Уроки Искушения, или Пылающие Сердца Драконов - Деймон Краш
Они все думают одинаково? Дракон то же самое говорил всего несколько минут назад!
— От злости! — воскликнула я, совершенно серьёзно нахмурившись. — Ты вообще понимаешь, что он творит? Ах, Марго! Ты бы знала, что он устраивает с тех пор, как мы впервые встретились!
Эмоции захлестнули меня, и я, наконец, рассказала подруге всё. Начиная с нашей первой встречи и заканчивая тем, как этот подлец полез ко мне, изображая поцелуй, который так и не случился. И хотя я старалась говорить коротко, избегая подробностей, мы всё равно катастрофически опаздывали на лекцию.
— Любопытно, — протянула Марго, приложив палец к губам. — Не думала, что он может играть с женщиной подобным образом. На него не похоже.
— А по-моему, всё логично. Он эту игру затеял с самого начала, и теперь просто издевается, — мрачно отозвалась я и потянула за дверную ручку аудитории прежде, чем Марго успела задать мне очередной вопрос.
Да так и застыла на месте.
Там, за кафедрой, стоял он. Дракон с серебристыми глазами, выразительным лбом и скулами, которые я ни с чем не смогла бы перепутать. Длинные чёрные волосы — собраны в тугой пучок, на плечах — мундир саргоновской полиции.
И взгляд. Внимательный, пронзающий насквозь.
У меня желудок провалился куда-то в пятки, когда я осознала весь ужас происходящего: мало того, что на лекции оказался куратор, так я ещё и опоздала на эту лекцию! О, всё, мне крышка. Определённо, дома я пожалею миллион раз! Но тогда я ещё не знала, о чём именно и как я пожалею.
Часть меня ещё надеялась, что всё будет хорошо. Мы виделись всего несколько минут назад, и хотя эта встреча выбила меня из колеи, сам дракон показался мне вполне благодушным. Поэтому, надеясь, что всё кончится хорошо, я поклонилась вместе с Марго, и в голос с ней сказала:
— Приносим свои извинения за опоздание!
Дракон, казалось, не сводил с меня взгляда, совершенно не интересуясь при этом Марго. И хотя он не превратил меня в статую и не заковал в кандалы, я уже почувствовала себя пойманной в клетку птичкой, которая могла лишь трепыхаться, размахивая крыльями, и жалобно чирикать.
Не говоря ни слова, он перевёл взгляд на свои бумаги и продолжил говорить, будто ничего не произошло:
— … Как я сказал, доктор Эванс покинул Виригию для участия в исследовании нового вида металла, и я буду временно его заменять.
Мы с Марго переглянулись и, не сговариваясь, скользнули по лестнице на пятый ряд, где с краю оставалось два свободных места. Лекционная с длинными рядами, которые тянулись наверх, была почти полна. И погружена в сосредоточенную тишину. Даже я, не обладая обонянием с чувствительностью дракона, ощущала то давление, которое исходило от Рикарда, когда он говорил. И когда молчал. Когда он вообще находился рядом. И от этого почему-то хотелось сжаться в комочек и исчезнуть.
— Металл, — говорил он ровным, глубоким голосом, от которого по залу пробежала почти осязаемая дрожь, — это не просто вещество. Это основа всего, что мы используем в артефакторике: от каркасов и проводников до ядерных оболочек плетений.
Он неторопливо прошёл от кафедры к первому ряду, его шаги отдавались мягким звуком по каменному полу.
— Серентин, адамантий, эфирное серебро… Эти названия вам знакомы. Но что вы знаете о них по-настоящему? Какой металл живёт? Какой — подстраивается? Какой — мстит за небрежность?
Куратор обвёл взглядом ряды студентов. Серебристые глаза скользнули по залу и остановились на мне. Сердце ёкнуло.
— Мариотт. — Его голос спокоен, но от этого звука желудок был готов стянуться узлом. — Начнём с простого. Опишите разницу между серентином чистого и смешанного типа.
Да почему сразу я, чтоб он в Бездну провалился!
— Эм… — я попыталась собраться. — Чистый серентин… лучше проводит силу, но нестабилен в потоках. Смешанный… более устойчив, но даёт меньше отдачи…
— И? — Одно слово, такое короткое, ровное и холодное, сбило меня с толку.
— И… — я напряглась, пытаясь понять, к чему он клонит. — Для создания артефактов с долгим сроком службы… используют смешанный тип.
— Верно, но неполно. — Голос куратора стал чуть жёстче. — В следующий раз попытайтесь не забывать про коэффициент теплового расширения. Далее.
Я застонала и упала лбом на столешницу. Тепловое расширение! Конечно! Оно разительно отличается в разных сплавах, и потому используется с разными целями. Если бы мне пришлось делать артефакт из серентина, я бы ни за что не упустила эту деталь, но вот так вспомнить о ней ни с того ни с сего…
— Следующий вопрос, — неторопливо проговорил дракон. — Почему адамантий требует рунного запечатывания на этапе очистки?
Несколько моих сокурсников вытянули руки, готовые ответить, но он не отводил от меня взгляда. Холодное, хищное серебро его глаз приковывало меня к месту. В горле пересохло, и я никак не могла поймать нужную мысль, чтобы ответить.
— Разве рунное запечатывание проходят на первом курсе? — осторожно выдохнула я, чувствуя, как напряжение разливается в воздухе.
— Вообще-то, вы должны были изучить эту тему к текущей лекции, — он остановился, облокотившись бедром о столешницу во втором ряду. — И, как я вижу, не только Мариотт оказалась совершенно не готова. Поэтому мы сейчас же проведём короткую проверочную работу. Достаём листы и убираем со столов всё лишнее.
— Куратор, мы-то в чём провинились? — спросил кто-то из рядов. Я даже не посмотрела в сторону голоса, потому что профессор остановился всего в паре шагов и сверлил меня взглядом. Приходилось смотреть на собственные руки, чтобы не встречаться с этими холодными, полными тихой, необъяснимой ярости, глазами.
— Правда, куратор, мы ведь не готовились ни к какой проверочной! — сказала какая-то девушка. Следующей высказалась Марго:
— К тому же, Лейла болела ещё вчера, вы же знаете! Дайте ей время прийти в себя!
Я медленно, осторожно подняла взгляд. Дрейк замер, опершись о столешницу прямо передо мной. Он сузил глаза, но не торопился реагировать, а голоса вокруг становились всё громче и всё смелее:
— Точно, куратор, вы же явно на ней злость срываете!
— Мы-то с вами под одной крышей не живём!
Я почувствовала, как кровь начала приливать к щекам и с силой сжала кулаки
