Беременна по обмену, часть I - Наталья Ринатовна Мамлеева
И самое главное изменение — это я сама. Я сама свыклась с мыслью об этом мире, полюбила дитя, ощутила всю радость от осознания себя беременной. Даже эрлорд стал не так сильно раздражать.
В последнее время мы даже могли общаться. Эрлорд приходил каждый вечер, чтобы подпитывать ребенка. Я уже почти привыкла к нему, к его близости в этот момент, но все еще не готова была воспринимать его как отца ребенка, скорее, как человека, который помогает мне. Я понимала, что все вокруг меня играют лишь по своим правилам, они ничего не стараются сделать ради меня, но я с благодарностью принимала ту помощь, которую они оказывали ребенку.
Например, от магистра Энрада. За прошедшею неделю я улучшила свои знания об истории и этикете этого мира. Меня посвятили в тонкости власти, местную моду, названия всяких женских штучек, объяснили основные магические обряды, о существовании которых знает каждый житель этого мира. Все еще было удивительно, что все жители — маги в той или иной степени. Население Ардахейма и Фарахейма было относительно немногочисленно — по пятьдесят-шестьдесят миллионов, сравнимо с какой-нибудь Англией или Францией, однако этот мир был по-своему прекрасен. Чем больше я узнавала, тем больше мне он нравился.
С Марисель мы каждый раз вели войну за провизию: я выторговывала у неё вкусности, а он в ответ закатывала глаза и заламывала пальцы, но предоставляла мне то, что я просила. Просила я немного, не так много вредного, но иногда страсть как хотелось чего-нибудь жареного или сладкого!
Я так ничего и не узнала о пророчестве, сколько не искала в библиотеке. Но она была настолько огромной, что не удивительно — на изучение уйдут недели. А у меня почти весь день занимали эрлорд, его дражайшая родственница и эстресс Марисель.
Она же, кстати, провела утренний осмотр, после чего пожелала мне прекрасного дня и ушла, а вместо неё в комнату вошла горничная.
— Доброе утро, леди Аламинта, — улыбнулась Авина, войдя в покои. В последнее время её отношение ко мне значительно изменилось, и нагрянуло первое потепление. — Завтрак уже готов.
Хм, пусть мой день и начинался сразу с обеда и приносили его в комнату, называли его все же завтраком. Разве я виновата, что по ночам учусь? Хотя все списывают мое состояние на простую сонливость во время беременности.
Стоило мне выйти из спальни, как я увидела в комнате снежинки, только не белые, а красные и синие. Завороженная прекрасным зрелищем я сделала несколько шагов вперед и потянулась рукой к первой, синий снежинки. Она словно котенок ластилась ко мне, сама поплыла и… прилипла к моему пальцу.
— Синие! — воскликнули позади меня. Я резко обернулась, и увидела эрледи, стояющую у окна и едва не хлопающую в ладоши. — Точно будет мальчик!
В этот момент ко мне подплыла и красная снежинка, буквально прилипнув к моему лбу. Выражение лица эрледи сменилось с радостного на озадаченное.
— И красная тоже?.. — пробормотала она и подошла ближе, начав стряхивать с меня красную снежинку, которая никак не желала таять и уж тем более отлипать. — Ох, ох, ох, никак не получается! Кто же у нас такой там дожидается родов? А быть может двойня? Ты посмотри, как настойчиво не хочет говорить свой пол! Ну ничего, мы еще узнаем…
Она осеклась, так как концентрация снежинок вокруг нас возросла, а потом они все медленно начали приближаться ко мне.
— Что за?.. — пробурчала я и нахмурилась. — Вы можете убрать их?
— Пытаюсь, — удивление в голосе Джины было бесспорным. — Они почему-то… не убираются. Как же так? Это ведь рецепт моей старой подруги, фрейлины, она так пол всех внуков узнала. Правда, у неё было три дочери и шесть внучек, тут бы любой догадался…
— Чудесная история, обязательно послушаю до конца в следующий раз. Что мне делать?
В этот момент еще две снежинки прилипли к моему носу, а парочка легла на плечи.
— Нужно идти к эрлорду или де Шалису, они маги сильнее меня, должны помочь.
Отличная идея! Не успела я принять окончательное решение, как все снежинки в комнате бросились ко мне, словно примагниченные. Ойкнув, я кинулась вперед, а весь рой разноцветных снежинок — следом. Перепуганные стражи с оружием наголо ворвались в комнату и застыли, не зная, что делать, а я пронеслась мимо них и выскочила в коридор. Ну Джина!..
— Аламинта, осторожнее!
Какой там осторожнее? Эти снежинки так и норовили залезть в глаза и рот! И если бы проблема была только в этом: эти снежинки “кусаются”, налипают на меня и кожа в месте покраснения чешется и колется. Эх, надо было соглашаться на ритуал по определению пола ребенка! Так нет же, отказалась я. Во-первых, испугалась всяких ритуалов, для меня это все неизвестно и не изучено. Во-вторых, просто-напросто побоялась красть прядь волос у эрлорда. Вот результат моего страха: бегу в окружении роя снежинок, едва успевая глядеть под ноги.
К счастью, бежала недолго. Едва выбежала в коридор, как чьи-то руки обняли меня сзади, накрыли живот, а рой снежинок опал на пол, словно его и не было. Кожа очистилась от них, и я смогла облегченно вздохнуть. Но с этим я поспешила, ведь эрлорд, а это был именно он, кто же еще так бесцеремонно будет лапать меня, резко развернул меня к себе и наклонил голову набок. Наши лица были слишком близко. Так некстати подумалось, что я вся такая в красных пятнах от “укусов” снежинок. Чудесно, просто чудесно! Где там убийственная доза валерьянки? Не для себя прошу, для одной неугомонной эрледи!
— Аламинта, что за шутки? — прошептал эрлорд едва слышно, продолжая меня обнимать.
— Вы у своей родственницы спросите, она лучше знает. Вот она, кстати, за вашей спиной.
Глава 8.2
Удивительное дело, но связываться с эрледи Анвэйм не собирался. Он просто подхватил меня на руки и понес обратно в спальню. Джина направилась за нами, делая вид, что выполняет важную миссию. Вот это я понимаю — выдержка королевы! Сама накосячила, но никогда в этом не признается.
— Мне следует запереть тебя в покоях, м-м? — шепнул эрлорд.
— Давайте лучше запрем там Джину? — с надеждой спросила я на самое ухо его светлости.
Прозвучало слишком интимно, я и сама это осознала, когда мы встретились глазами
