Ведьмы Зелёной Волши - Анастасия Федоренко
— С Днём Рождения, Танечка! Совсем большая ты у нас стала. Целых семнадцать уже!
— Спасибо, бабуль. Я люблю тебя, — на глаза почему-то навернулись трогательные слёзы. Не любила я поздравления, но слишком любила родных, потому каждый раз как будто впервые слышала такие слова.
— И я люблю тебя, крошечка. Видел бы Аркашка, какой ты стала у нас.
Морозов Аркадий Иванович умер, когда мне был всего годик. Деда я запомнить никак не могла, поэтому знала о нём из рассказов мамы с бабушкой, а старые фотографии помогали представить его в мыслях.
— Ну всё, ба, прекращай, — прошептала я, когда поняла, что глаза у неё слезятся не просто так. — Сейчас расплачусь вместе с тобой, и голова ещё больше заболит.
— Ой, сейчас, Танюшка, отвар тебе сделаю…
Мои слова имели определённый эффект. Бабуля сноровисто достала мою чашку с забавным котиком в новогодней шапочке и налила в неё свой отвар.
Стоило кружке оказаться передо мной, как в нос ударил сильный запах. Бабушкины травки использовались и как лекарства первой помощи, чтобы приглушить боль, спазмы или расслабить мышцы, а ещё как обычный чай. Они с мамой действительно не пили магазинный чай, а вот я не могла постоянно пить её отвары. Если на вкус они были приятными, то на запах не очень. Слишком резко пахло травами так, что голова кружилась.
Но вот в одном у них был плюс. Они работали. Это я знала ещё с детства. Выпьешь бабушкиного чая — и всё пройдёт. Конечно, если это только не какое-нибудь серьёзное заболевание.
Быстренько выпив отвар, внимательно посмотрела на старые часы на стенке. Стрелка медленно приближалась к шести.
— А ты сама чего так рано вскочила, ба?
Она поставила передо мной тарелку, и начала возиться с моим завтраком.
— Да что-то не спалось мне. Сама же знаешь, возраст уже такой у меня.
Хотела ей возразить, но она как-то быстро сменила тему разговора.
— А я что-то как тебя увидела, так про твой день рождения и забыла. Вот так вот, внучка. А ты день-то уже распланировала небось, да?
— Да. Мы с Маринкой в город поедем. В торговый центр. Мне бабушка и дедушка деньгами подарили. Папа ещё вчера перевел их на карту.
— Какие Виктор с Лейлой молодцы-то! — поохала ба. — Александр тоже деньги переведёт?
— Папа сказал, что меня ждёт сюрприз.
Бабушка что-то пробубнила себе под нос, но я предпочла пропустить это мимо ушей. Ничего нового я бы не узнала. Она терпеть не могла моего отца, несмотря на то, что его родителей очень уважала.
Так уж вышло, что мои родители развелись, когда мне исполнилось всего четыре годика. Расстались они вполне мирно, поэтому с папой у меня были очень тёплые отношения, хоть и виделись мы крайне редко. Он жил в столице, активно развивал свой бизнес, но и про меня не забывал. У нас был свой ритуал: вечером воскресенья мы обязательно созванивались по видеосвязи и рассказывали друг другу всё на свете.
Голос бабушки выдернул меня из мыслей о родителе:
— Много подарили? — в этот момент тарелка передо мной оказалась полной. Сама бабуля присела рядом с чашкой чая, решив передохнуть.
Когда я озвучила сумму, она лишь хмыкнула.
— Семья у них бедной никогда не была. А ты хочешь что-то особенное купить?
— Лишь пополнить гардероб. Остальные деньги буду копить.
Бабушка покивала головой, удовлетворённая моим ответом, и дальше вернулась к своим делам. Мол, передохнула и хватит.
Я довольно быстро позавтракала и поплелась в душ. Надо было привести себя в порядок — как никак праздник.
Наш небольшой домик в деревне Зелёная Волш построили ещё родители моей бабушки. Внешне он напоминал самый обычный деревенский дом: двухэтажный, деревянный, с крыльцом и маленькими окнами. Кусты сирени и жасмина служили главным украшением фасада, они росли по бокам дома, а центром красоты был небольшой садик, который разбили бабушка и мама. Каких цветов здесь только не было! Васильки, орхидеи, гладиолусы… Я и половины названий не знала.
За домом у нас был огород. Бабушка высаживала огурцы, помидоры, картошку и многое другое. Здесь же у нас росли ягоды: клубника, смородина, малина, были и крыжовник с жимолостью… Последняя была моей любимой ягодой, поэтому неброские кусты с маленькими синими ягодками подвергались моей атаке каждые два дня. Могли бы и больше, только вот бабуля ругается каждый раз. Боится, что на варенье мало останется…
Несмотря на года и несвежую зелёную краску, внутри наш дом был обустроен по полной. Во многом это заслуга моей мамы. Она может и не хотела перебираться в город, но, не жалея сил, вкладывалась в ремонт и отделку жилья. Поэтому здесь можно было найти современный санузел с душем и туалетом, большой телевизор, кофемашинку и другие удобства.
Внизу было достаточно просторно: прихожая была обустроена шкафами, где хранилась обувь и зимняя одежда, сразу после неё начиналась гостиная или большой зал, как мы его называли. Самая просторная комната была прямоугольной. Как и весь дом, отделка внутри была деревянной. У одной стены расположился диван с креслом, небольшой стеклянный столик, а напротив висел плазменный телевизор.
Из большого зала можно было попасть к бабушке в комнату. Её дверь располагалась прямо напротив окна, здесь же был проход на кухню и лестница на второй этаж, где были наши с мамой спальни. Санузел был как на первом этаже, так и на втором. Если на первом был только туалет, раковина и здесь же стояла стиральная машинка, то на втором у нас был и душ, и широкая ванна, в которой я обожала купаться с разными ароматическими солями и бомбочками. Этого у меня было в излишке. Меня как-то незримо тянуло к воде. Я старалась побыстрее смыть с себя лишнюю тяжесть, которая могла быть вызвана как усталостью после долгого дня, так и ранним подъёмом.
Тёплый душ взбодрил. От кожи и волос исходили приятные ароматы геля и шампуня, и только в этот момент я почувствовала себя именинницей. Сегодня первый день августа, мой первый день в статусе семнадцатилетней.
В отражении зеркала на меня смотрела всё та же Таня Морозова. Прямые чёрные волосы сейчас невероятно вились из-за влажности. Светлая кожа выгодно контрастировала с их цветом. Лицо у меня было немного узким с острым прямым носом и с небольшой, едва заметной, горбинкой. В детстве я очень стеснялась своей внешности, а в школе после издевательств мальчишек появился целый комплекс. В тринадцать я мечтала о пластической операции, которая помогла бы исправить изъян. Сейчас же мне
