Рабыня драконьей крови. Часть 2 - Сильвия Лайм
Я опустила взгляд на руку, где возле кольца Айдена тускло и призрачно светился перстень Сирглинариона. В раздражении я коснулась его пальцами, мечтая снять мерзкое украшение и бросить подальше. Однако стоило прикоснуться к нему, как всё вокруг завертелось, и я вновь оказалась в своей комнате.
За окном уже был поздний вечер, дело шло к ночи. У меня не было ни одной мысли, как поступить дальше. Что делать, кому рассказать обо всём услышанном?
Казалось, что я была одна на всём белом свете, а тени вокруг только сгущались.
Сперва я думала, что сегодня, встретившись с Шестым принцем, попрошу у него поддержки. Может быть, узнаю, почему же вокруг меня происходят все эти странные события. Я хотела рассказать ему, что виделась с Айденом в его ментальном мире, а ещё поделиться информацией о заговоре, который удалось подслушать утром. Заодно спросить, зачем дарки поят ядом маленьких детей и можно ли с этим что-то сделать.
Теперь же оказалось, что на самом деле я совершенно одна и рассказать это все мне некому. Сирглинарион мне вовсе не друг.
На глазах навернулись злые слёзы. Я снова в ярости попыталась снять его кольцо. Вот только оно больше не поддавалось. Точно так же прилипнув намёртво, как и кольцо Айдена, перстень из черного золота накрепко обхватил средний палец моей левой руки.
Выхода не было. Я упала на кровать, раскинув руки в стороны, и закрыла глаза, стараясь успокоиться. Истерика ещё никому не помогла найти выход из положения и вряд ли поможет мне. Пролежав так не меньше часа, я обнаружила, что солнце окончательно село и цветущий сад за окном залила темная непроглядная ночь.
В этот момент я резко встала с кровати и подошла к огромному напольному зеркалу, черная металлическая рама которого была увита тысячью маленьких дракончиков. Уверенно коснувшись рукой своего отражения, я прошептала: "Айден".
Стекло подернулось дымкой, тут же послушно явив мне моего принца.
Он всё так же лежал на широкой постели, и его длинные чёрные волосы окружали бледное лицо облаком мрака. Тяжёлое одеяло прикрывало только ноги, а грудь и живот, перевязанный белоснежными бинтами, оставались на виду.
Сердце защемило. Я поняла, что просто обязана увидеть его снова, услышать голос, а дальше пусть хоть весь мир рухнет. Пусть для него я всего лишь простая аара, одна из двух десятков девушек его атриса, но для меня он уже давно был кем-то тысячекратно большим.
Я уже обещала себе, что вернусь вылечить его, а значит, сделаю это.
К тому же, кроме него, мне совершенно некому рассказать обо всем, что происходит вокруг. Ведь только для Айдена все это время я имела хоть какую-то важность. Только он был готов спасать меня отовсюду и помогать. Даже дал обещание помочь вернуться домой… Хотя не обязан был.
Опустив глаза вниз, я с изумлением обнаружила, что с моих пальцев уже давно капает колдовское пламя. Огненные всполохи закрутились в маленький вихрь, на другом конце которого я увидела резную стойку кровати Седьмого принца. Спокойно шагнув в полыхающую черноту, словно делала это сотни раз, через долю секунды я оказалась в знакомых покоях.
Хвала богам, вокруг никого не было и мертвая тишина наполняла комнату.
Стоило взглянуть на принца, как грудную клетку зажало спазмом. Болезненный жар лизнул рёбра, поднялся к горлу, едва не хлынув слезами из глаз.
Айден был всё так же бледен, как и прежде, и его широкая сильная грудная клетка едва поднималась.
Опустившись рядом с ним, я осторожно залезла под одеяло, укрыв принца получше, положила ладонь чуть выше его раны и проследила, чтобы мои пальцы начали светиться едва заметным желтоватым светом.
Один раз мой огонь уже выжег яд. Я не позволяла себе думать, что второй раз у меня ничего не получится. Поэтому, абсолютно уверенная в действенности метода, я закрыла глаза, надеясь вот-вот проникнуть в сознание своего принца.
Не знаю, как это должно было произойти и по каким законам действовала его странная ментальная магия. Но стоило мне невесомо коснуться губами его щеки, как мир завертелся.
Это было не так же, как с эксплозией. Нет, наоборот. Меня не засасывало огненным вихрем, я не чувствовала вокруг дрожащие ткани пространства. Просто будто кто-то легонько толкнул меня в спину с края обрыва и я полетела вниз. А вместо соприкосновения с землёй открыла глаза совсем в другом мире.
– То есть ты все же решила, что можешь ослушаться приказа своего повелителя, правильно я тебя понимаю? – раздался вкрадчивый опасный голос, от которого по спине прокатилась волна мурашек. А я едва сумела сдержать крик радости.
А затем кто-то обхватил меня со спины и жарко поцеловал в шею.
Вокруг расстилался приятный полумрак, и где-то в углу горел романтический свет красного фонаря. Прямо передо мной оказалась огромная кровать с алым балдахином, украшенным кружевами и бахромой, ноги утопали в высоком ворсе мягкого ковра.
Обстановка этого места так разительно отличалась от предыдущего, что я невольно затаила дыхание, чувствуя, как губы принца медленно спускаются по моей шее к плечу.
– Я же предупреждала, что всё равно приду, – проговорила тихо, щурясь от удовольствия.
Горячие руки дарка обхватили меня сзади и двинулись к животу. Его пальцы то и дело слегка сжимали мою кожу, и от каждого прикосновения тело словно бил легкий ток.
Оказалось, что я так ждала этого момента, так сильно соскучилась, что мигом из головы вылетело всё, что занимало меня последние сутки. Поблекло значение предательства, зреющего в сердце Крылатого племени, был совершенно неважен Сирглинарион Отравленное сердце, предложивший отдать меня вампирам. Да и вообще всё на свете, казалось, абсолютно потеряло всяческую важность.
Оставался только он – Седьмой имперский принц Новой Райялари. Айденион Огненнокрылый… который тоже явно скучал по мне.
Радость затопила каждую клеточку моего тела.
– Ну, раз так, значит, ты готова к тому, что последует наказание, не правда ли, моя самоуверенная и непослушная девочка? – бархатно проговорил он, и я услышала в его голосе зарождающиеся хриплые нотки.
В это время его руки спустились ниже, к самому основанию живота, а затем еще дальше. Подняли подол длинного платья и коснулись обнаженной кожи.
Я прикусила губу, чтобы не издать ни звука. Не показать, как сильно меня возбуждает эта игра, насколько я в восторге от всего происходящего. И что если бы знала раньше, как горячо делается лишь от одной мысли о наказании Седьмого принца, то, наверное, не слушалась и перечила постоянно.
Ураганное восхитительное безумие смешивалось во мне с
