Город, которого нет 8 - Артемис Мантикор
— … и вот два героя, вошли в обитель Сказочницы. Но внимание одного из них сразу же отвлеклось на…
— Офигеть, трёхгрифовая гитара! — воскликнул Лёха. Затем смутился, перевёл взгляд на девушку, исправился. — Простите, я просто увидел чудо.
Сказочница улыбнулась и продолжила читать с листка бумаги:
— В то время как другой смотрел на Сказочницу и напряжённо думал, почему она пытается показать свою власть над судьбой таким грубым образом. И не может ли быть так, что это она его заставила принять странное решение взять с собой именно этого своего подчинённого.
Я поражённо сел на диван. Разговор уже обещал быть очень странным. И она сама его начала таким образом, без нормального приветствия.
— Но правда в том, — продолжила Сивилла. — Что Сказочница не выдумывала свои сказки. Это сказки выдумывали её, заставляя себя писать. Она подняла голову и с улыбкой спросила: «Разве не ты не знаком с художницей, которую рисуют картины?»
24. Дождливый концерт
Снаружи закапал дождь в полную силу, отдаваясь барабанной дробью по помещению. За окнами виднелись заброшенные постройки мёртвой, безлюдной улицы. Но здесь, внутри царили тепло и уют. Повсюду горело множество лампочек и потрескивали дрова в печке.
Девушка начала гладить собаку, которая сразу же запрыгнула к ней на диван.
— У меня много к тебе вопросов. А ты добавляешь всё новые, — сказал я. — Но, увы, твоя сила не так абсолютна, как хотелось бы. Интересно, ты уже знаешь, что я хочу сказать дальше?
Она улыбнулась и продемонстрировала книгу.
Прочёл последнюю строку «Интересно, ты уже знаешь, что я хочу сказать дальше?».
— Ты знаешь, почему я здесь? — спросил я.
Она покачала головой.
— Вообще-то об этом у тебя стоило спрашивать Тане, но раз она не может, я спрошу за неё. Разве ты ей не расписала личную жизнь?
— Помню этот сюжет. Красивая история о том, как сбываются мечты.
— Только что-то сейчас это уже не работает.
— Значит, вы расстались? Жаль. Вы были хорошей парой.
— Ты сейчас издеваешься? Ты же вроде всё знаешь?
— Мне никогда не нравилось быть всеведущим автором. Я медиум, просто передаю картинки из одного мира в другой посредством написания текстов.
— Как скажешь. В любом случае, твоя способность дала сбой. Она даже не помнит меня.
— Как давно?
— Пару циклов.
— Понятно. Вероятно, судьба уже была исполнена и пошла дальше своим чередом. Так бывает.
— Так бывает?
— Это была не моя история, Полярис. Я — рассказчик. Главный герой истории об идеальном партнёре — Тень. А кто ты в этой истории? Её персонаж?
— Какое это имеет значение?
— Имеет. Ты сам — главный герой своей истории, Полярис. А не персонаж её сказки.
— Раньше судьбу это не заботило.
— Раньше разрыв между вами был меньше.
— Ты говоришь про инкарнацию?
Сивилла вздохнула.
— Я это, поиграю чутка, если не против? — произнёс Лёха, о котором мы оба, похоже, забыли…
Девушка кивнула, и довольный музыкант принялся изучать новый музыкальный инструмент. Наша связь через лидерство всё ещё была активна, так что у него есть все шансы сыграть что-то хорошее. Хотя, базовые навыки игры всё равно нужно иметь — фокусировка давала лишь скорость и точность за счёт растяжения времени, но базовые знания работы с инструментом всё равно были нужны.
Сказочница налила чай в две чашки, горячие от буржуйки, и протянула мне. Затем подвинула небольшой деревянный столик и поставила на него банку с прозрачной, слегка жидковатой субстанцией.
— Акациевый мёд. Насыпай, когда чуть остынет.
Рядом опустилась пачка печенья и вафли.
— Эта история уже сбылась, Полярис. Но каждая наша жизнь — это новая история. Ты растёшь и развиваешься. Город дарует тебе новые сценарии. Таковы его игры. Нам остаётся только любить их.
— Звучит так, будто ты меня мотивируешь податься к неспящим.
— Но ведь ты никогда не сделаешь этого, герой, — улыбнулась Сивилла и поправила длинные светло-русые волосы. Ожерелье с латунными украшениями на цепи казалось почти золотым на фоне тёмно-зелёного длинного платья с орнаментом.
— Почему?
— Потому что ты уже вкусил Город и так легко от него уже не откажешься. Особенно когда на другом конце — кошмар для таких, как мы с тобой. Мы пробудились в этом прекрасном сне, но мы не хотим завершать этот сон, не так ли?
— Ладно, ты права, я не псих, чтобы пилить сук, на котором сижу. Но было бы неплохо починить то, что сломалось.
— У тебя другая сказка, Полярис. Ты уверен, что хочешь резко сменить жанр и вместо пути к силе променять её на любовь? Впрочем, это тоже выбор.
— Значит, или одно, или другое?
— Зачем тебе сказка, Полярис, если ты уже главный герой? — спросила вдруг Сивилла. — Разве ты не знаешь, как становятся Вечными? Разве не этого ты хотел? Вечность.
— У меня нет столько времени, чтобы возвращаться каждый раз на четыре года.
— Да, это так. Но будет ли это так всегда, если впереди — вечность? Возможность прожить свою идеальную историю так, как ты хочешь.
Я поморщился. Было в этом двойное дно, вроде бы не очевидное, но мне оно сразу бросилось в глаза. Всё это было очередной привязкой меня к добыче времени в промышленных масштабах. И ещё большей привязкой к Городу.
Вот только…
— Зачем эти детские манипуляции? Это что, ещё один способ заставить меня не сбежать к неспам? Это заставляет меня подозревать во всём большую подставу.
Сивилла пожала плечами.
— Здесь нигде не было обмана, Полярис. Нулевой мир научил тебя не доверять свою судьбу другим, поэтому твоё желание обрести могущество и самому быть среди сильных — естественно. Такой, как ты, должен был появиться рано или поздно. Суть моего навыка такова, что я читаю сюжетные линии. И моя воля была в том, чтобы наши пути пересеклись. Затем я начала писать о тебе. Смогла лучше понять тебя. И привести в эту точку.
— Хочешь сказать, что всё это время ты манипулировала мной?
— Ни в коем случае. Просто использовала то, кем я являюсь — сказочницу, знающую сюжет своей книги и
