Лаванда для императора 1 - Ксения Никонова
Это было так красиво, что от восторга я захлопала в ладоши.
— Теперь все? Можно смотреть?
— Терпение, лера Тиана, — улыбнулся мэтр. — Для активации нужно время. Зато после зерцало может работать без перерыва, пока жемчужная амальгама не закончится. — Он оглянулся через плечо на алхимика. — Кстати, мэтр Солдри, сколько у вас активатора в запасе?
Вместо ответа алхимик сконфуженно крякнул и поскреб бороду:
— Этот флакон последний.
Маг изумленно поднял брови.
— Как же так? Я точно помню, что оставлял не меньше десятка флаконов. Неужели все израсходовали?
Алхимик только отмахнулся:
— Что ваши десять флаконов для молодых оболтусов, которые дорвались до этакой занимательной игрушки? Говорю же, рабочие день и ночь дежурили рядом с зерцалом. Не отогнать было. Только и подливали вашу амальгаму, чтобы еще немного позабавиться. А учитывая, что в соседних владениях построили прядильни, и работницы полюбили после смены купаться в источниках…
Мужчина запнулся, быстро стрельнул взглядом в мою сторону.
Мое воображение столь живо нарисовало пикантную картину, что я зарделась. О, Боги! Так вот о каких непотребствах шла речь! Это что же, они бесстыдно подглядывали за женщинами во время мытья? Куда это годится? Так можно и в любую спальню? Боги…
Моего замешательства кроме мэтра Солдри никто не заметил.
— Они после еще три партии активатора изготовили и тут же истратили, покуда я не запретил, — подхватил со смехом Матеуш. — С тех пор зерцало и убрали, чтобы не было соблазна.
Мэтр Тарис посмеялся и похлопал по плечу коллегу.
— Ну ничего, на пару дней наблюдения этого хватит. А к тому времени сделаете новую порцию.
— Да где там, на пару дней, — махнул тот рукой. — Если наблюдение делать непрерывным, максимум на полдня.
— А это смотря как настраивать. — возразил алхимик. — Убрать звук и ограничить площадь наблюдения одной приграничной зоной — вот вам и экономия.
Я, прижав к горящим щекам ладони, вполуха слушала спор магов, а сама не могла оторвать взгляда от растекающихся по желобкам тонким перламутровым паутинкам. Процесс, вначале неспешный, постепенно набрал скорость.
Нити амальгамы уже добрались до внешнего круга, замкнули его и теперь начали от центра к краям покрывать всю площадь зерцала. Где в маленьком флакончике помещалось столько жидкости, было неясно, только казалось, что она все прибывала и прибывала.
— Мэтр, — дверь приоткрылась, и в нее просунулся худой и высокий парень. — Вы нам срочно нужны. Экспериментальный котел поменял цвет, как бы не рвануло. Гасить печи?
— Ни в коем случае! — подхватился мэтр Солдри. — Ни на минуту нельзя оставить. Паникеры. Я сейчас подойду.
— Я с вами, — мэтр Тарис поднялся вслед за ним, мельком глянув на почти заполнившееся зерцало.
— Что значит — гасить? — подскочил и Матеуш. — Погубите мне партию товара, всех оштрафую!
Мужчины спешно ринулись один за другим на выход.
— Эй, уважаемые лейры! — крикнула я вдогонку. — А мне что делать?
— Посидите недолго здесь, — ласково, как маленькой девочке, попросил управляющий.
— А это зерцало не рванет? — покосилась я на перламутровую гладь.
— Не-е-ет! — рассмеялся он. — Процесс почти завершен. Как только не останется прорех, можно смотреть. Уверен, вам понравится. Весьма занимательное зрелище. Только руками не трогайте.
— А как смотреть? Как им управлять?
— Да просто, — Матеуш указал на свои губы, — голосом. Что попросите, то и покажет. Но лучше пока не тратить амальгаму на баловство. А так, зерцало может показать любой объект на территории поместья и прилегающих землях.
Из приоткрытых дверей громко бахнуло, бумкнуло и заскрежетало. Матеуш беззвучно выругался и порысил на звук, крикнув напоследок:
— Никуда не уходите, лера Тиана. Мы быстро.
* * *
Куда я уйду? Когда тут столько интересного.
Оставшись наедине с артефактом, я наконец-то расслабилась. Наклонилась над миской, с уважением изучила амальгаму, борясь с острым желанием ткнуть пальцем в серебристую поверхность. Даже спрятала руки за спину, чтобы точно ничего не испортить.
Какая занятная штука, однако. С ней можно столько интересного узнать, если увеличить радиус обзора. Это только мужчин интересуют исключительно голые дамы. А у меня сразу столько идеей в голове появилось! Жаль, амальгамы последний пузырек. Не смогу разогнаться, пока мэтр Солдри не наделает запас.
Поверхность зерцала постепенно выровнялась, до краев залитая жидким серебром.
Я слегка шевельнула миску, застыла в задумчивости. Уже можно спрашивать? Или нет? На всякий случай досчитала до ста, поколебалась. Вдруг мужчины вернутся?
Наконец, решилась на запрос:
— Покажи мне лавандовое поле.
Поверхность зерцала замутилась, потемнела. Я уже испугалась, не испортила ли чего, как в центре начала проясняться картинка. Четкая, почти живая.
В перламутровой глади амальгамы проявились ровные ряды лаванды. Они уносились вдаль, превращаясь в сплошное сиреневое марево. Нежные соцветия чуть покачивал ветер.
От восторга у меня перехватило дыхание. Захотело кричать. Ура! Получилось! Я сама смогла оживить артефакт.
Правда, первая радость быстро сменилась воспоминанием о том, что жидкости хватит ненадолго, если требовать у этого тазика слишком много. Поэтому я умерила аппетит и сказала:
— Покажи мне границу лавандового поместья со стороны владений герцога мон Тикейра.
Картинка подернулась туманом и вновь прояснилась, явив совсем другой вид. На этот раз передо мной было изображение далекой дубравы. Оно быстро двинулось навстречу. Так, словно я поехала верхом на лошади, попутно осматривая окрестности.
Вот это здорово! При желании можно разглядеть каждый листик и желудь на деревьях.
— Чуть быстрее, пожалуйста, — вежливо попросила я.
Картинка ускорилась. Еще бы звуки и ощущения добавить, и сложился бы полный эффект присутствия.
Вдруг в стороне мелькнуло что-то яркое. Знакомое.
— Стоп! — скомандовала я. — Левее.
Изображение развернулось, и я с изумлением увидела грациозную фигуру в темно-синем платье и черном плаще.
Женщина быстро шла между деревьев, не обращая внимания на то, что шитый серебром подол цепляется за ветки кустарника. Хуже того — я ее узнала. Но точно не ожидала встретить в столь необычном месте.
А когда навстречу даме вышел грузный одышливый мужчина, то невольно вскрикнула и прижала руки ко рту.
В этот момент мне хотелось задать единственный вопрос: «Что все это значит?»
Жаль, спросить было не у кого.
Моя горячо ненавидимая мачеха Мирабелла мон Фера и герцог мон Тикейра спешили навстречу друг другу, будто любовники после долгой разлуки.
Два самых ненавистных мне человека остановились напротив друг друга и принялись оживленно говорить. Нет, не говорить, ругаться!
А мне… Мне срочно понадобилось узнать, о чем идет речь! И плевать на то, что амальгамы остался последний флакон.
— Звук! — поспешно крикнула я. — Дай
