Фейридейл - Вероника Ланцет
– Села… даже не знаю, что и сказать, – шепчет он.
– Просто ответь мне на один вопрос. Ты хотел бы возглавить сопротивление? Хотел бы изменить законы империи и помочь нечеловекоподобным расам, страдающим от жестоких правил?
– Да, – уверенно отвечает он. – Но я не хочу подвергать риску тебя и нашего ребенка.
– И не надо. Я верю, что ты защитишь нас. Как верю и в то, что тоже смогу защитить нашу семью. Я буду рядом с тобой на каждом шагу, Амон. Пожалуйста, соглашайся.
Он с трудом сглатывает и смотрит мне в глаза с обеспокоенным видом.
– Мы слишком долго убегали, любовь моя. Но невозможно бежать от судьбы.
– Тут я согласен, – усмехается Амон. Но мгновение спустя его лицо снова омрачается. – Ты не расстроишься, если я сделаю это? Правда?
– Как я могу? – Я качаю головой, глядя на него. – В первую же нашу встречу я разглядела в тебе величие, мой любимый муж. Увидела в тебе будущее, не только свое. Но и целого мира. Мы можем это сделать. Вместе. Ради нашего ребенка. Ради будущего.
Амон смотрит на меня, потеряв дар речи, а затем обхватывает ладонями мои щеки и целует каждый сантиметр лица.
– Я люблю тебя, Села, моя любовь, моя возлюбленная, половинка моего сердца, – шепчет он мне в губы. – И я сделаю все, чтобы ты гордилась мной, родная. Чтобы ты и наш ребенок гордились мной.
– Я тоже люблю тебя, Амон. И уже горжусь тобой. Так сильно горжусь. – Я всхлипываю, а он продолжает целовать меня.
– Я сделаю это, – наконец говорит он. – Мы сделаем это. Вместе построим новое будущее, лучшее будущее. Мир, где нашего ребенка не будут презирать за его происхождение, где он не побоится открыто сказать, кто он такой, – хрипит Амон, и его голос полон уверенности.
– Хорошо. – Я улыбаюсь и крепче прижимаюсь к нему. – Будущее ждет нас.
– Но ему придется еще немного подождать. Сейчас я планирую заняться любовью со своей женой, – шепчет он, и я внезапно оказываюсь под ним обнаженной.
Порочный, порочный мужчина.
Бонусный эпилог
Спустя тысячи лет мы вновь оказываемся в той пещере, где когда-то давали клятвы друг другу, где стали единым целым – связали себя узами, неподвластными даже времени.
Роды прошли легче, чем мы оба ожидали, хотя Амон предупреждал, что его дитя будет таким же крупным, каким появился на свет он сам. Мы переживали, справится ли мое тело, но в конце концов роды удивили нас обоих – не только своей легкостью, но и результатом.
Потому что на свет появился не один ребенок. А двое.
Близнецы. Девочка и мальчик.
Девочку мы назвали Йулией, а мальчика – Вессаном. В честь пары богов, которые оберегали нашу связь.
После рождения детей мы не покидали пещеру несколько месяцев. Старались жить тихо и спокойно; я нянчила близнецов, а Амон постепенно претворял в жизнь планы, которые мы строили так давно, – планы по возвращению Аркгора.
Мы оба знали, что не сможем вернуться на родину, пока она остается прежней. Не в общество, построенное на страхе и слепом повиновении, где свобода была иллюзией, где различия наказывались, а не превозносились. Мы не хотели, чтобы наши дети росли в таком мире.
Поэтому начали действовать. Ночью мы вместе заботились о малышах, а днем Амон отправлялся на разведывательные миссии.
Хорошие новости? Его по-прежнему поддерживали. Несмотря на прошедшие годы – время на Аркгоре течет совсем иначе, чем на Земле, – его имя не забыли. Люди все еще помнили Амона, Теневого генерала. Они помнили, за какие идеалы он боролся, как внушал ужас и уважение одновременно. Помнили его как мудрого человека и милосердного лидера.
Как символ свободы.
В дальних уголках империи все еще шептали его имя. В темноте собирались группы мятежников, возлагающих большие надежды на генерала, которого считали давно погибшим. И пусть они не знали, что он жив, его наследие продолжало жить в их сердцах.
Амон связался с каждым вожаком. Медленно, осторожно они выходили из тени. Один за другим вновь присягали ему на верность. Пока наконец большая часть простого народа по всей империи не оказалась готова – к переменам, к революции.
А потом все изменилось.
Все сложилось воедино, когда до нас дошла весть, что виссирийский двор проводит грандиозный турнир.
Осторожно закрепив малышей на груди, я надеваю длинную накидку, чтобы скрыть свою личность.
Амона нет уже неделю – он готовится к великому событию. И хотя я знаю, что подвергаю себя опасности, мне невыносима мысль о том, что меня не будет рядом в час расплаты. Это наша общая битва. И я знаю, что благодаря силам, которыми обладаю сама и которые передались нашим детям, они будут в безопасности в моих объятиях.
Сначала мой дар проснулся в Йулии – ее целительские способности проявились слишком рано. Но вскоре Вессан упал, поцарапав колено, и рана затянулась почти мгновенно. Зажила прямо на глазах. Тихая гордость наполняет меня от осознания того, что я передала по наследству дар, который когда-то тяготил меня, а теперь защищает их. Что бы ни случилось, они будут в безопасности.
С тех пор как мы бежали отсюда, прошли годы. И хотя многое изменилось, я не думаю, что кто-то узнает меня, – раньше почти никто не видел мое лицо. Мать позаботилась об этом, пусть о моих способностях и шептались в определенных кругах.
Я пробираюсь к стадиону, где проходит турнир. Как и ожидалось, здесь полно народа. Люди снуют туда-сюда, толкая меня из стороны в сторону, все кругом охвачены волнением и делают ставки на того, кто в этом году заслужит благосклонность императора.
С самого основания этот турнир служил одновременно развлечением и предостережением, зрелищем для масс и угрозой для любого, кто осмелился бросить вызов империи. Всем известно, что восставшие попадают прямо на арену, где им приходится сражаться за свою жизнь.
Но в этом году всех ждет сюрприз.
Амон выбрал не просто так именно этот турнир. Сегодня на нем будут присутствовать почти все представители знати: герцоги и бароны, военачальники и ближайшие советники императора. И хотя Амон уже завоевал преданность простого народа, он понимает, что одной лишь численности для победы недостаточно. Ему нужно склонить на свою сторону и элиту. Он должен публично сокрушить императора – опозорить его, унизить и занять место законного правителя.
Крепко прижимая к
