Ритуал для двоих - Матильда Старр
Я сглотнула.
— Я… я не знала, что здесь кто-то есть… Было темно…
— Ты хоть понимаешь, что натворила? — голос Сандреса был низким, с рычащими нотками. Он говорил тихо, но от этого становилось только страшнее. — Ты хоть представляешь, чем это…
Он замолчал на полуслове… Взгляд остановился на моих губах, буквально прилип к ним… Я замерла. Что-то такое витало в воздухе. Странное, почти искрящееся напряжение, от которого становилось трудно дышать.
Сандрес шагнул ко мне так резко, что я не успела ни вскрикнуть, ни отшатнуться. Его рука легла на мою талию, и он притянул меня к себе — нетерпеливо, жадно, будто долго ждал этого мгновения.
Поцелуй был голодным, почти злым. Сандрес целовал так, словно хотел подчинить, заставить забыть обо всем на свете. Но главное — я сама хотела того же, и целовала его с отчаянной жадностью и нежностью.
Его губы были горячими, и меня накрыло волной жара — от макушки до пяток,
Мир перестал существовать.
Не было Академии. Не было ритуального зала, алых огней, опасности. Не было даже меня самой — только этот мужчина, его руки, скользящие по моей спине, его дыхание, смешанное с моим, и эта безумная, всепоглощающая тяга.
Я тонула. И не хотела, чтобы это заканчивалось.
А потом он резко отстранился, и пустота, возникшая между нами, обожгла холодом. Сандрес отступил на шаг, провел ладонью по лицу, будто пытаясь стереть наваждение, и я увидела, как его глаза — еще темные, с расширенными зрачками — медленно обретают осмысленность.
— Нет, — выдохнул он хрипло. — Это… это ерунда какая-то. Это неправильно…
Я нервно перевела дух, все еще не в силах вернуться в реальность.
— Так быть не должно, — продолжил он, и в голосе прорезалась жесткость. — Полагаю, это магический откат от прерванного призыва. Я кое-что читал и слышал о таком, но сам не сталкивался…
Я замерла. А ведь и правда…
Что я делаю?
Я никогда в жизни не позволяла себе целоваться с едва знакомыми парнями…
Да, говоря откровенно, я и не целовалась толком никогда в жизни. И вообще — мне нравился другой парень, Арчи с факультета иллюзий. Высокий, светловолосый, смешливый и очень симпатичный… Да-да! Именно такие парни мне и нравятся — приятные в беседе, с хорошими манерами и аристократической внешностью. Да я сегодня весь вечер мечтала о том, как завтра мы встретимся в столовой! К сожалению, если вы учитесь на разных факультетах, не так много возможностей пересечься… Разве что на коста-бульбе в самом начале и теперь — в столовой. Я уже придумала, как действовать дальше: завтра задену его плечом — будто бы случайно, а потом извинюсь, и возможно, у нас завяжется разговор…
И вот вместо этого я с припухшими от поцелуя губами и пылающими щеками стою в полумраке с рядом с постороним мужчиной… Стыд обжег лицо.
Сандрес, как ни в чем не бывало, вернулся к своему ритуальному кругу, наклонился, и огни под его рукой начали гаснуть один за другим.
— Уходи, — бросил он, не оборачиваясь. — Иначе у нас будут проблемы. Я тут все приберу.
Мне не нужно было повторять дважды.
Я рванула к выходу, на ходу задела плечом дверной косяк и вылетела в коридор. Теперь я уже не кралась — неслась к выходу, не думая об осторожности. Выскочила из здания и бежала, пока легкие не обожгло огнем, и только тогда остановилась, прислонившись к холодной стене общежития.
Глава 3
— Просыпайся, соня! — Синти хорошенечко потрясла меня за плечо.
Я с трудом разлепила глаза и не сразу поняла, что нахожусь в своей комнате, в общежитии, а тормошит меня соседка по комнате.
Да, все именно так: у меня есть соседка по комнате. Хотя вообще-то студенты из благородных семей обычно доплачивают, чтобы получить в свое распоряжение апартаменты на одного — есть в общежитии и такие. Проблема в том, что мне доплачивать нечем.
— Ну что еще? — пробормотала сонно.
Вылезать из кровати совершенно не хотелось.
Это и не удивительно для того, кто вернулся в комнату общежития под утро, а потом еще долго ворочался, вспоминая события ночи, и оттого не в силах уснуть. Уже начинало светать, когда я наконец погрузилась в сон — и вот, пожалуйста, подъем.
— Учеба только-только началась, опаздывать в первые же дни — очень плохая тактика. — В отличие от меня, Синти была бодра и весела. — Пока что мы для преподавателей мы все на одно лицо, но если опоздаешь — тебя точно запомнят.
Я вздохнула. Вообще-то ничего нового она не сказала, все это и мне самой было очевидно. Но очень уж не хотелось вставать. Я бросила взгляд за окно. Дождик, который накрапывал всю ночь, к утру превратился в настоящий ливень, и это тоже не добавляло желания вылезать из теплой кровати.
— Ну да, — Синтия отследила мой взгляд и вздохнула синхронно. — Погода, прямо скажем, не очень. У нашего ректора снова отвратительное настроение.
— Мог бы быть и повеселее, в конце концов, начало учебного года, — буркнула я.
— Ну да, как же, повеселее. Отпуск закончился и впереди сплошные трудовые будни, с чего бы ему быть в хорошем настроении? К тому же я слышала, что настроение ректора (а вместе с ним и погода) портится, в основном, не по рабочим причинам, а по личным.
— Это как? — удивилась я.
— Ну наш ректор — тот еще ловелас. Каждый раз, когда любовная лодка разбивается о камни реальности, он грустит. Ну и портит погоду всей академии.
— В самом деле? — удивилась я.
Конечно, я знала, что наш ректор — сильнейший погодный маг. И именно от того, как настроены тонкие струны его души, зависит, светит ли над академией солнышко или как сейчас, льет дождь. А вот о том, что виной тому его сердечные страдания, услышала впервые.
— Ну надо же! — удивленно покачала головой.
— А ну-ка прекрати заговаривать мне зубы, — строго сказала Синти. — Я, конечно, понимаю, что сплетничать о ректоре куда приятнее, чем собираться на занятия, но боюсь, тебе придется совместить одно с другим.
Я вздохнула, совместить так совместить. И вылезла наконец из-под одеяла.
Но как только направилась умываться в ванную, меня догнал вопрос:
— Кстати, и где ты была сегодня ночью? Неужели на свидании? А мне казалось, вы с Арчи еще не дошли до этого уровня развития отношений.
Я на мгновение застыла как вкопанная.
— С чего ты взяла, что я куда-то
