизни… но почему?

Словно почувствовав, что я очнулась, дракон начинает снижаться, и мои вспотевшие ладони снова впиваются в чешую в поисках опоры. Черт. Я стискиваю зубы; он пикирует вниз, прямо к какому-то полю. Дракон приземляется плавно, но мое тело по инерции ударяется о его спину, а затем сползает вбок. Мне едва удается удержаться.

Луна всё еще видна. Вокруг темно.

Грудь сжимает паника — но ровно до того момента, пока я не замечаю солнце, только-только начинающее подниматься над горизонтом. Дракон летел всю ночь. Час за часом. Ради меня.

Он тяжело вздыхает подо мной, будто это путешествие стоило ему немалых сил. Я наконец встаю, морщась от боли в костях, и мысленно благодарю судьбу за то, что ничего себе не сломала. Затем я сползаю по его лапе и тут же плюхаюсь на задницу.

Дракон пристально смотрит на меня.

У него огромные серебряные глаза и чешуя, похожая на мозаику из лунного света. Голову венчает корона из шипов, которая тянется вдоль шеи, пролегая между парой мерцающих спиралевидных рогов.

— Ты… ты спас меня, — говорю я, сидя на земле, как полная идиотка.

Он лишь шумно выдыхает через ноздри, будто всё это было для него крайне досадной обузой.

Я медленно поднимаюсь, изучая дракона вблизи и прекрасно понимая, что он мог бы убить меня тысячей способов еще до того, как я потянусь к мечу, который и так едва могу поднять. Но он не стал бы спасать меня и лететь весь этот путь, если бы планировал прикончить… верно?

Его голова больше моего тела, а само туловище — больше дома, но это далеко не самый крупный дракон. В небе над Древом Чудовищ были особи и побольше. И всё же, несмотря на свои относительно скромные размеры, от него исходит мощная энергия — точь-в-точь как от моего меча.

Но серебряный окрас — это самая необычная его деталь.

— Ты серебряный, как и я, — говорю я, оттягивая ворот куртки. Я показываю ему то, что никогда раньше не открывала никому, кроме Стеллана и моей семьи.

Дракон опускает голову до уровня моих глаз. Мне следовало бы попятиться, но я делаю шаг навстречу. Я протягиваю руку, осознавая, что это существо может откусить её или испепелить в мгновение ока.

Но вместо этого — он подставляется под моё прикосновение.

В ту же секунду электрический разряд прошивает мою руку и уходит в самые пятки. Связь — точно такая же, какую я ощутила со своим мечом. На лбу дракона вспыхивает свет в форме звезды, который тут же гаснет, превращаясь в мерцающий шрам.

Я не знаю, что это значит. Знаю лишь одно: это существо — единственная причина, по которой я сейчас не лежу кровавым пятном на скалах.

— Спасибо, что не дал мне умереть, — говорю я. Дракон фыркает. Он расправляет крылья.

Прекрасная, похожая на шелк серебристая перепонка изорвана в клочья.

Я осторожно касаюсь одного из крыльев, и дракон издает предупреждающий звук.

— Что с тобой случилось? — спрашиваю я. Дракон лишь смотрит на меня. Звезда на его лбу снова мерцает, и каким-то образом… каким-то образом я понимаю, что это девочка.

— У тебя есть имя?

Я не знаю, на что рассчитываю. На самом деле — ни на что. Именно это я и получаю в ответ. Но это не мешает мне продолжать говорить. Видимо, вот до какой степени я одинока.

— Я Арис. Из Сильверсайда. Это на Штормсайде, за воротами. Я здесь с миссией —